Мир темных

Лейт Ольга

Эльф ничего не сказал, только ухмыльнулся и согласно кивнул. Полотно ткани вновь потянули вниз и убрали повязку. Эльф предпочел видеть, с чем будет работать, или специально так сделал, зная, что Милена слишком впечатлительная и все равно отойдет. Действительно, на рану смотреть было страшно, и Милена сначала зажмурилась, а потом и вовсе отвернулась.

— Ой, нет. Я, пожалуй, в сторонке постою.

— Как знаешь. Ну что, пэр Сенти, — обратился к нему Арумиэль. — Сейчас тебе станет гораздо лучше, обещаю.

Он коснулся рукой груди в том месте, где было только покраснение, и теплая волна и мягкий свет стал охватывать и проникать внутрь. Сенти заметно вздрогнул и прикрылглаза, чаще задышал. Ему становилось легче, он почувствовал прилив

сил, и рана стала болеть меньше, а потом и вовсе появилось ощущение, что она затягивается. Любопытство Милены возросло, и она украдкой из-за спины эльфа поглядывала на происходящее, ее глаза медленно расширялись и восхищались работой Арумиэля. Как благородно с его стороны помочь Сенти. Но почему он так сделал? Ведь очевидно, что особых дружеских чувств к нему не питает, он и других не предлагал лечить. Собственно, никто и не знает, что такое возможно. Однако Арумиэль — кладезь талантов и способностей, что же он еще умеет? Как только эльф убрал руку, свечение и тепло прекратилось, и Сенти сразу же открыл глаза. Сначала он смотрел в пространство перед собой, а потом перевел взгляд на Арумиэля с Миленой. Девушка уже стояла рядом и с любопытством наблюдала за последствиями магического вмешательства. По внешним признакам Сенти можно было назвать выздоровевшим. Бледность кожи исчезла, равно как и синяки под глазами, глаза стали яснее, а от раны на груди остался лишь намек. Это просто чудеса! Эльфа одарили восхищенным, вперемешку с удивлением, взглядом. Милена и поверить не могла своим глазам! Сенти же наблюдал за двумя чуть склонившимися к нему эльфами. И ему стало горько еще больше. Объект его любви восхищался другим, и к тому же смотрелись они куда более под стать друг другу, чем, наверное, он рядом с Миленой. Горько, но это не значит, что надо сдаваться. Он напряг мышцы и сел.

— Сенти, тебе, наверное… — Пэр остановил ее рукой, мол, не надо сейчас ничего говорить, сам знает, что делает.

— Все в порядке. Спасибо. — Это уже было обращено к эльфу.

— Ну, что ж, свое дело я сделал. Теперь тебе, Милена, не обязательно с ним сидеть. Ты можешь рассказать мне, что с тобой произошло и какие у тебя открылись возможности.

— Арумиэль… Подожди. — Она переводила взгляд с одного на другого и заметила переживание Сенти. Он — ее друг, она не может вот так просто взять и уйти. — Я подойду к тебе сама, хорошо?

Эльф расправил плечи и вытянулся, отчего стал еще выше. На фоне человека он смотрелся куда выгодней, статней, красивей, точеные черты лица выгодно оттенялись в свете пробивающегося через светлую ткань палатки дня. В Сенти меньше было той изящности, и он был шире, крупнее, но не выше, и, кажется, сильнее, но это обман.

— Я буду ждать. — Эльф опустил глаза и, не смотря больше ни на кого, вышел.

Милена и Сенти встретились глазами. Такое доброе и мягкое лицо друга, всегда проникновенное, всегда участливое. В ней зародились теплые искорки, и она вновь захотела его обнять. Так и сделала. Он сидел на своей лежанке, что возвышалась от земли на каких-то опорах, и тонких шкурах, которые чуть сползли вниз при его попытке встать.Сенти обнял Мили одной рукой, другой все еще опирался, поддерживая себя. Хотя это и не нужно, ведь все зажило. Вторая рука тоже потянулась вверх и погладила ее по волосам.

Вот так, второй раз в жизни он прижимает ее к себе, обнимает, как родную… Так в какой момент Милена смогла взволновать его сердце, что его потянуло к ней с такой силой? Он втянул нежный аромат, что окружал ее, лесные, чистые запахи природы, цветов, травы. Такая нежная и хрупкая. Она навсегда заполнила часть его души, ведь они столько прошли и пережили вместе. Иначе и быть не может. Милена оторвалась и заглянула ему в глаза, погладила по щеке. Он тоже будоражил ее чувства. Она была ему благодарна, что не бросил, не оставил. Пусть и первым желанием было лишь исполнить веление зеркал.

