Миражи

Баррет Мария

Лорд Генри тяжело вздохнул.

Придется уж Патрику потерпеть, думала она, доставая из бюро ключи от машины. Мне дольше пришлось терпеть.

Джон сидел в халате в номере, когда ему позвонили от администратора отеля. Его ожидает Патрик Девлин? Должно быть, ошибка. Он не видел и не слышал о Патрике Девлине с тех пор, как уехал из Моткома. Никакой ошибки, уверили его. Не будет ли он добр спуститься?

Джон быстро переоделся и сошел вниз.

– Джон!

Патрик бросился ему навстречу. Они неуклюже обменялись

рукопожатием.

– Может, присядем? – смущенно предложил Патрик, не зная, с чего начать разговор.

– Нет, спасибо.

В душе Джона воскресли воспоминания о прошлом. Его неприятно поразило появление Патрика Девлина.

– Что вам угодно, Патрик?

– Я приехал, чтобы поговорить о Франческе, – без обиняков начал он. – О Франческе и обо мне.

На лице Джона не отразилось никаких чувств, но в душе его поднялось возмущение.

– Это, должно быть, шутка, Девлин! Вы меня ради этого подняли с постели? С чего вы взяли, что после всего того, что было, я или она захотим иметь с вами дело?

– Мы с ней сегодня виделись, Джон.

Патрик заметил, как Джон изменился в лице.

– Разве она вам не сказала?

– Нет. – Этот факт разозлил Джона еще больше. – Она самостоятельная женщина, Патрик! И не обязана мне докладывать о том, что делает.

– Знаю, знаю. – Патрик отвел глаза. Разговор получался более трудным, чем он предполагал. Ему еще никогда не приходилось видеть Джона в гневе. – Джон, мы с Франческой встретились позавчера в Пимлико, потом я пришел на презентацию коллекции. И сегодня мы встретились снова. – Он вздохнул. – Мне очень нелегко…

– Да уж наверное!

– Я… – Патрик коснулся руки Джона. – Джон, выслушайте меня, не перебивайте. Я знаю, что неприятен вам, но мне обязательно нужно с вами поговорить.

Джон взглянул на его руку, потом перевел глаза на лицо Патрика. Он видел, как тот подавлен, но это его не разжалобило.

– Хорошо, – недовольно ответил он. – Даю вам пять минут. Так что вы хотели сказать?

Патрик набрал в легкие воздуха и посмотрел Джону прямо в глаза.

– Сегодня был самый лучший и самый тяжелый день в моей жизни. Нынче я понял, какую непростительную, роковую ошибку сделал летом в Шотландии. В сущности, я понял это еще тогда, но особенно ясно это стало, когда я вновь увидел Франческу.

Он немного помолчал и потом продолжил:

– Я люблю Франческу и думаю, что она тоже любит меня. Она убежала от меня – произошло глупое недоразумение. И теперь мне нужно ее увидеть, все ей объяснить. Вот я и подумал, что вы… – он запнулся, – что вы мне поможете.

Джон заметил, что под беспощадным светом огней в холле отеля Патрик выглядел усталым и сильно постаревшим. И еще – опустошенным.

– Вряд ли она простила вас, Патрик, – сказал он.

– Но не могли бы вы поговорить с ней? Сказать, что я люблю ее?

Патрик был в отчаянии.

– Не знаю.

– Может быть, вы подумаете?

Прежде чем ответить, Джон вспомнил о тех страданиях, которые выпали на долю Франчески за ее недолгую жизнь. И потом сказал:

– Я

подумаю, если вы обещаете мне кое-что.

Патрик с надеждой поднял голову.

– Все, что хотите!

– Вы уверены, что в самом деле сильно любите ее?

– Я…

Джон рукой подал ему знак помолчать.

– Да. Я знаю, что вы скажете, но я хочу, чтобы вы пошли теперь домой и обдумали все еще раз, Патрик. Подумайте над тем, чем вы готовы пожертвовать ради этой девочки, и как она может изменить всю вашу жизнь. И если утром вы подтвердите свое намерение, я обещаю поговорить с ней.

Патрик молчал.

– Я не хочу, чтобы она опять страдала, – сказал Джон. – Я этого не допущу.

– Хорошо, – ответил Патрик. – Я приду утром.

Джон пожал плечами.

– Надеюсь.

Он протянул руку Патрику, и они опять обменялись рукопожатием.

– Спасибо, – сказал Патрик.

– Спасибо скажете завтра.

Патрик вышел из отеля.

Леди Маргарет подрулила к дому Патрика со стороны Ройал Хоспитал-роуд. Она выключила мотор и немножко посидела, сбрасывая напряжение. Было два часа ночи. Наконец, взяв с соседнего сиденья жакет, она выбралась из машины. В доме было темно, но у нее был свой ключ.

Позвонив в дверь, она порылась в сумочке и нашла ключ. Ей никто не открыл, и она сама отперла дверь и вошла в холл, включила свет и прошла прямо на кухню, чтобы сварить кофе. Она слышала шаги Патрика наверху и решила собраться с мыслями, прежде чем начать разговор.

– Маргарет! Господи! Что ты там делаешь?

Он стоял в дверях кухни в халате и жмурился от яркого света.

– Что-нибудь не в порядке в Моткоме?

– Нет, в Моткоме все в порядке.

Она подошла и довольно холодно поцеловала его в щеку.

– Пойдем в гостиную, Патрик. Нам надо поговорить.

– Что значит – поговорить?

Она взяла кофе и заговорила.

– Сегодня вечером мне позвонил Чарльз Хьюит. По поводу тебя. Ну пойдем, сядем – не стой над душой, и так нервы не в порядке! Сейчас все расскажу, но сперва надо выпить, я устала за рулем.

Патрик пошел в гостиную и включил там свет. В комнате было холодно, и ему вдруг стала ненавистна ее огромность. Это Маргарет выбрала дом, очень удобно, недалеко от палаты, говорила она. Она сама занялась убранством и меблировкой, дала в долг денег для этого. Но Франческе здесь будет неуютно. Может, ей захочется жить за городом.

Вошла леди Маргарет с подносом и поставила его на кофейный столик. Она подлила молока в чашку Патрика и протянула ее ему, а потом занялась своей порцией. Отхлебнув темного ароматного кофе, она поставила чашку себе на колено.

– Ну?

Патрик внимательно следил за ее движениями, думая, что же заставило ее проделать двести миль в такой час.

– Скажи, о чем это ты собирался поведать «Мейл» по поводу своих отношений с Франческой Кэмерон?

– Прости?..

– «Мейл», Патрик! Они говорят, что ты обещал им эксклюзив с фотографиями и всем прочим!