Миро-Творцы
Шрифт:
Помимо укреплённого посёлка росичи пустили прочные корни и в самом Городе. Большинство их данников гнездилось вблизи речного вокзала, где помещалась росская база. Другая резиденция росичей, куда менее известная, располагалась в бывшем Дворце Спорта, посреди обширного дикого парка.
На вокзале заправлял росский вожак Скиф, давний знакомец Вадима, кряжистый и сивогривый, чем-то похожий на Бату – наверное, вислыми усами. Хотя заправлять особенно было нечем, поскольку в подчинении Скифа осталось человек пять, а прочих поглотило Шершневое Гнездо, с утра переименованное
Зато с приездом гостей забот у вожака прибавилось сразу и намного. Ибо не успели те подняться в его кабинет, как на привокзальную площадь выкатили четыре Псиных триколёса и застыли против здания, нацеля пулемёты на окна. Очень впечатляющая картинка – такой здесь не видели со времён Отделения.
– По-моему, я уже встречал эту четвёрку, – заметил Вадим. – Вот привязались!..
– Не нравится мне это, – откликнулся Скиф, угрюмо разглядывая машины. – С чего блюсты раздухарились?
– Это Боевые Псы, – поправил Вадим.
– Один хрен!.. Прежде себе не позволяли.
– Прежде и вас было тут больше.
Вадим не стал объяснять, что вообще-то, если подойти формально, первым напал на Псов он сам. Собственно, что ему оставалось?
– Думаешь, они знают об этом? – забеспокоился Скиф. – Дьявол!.. Может, садануть по ним для острастки?
– Ну, горяч!.. Прямо как молодой. И много у вас подствольников?
– Один.
– И только?
– «Всё для фронта», слышал? А сколько раздали!..
– Вот то-то, – сказал Вадим. – Так что не лезь на рожон – ещё не время.
Заслышав жужжание вертушки, он высунул голову в окно.
– А это кто – Шершни? – мрачно спросил Скиф. Похоже, он больше не ждал от жизни хорошего.
– Росичи, – возразил Вадим. – Руслан с Корнеем.
– Ну!.. Это кстати.
«Ворон» спланировал на плоскую крышу вокзала, и если им действительно управлял Руслан, то мастерства в нём явно прибавилось.
Только затихли лопасти, как на плиты спрыгнул гигант в Шершневых доспехах, уже перекрашенных в бежевые тона (хорошо, не белые), и побежал к дальнему краю, зажав под мышкой шестиствол. Его напарник, оставшись в кабине, нацелил на площадь плазмомёт, грозно поводя им из стороны в сторону.
Демонстрация возымела действие: триколёсы отступили на приличную дистанцию и снова выстроились в ряд, наставив стволы.
Тотчас Руслан забросил пулемёт на плечо и по винтовой лестнице сбежал вниз, в перегороженный стеклянными стенами зал, где возле окон засели росичи с огнестрелами, пока стараясь не маячить. Приблизясь летящей поступью, юный великан сдержанно кивнул вожаку, радостно улыбнулся Вадиму, застенчиво поклонился Оксане. Он уже совершенно оправился после ночных потрясений (что значит «мёртвая вода»!) и выглядел даже цветущим, исполненным сил. Недавнее ранение, почти равное смерти, не прибавило ни слабости его телу, ни робости душе. И он уже перешёл в новое качество, – это читалось в его сознании.
Невольно Вадим залюбовался новым персонажем. Росич был столь же красив, как юный серк, исчезнувший с Юлей, и почти столь же статен. Вдобавок его лицо светилось благородством,
– Брон велел не вязаться, – сообщил юноша. – Будут напирать – загрузиться в вертушку и отчалить. Сейчас не до них – после сочтёмся.
– И всё тут бросить? – возмутился прижимистый Скиф. – Жалко ведь!
– Ты б видел, сколько добра припасено в Гнезде, – не удержавшись, Руслан расплылся в счастливой ухмылке. – Забудь про колёса – теперь мы обзавелись крыльями!
– Как же, разлетался!.. Орёлик.
В одном из триколёсов открылся люк, и наружу выбрался здоровенный, мордатый Пёс. Вразвалку приблизился к зданию, призывно помахал толстой рукой. Поколебавшись, Скиф встал по центру окна, молча воззрился на парламентёра.
– Мы за девкой прикатили, – объявил Пёс, ухмыляясь. – Чё на вас наезжать? Она из нашего стада, точно! И папашка переживает.
– Да пусть удавится – нам-то что?
– Она ж почка совсем: семнадцати нет! А это киднеппинг, разве нет? Преследуется законом – по всей губернии.
Искоса Скиф посмотрел на Вадима.
– Беглых не выдавать, – сейчас же сказал тот. – Старинное правило вольницы!.. К тому ж он врёт, сам знаешь. Михалыч такой же крепостной, как и вы.
Руслан кивнул, ласково улыбаясь. И эта его улыбка не сулила Псам доброго. Чистый паренёк, но без сантиментов, – занятное сочетание.
– Пусть придёт отец, – пробасил вожак. – С ним потолкуем. А вы – проваливайте!
И снова укрылся за стеной.
Пожав плечами, Пёс развернулся и потопал к машине. Квадратная его спина, устланная пластиковыми ромбами, выказывала что угодно, кроме почтения.
– Подпалить один, что ли? – спросил Скиф, глядя на триколёсы. – Для наглядности.
– Тебе бы всё палить, – рассердился Вадим. – Дорвался!..
В крайнем случае он мог ринуться на Псов прямо из окна – вместе с Русланом. При нынешнем их проворстве этого хватило бы для успеха. Да только к чему высвечиваться? Он уже сигал сегодня с колёсника на колёсник, но такие фортеля ещё можно списать на обычную ловкость.
– Сделаем вот что, – сказал Вадим. – Им ведь и вправду нужна Оксана. Ну так мы загрузимся с нею в «ворон» и улетим, а они пусть это видят. В усиление оставим тут пулемёт и пару подствольников, но, полагаю, Псы уберутся, лишь только птичка упорхнёт. На кой им вокзал? Не революция, чай!..
На том и порешили. Вместе с Вадимом в вертушку забрались Оксана с Алёхой и «сопровождающий их» пёс. А побратимы-росичи разделились. Корней принялся крепить на окне чудовищный шестиствол, в одиночку переспоривший бы все Псиные огнестрелы. Руслан, уступив управление Вадиму, сел рядом с ним, за ещё более грозный плазмомёт. Пассажиры устроились тут же, в кабине, на откидных сиденьях – исключая Бэка, сразу растянувшегося на полу. Неизвестно, летал ли он прежде, однако странной машине не доверял.