— Милена, спасибо тебе. — Почти шепотом проговорил он.

— За что? — Спросила она с полуулыбкой, сейчас

момент ей нравился.

— Что спасла меня, причем дважды.

— Я не могла позволить, чтобы ты умер. И никто не должен умереть. — Брови ее нахмурились при воспоминании о постоянной опасности, что их окружает.

— Я должен тебе кое-что сказать…

Со стороны выхода послышались голоса, и они отпрянули друг от друга. Один из мужских голосов был знаком, но кто это, вспомнить не удавалось, как ни старалась Милена напрячь память. Пайка вошла в палатку в сопровождении принца Ниана. Тот горой возвышался над ней, Милена и забыла, какой он высокий, а сейчас будто стал и крупнее. Прошло-то всего… А сколько уже прошло? Милена со всеми этими приключениями забыла про время, про месяцы, что скитается в поисках счастья. А счастье-то есть? Она хотела попасть домой… Вот он, ее дом! Этот мир. И теперь нет нужды рваться обратно, тем более с такими ушами, как у нее теперь. Хотела отыскать родных — вот, пожалуйста! Один из них как раз стоит перед ней. Кем же он ей приходится? Но это и неважно. Ниан так внимательно рассматривал Милену, не находя ничего общего с той девчонкой, что встретилась ему сначала в лесу, а потом в замке. Милена и правда изменилась. Оставалось только хихикнуть на его растерянный вид и переведенный в сторону Пайки взгляд. Мол, ты куда меня привела, и где Милена, его пропавшая родственница? Но, доверяя Пайке, можно было не сомневаться, что это она и есть. Ниан чуть сжал кулаки и склонил голову набок, так ему было виднее, что ли? Улыбка совсем растеклась по лицу Милены, настолько принц выглядел сейчас забавно.

— Привет. — Решила она нарушить всякую субординацию. Давая понять, что знает и о себе, и о нем, кто они друг другу.

— Привет. — Принц не то, чтобы не ожидал, скорее, непривычно. — Эльфийка, наполовину… Как и думал. Хотя неожиданно видеть воочию. Мирэль не такой…

— Ты знал все раньше?

— Не совсем и не все. Пайка выдавала информацию по капле. Я же решил проводить свое расследование и послал за вами Мирэля. Ему это тоже полезно было.

— Почему с нами не пошел?

— У меня другие обязанности были. — Тут он посмотрел на Сенти. — Живой? И довольно неплохо выглядишь. — Он удивился — на умирающего Сенти никак не похож, скорее, наоборот.

— Арумиэль помог.

— Кто это?

— Эльф.

— Оказывается, как много их среди нас. — И Пайка удостоилась красноречивого взгляда.

— Не так уж и много! — Решила опровергнуть сию несправедливость продавщица.

— И столько хватит. Навертели так, что теперь всем светом расхлебываем. Что у тебя?

Ниан увидел, как Милена чуть сморщилась, когда наклонилась вперед, подобрав юбки длинного платья, и сделала шаг к нему.

— Немного болит, меня ранили. Но все заживает быстро.

— Пайка, и ты оставила ее присматривать за ним? — Ниан развернулся к продавщице, но при этом указывал на вполне здорового Сенти.

Теперь мнимый больной покосился на Милену. Сейчас ему было неловко, Арумиэль подлатал его, а Милену и не подумал. Или не заметил? Зато он видел, как она морщилась, когда эльф сгреб ее в охапку. При воспоминании Сенти нахмурился, руки же у этого эльфа длиннющие!

— Оставила? Да она сама рвалась! Ни в какую не хочет сидеть в своей палатке! — При таких словах Сенти воспрянул и просветлел и наградил Милену теплым взглядом.

— А что мне там прикажете делать? Я могу быть гораздо полезней здесь!

— Милена, иди к себе. Прошу тебя. — Попросил принц.

— Хм… Что ж, еще увидимся. — Двинулась было к выходу, но остановилась. — Надеюсь, все в порядке?

— Вполне, можешь ни о чем не волноваться. Тебе это сейчас вредно.

— Можно подумать, до этого все всегда шло на пользу. — Проворчала девушка.

— Подожди. — Ниан придержал ее. — Я всегда мечтал о сестре. — Видно было, как он переживает. Принц поджал губы, задумался, хотел еще что-то сказать, но пока молчал. Пауза чуть затянулась, и он, наконец, все же выдал. — Выше нос, скоро все наладится.