Мираж
Шрифт:
— Наверное, услышали по радио, — предположил Кривский. — Многие сейчас делают радиоприёмники.
— Может быть, — согласился Кутепов, — но мне всё это не очень приятно: мои бывшие боевые соратники должны работать на меня.
— Конечно, должны! — воскликнул Кривский. — Кроме вас, у нашей армии нет вождей!
— Вынужден вам напомнить, — возразил Кутепов, — у нас есть Главнокомандующий армией барон Врангель.
— Он — Главнокомандующий, а вы — вождь!
9
Обсуждали
— Такие исторические свершения надо обсуждать за холодным пивом в тени платанов, — предложил Дымников.
Они пошли к Люксембургскому саду, нашли уютное место. Мохов достал газету.
— В дополнение к событиям, — сказал он. — Газета «Правда».
«Из Протокола Президиума ЦИК СССР от 5.9.24.
Принимая во внимание успешно завершённую упорную работу и проявление полной преданности к делу в связи с исполнением трудных и сложных заданий, награждаются орденами Красного Знамени: Менжинский В. Г., Фёдоров А. П., Пузицкий С.В.»,
— Думаешь, за Савинкова? — спросил Дымников.
— Конечно. Менжинский — известный чекист.
— ГОУ работает хорошо. По-моему, даже где-то возле меня.
— Где? Кто? — испуганно спросил Мохов и даже оглянулся, будто собрался бежать.
— Чего так испугался? — удивился Леонтий. — Я говорю: возле меня, а не возле тебя. Хоть ты дважды и сорвал операцию...
10
Теперь на звонок в дверь выходил не денщик Фёдор, не Лида, не Борис, а сам генерал. Если секретная почта, то письмо безмолвно передавали из рук в руки. Так и это письмо:
«Дорогой дядя. Произошло несчастье с Михеевым. Мы с ним, с Георгием и Стауницем подготовили акт в клубе в Сокольниках во время районной партийной конференции. Планировали бросить 2 бомбы в окна с двух сторон. Всё было предусмотрено. Нас ждали на автомобилях свои. Бомбы были у меня и у Михеева. Когда мы врозь пробирались сквозь толпу к окнам, вдруг начали проверять документы с той стороны, где шёл Михеев. Мне пришлось быстро уходить, а его схватили с бомбой. Конечно, он уже погиб в ГПУ, но у нас всё в порядке. Значит, не выдал. В октябре к вам едут 2руководителя «Треста». Племянники».
Вот и ещё один неизвестный герой погиб за Россию! Кутепов поднялся и подошёл к красному углу и долго молился Святому Георгию.
11
Из Сербии Мохов вернулся в дождливый вечер, но на лице его сияло утреннее солнце. Ворвался в кабинет, как из другого мира, исполненного интереснейшими событиями.
— Выписывайте премиальные, Леонтий Андреевич,
«Начальнику Особого отдела штаба Главнокомандующего
генерал-лейтенанту Климовичу Е.К.
Доношу, что по сведениям, полученным от агента А., большевистская конференция будет проводиться с 5 по 7 мая в Коктебеле на территории, принадлежащей писателю Волошину. По данным агента, писатель в конференции не участвует и предоставил территорию под пикник.
2 мая 1920 г. Полковник Журавлёв».
Внизу выцветшими фиолетовыми чернилами: «Агент А. — Ахтырский» и подпись: «Секретарь Кошкин».
— Вот и есть тема для разговора с агентом А., — сказал Дымников, пряча бумагу в сейф.
— Ещё не всё, Леонтий Андреевич. Есть новости о вашем любимом генерале. Он связан с российской подпольной монархической организацией «Трест». В конце октября — начале ноября два высших руководителя «Треста» приезжают в Париж для встречи с ним.
— Как мы узнаем, что они в Париже? Может быть, это как раз тот случай, когда нам никто не помешает? Ведь встреча у них будет конспиративная, значит, почти без охраны.
— В Сербии всё знает аппарат Климовича. Найдём кого-нибудь и здесь. Дали мне почитать письмо Шатилова к Врангелю. Я вот сделал выписки о Кутепове. Посмотрите:
«Кутепов отдаляется от своих недавних товарищей по Главному командованию. Он заразился общим настроением окружения Великого князя и проявляет в полной мере общее стремление быть Великому князю приятным и угодным. Он перестал делиться новостями со мной, Миллером, Хольмсоном, совершил ряд бестактных поступков. Вот тебе и единство работы, о котором мы так ратовали. Я его понимаю, как согласование усилий, Кутепов же его понимает в полной своей изоляции от нас. По некоторым данным, сам Александр Павлович считает, что дни Армии сочтены и что скоро мы собой ничего представлять не будем. Возможно, что он в этом отношении поддерживает тех, кто старается внушить Великому князю эти мысли».
— Если Кутепов действительно считает, что дни Армии сочтены, то у него мозги ещё работают, — сказал Дымников, — и когда мы его поймаем, с ним будет интересно поговорить. Поймаем?
— Обязательно, Леонтий Андреевич.
12
В кабинете Дзержинского на 3 этаже пасмурно, неясно и сложно, как и во всей стране. Сидели с Ягодой и Артузовым [57] , и нарком с трудом сохранял внешнюю уверенность и спокойствие.
57
Артузов (Фраучи) Артур Христианович (1891—1934) — с 1919 г. член коллегии ВЧК, ГПУ; до начала 1930 г. начальник отдела контрразведки РККА. Репрессирован, реабилитирован посмертно.