Мир После

Медведева Анастасия

Утро встретило меня странным, тревожным ощущением в груди. Я машинально встала, прошла в небольшую ванную, которая располагалась внутри моей спальни, также машинально привела себя в порядок, на каком-то автомате вышла в коридор, позволяя памяти вести меня из здания базы, напоминая мне, что Трой всегда встаёт рано, и что найти его можно было на полигоне, что располагался справа от выхода — как и на предыдущей базе…

Я открыла дверь и замерла.

Трой стоял посреди огромной площадки, вымощенной асфальтом. Одетый в форму, свежий, с ещё мокрыми после утреннего

душа волосами, он стоял и с наглой, греховной улыбкой смотрел на девушку, неспешно подходящую к нему.

Блондинка с короткими волосами, подстриженными по плечи, была невероятно грациозной и невероятно красивой — словно пантера, готовая к прыжку: опасная и прекрасная. На ней была та же форма, что и на Трое, отличался лишь цвет, в её случае — темно фиолетовый.

Девушка медленно подошла к Трою, положила руки тому на плечи, не отрывая от метиса такого же греховного и голодного взгляда, а затем впилась в его губы страстным поцелуем.

Или он впился в её губы?.. Неважно. Важно то, что их желание было обоюдным.

А мой гнев — реальным и весьма ощутимым.

Почему смотреть на это было так неприятно? Почему мне хотелось оттащить девицу от Троя, причём за волосы? Почему он вообще целует её? Да притом, с такой страстью? И почему я уверена, что эта реакция на встречу для этих двоих — довольно типична?..

Я хотела поговорить с ним. Я встала ради этого в такую рань, я пришла к нему, а он… он развлекается с какой-то девицей, забыв о моём существовании и отдавшись процессу изучения руками тела блондинки с упоением и жаждой!

Я положила руку на грудь — почему-то там заболело. Совсем плохо стало тогда, когда Трой подхватил блондинку под бёдра и унёс в неизвестном направлении. Я отступила внутрь базы.

Я не была готова признаться себе в том, что я испытывала.

— Приехала Лоя? — Барб выпрыгнула из своей спальни так неожиданно, что я вздрогнула, — Где она? Командир приехал вместе с ней? Или он подъедет позже — с сестрой и её новой сиделкой?

Девочка завалила меня вопросами, а я начала медленно приходить в себя.

— Лоя? — переспросила её.

— Командир другого отряда разведкорпуса, — охотно поделилась Барб, — ещё вчера Тройчик сказал, что она приедет за Габриэлем.

Понятно. Посланница Централи.

— Надеюсь, она здесь не задержится, — почему-то вырвалось из меня.

— Почему?! Она — классная! — возразила Барб, — Уверена, вы подружитесь!

А вот я почему-то в этом не уверена…

— Ты уже рассмотрела нашу основную базу?

Я, впервые с тех пор, как встала с постели, огляделась вокруг. Никакого сходства с предыдущей: это здание было просто огромным. Как я могла этого не заметить?..

Впрочем, чему я удивляюсь? Разве это — повод для подобных эмоций? Нет, поводом к удивлению было то, что меня реально беспокоило то, что происходило в одном из тёмных углов базы отряда разведкорпуса. Меня беспокоил Трой. И это было… непривычно.

Более того, мне было некомфортно. Я словно была рядом с Барб и одновременно — где-то далеко, в том месте, куда уносил меня воспалённый

тревогой мозг. Я шла за девочкой, кивая её словам и глядя туда, куда она мне указывала, проводя экскурсию по новому месту жительства, а сама всё пыталась глазами найти Троя с блондинкой, ожидая, что мы наткнёмся на них после очередного поворота. Я даже не заметила, как Барб привела меня на кухню, где уже ждал Вельз; не ощутила вкуса еды, когда оба члена отряда решили, что Трой задержится и не успеет к завтраку и начали трапезу без главы; не поняла, когда осталась в просторной светлой кухне одна и очнулась лишь в тот момент, когда на эту самую кухню зашёл Трой.

— Утро, — довольно протянул он, подходя к холодильнику и доставая готовый салат и свежевыжатый сок.

— Утро, — глухо повторила я.

Пока метис поглощал еду, я продолжала сидеть на табурете и пялиться в окно, но, как только он завершил свой завтрак и готов был выйти в коридор, я не выдержала:

— Препарат теперь раздают всем командирам разведкорпуса?

Вопрос был насущным. Не введись это правило раньше — Аст не сбежал бы с Тоней из Централи.

Так я убеждала себя, совершенно не желая мириться с тем, что творилось в моей голове на самом деле.

— Да, это постановление приняли спустя месяц после побега Аста, — кивнул Трой, наливая себе новый стакан яблочного сока.

— И ты не сообщил об этом своему другу? Хотя обнаружил его гораздо раньше, чем несколько дней назад? — спокойно спросила я, уверенная в том, что не ошибаюсь — Трой знал, где находился Аст.

— Так переживаешь за него? — ухмыльнулся Трой, не делая попыток подойти ближе или ещё хоть как-то отреагировать на мои вопросы, — Похвально, Покахонтас. Хотя я ожидал, что ты ещё немного поломаешься, прежде чем пустишь его в своё холодное лесбийское сердечко.

— Какой же ты гадёныш, — прошипела я, уже не имея сил сдерживать эмоции внутри себя.

— Я — всё тот же гадёныш, каким ты узнала меня в первый день нашего знакомства, — хмыкнул Трой, — Это твоя броня даёт трещины.

Он убрал сок в холодильник, размял мышцы шеи и с удовольствием потянулся.

— Даже странно, что я решила — будто в тебе ещё есть что-то человеческое, — тихо заметила я, поднимаясь с табурета.

— Нет-нет, моя радость, — покачал головой Трой, продолжая усмехаться, — не стоит перекладывать всё с больной головы на здоровую.

К чему это было сказано?!

— Это твоя-то голова — здоровая? — я подняла брови, с искренним удивлением уставившись на него, — В какой момент она такой стала? Когда ты бросил меня на расправу трём Грешникам? Или, когда скидывал тела из грузовика, чтобы привлечь к нам всех зараженных с округи и выкурить своего собственного друга из леса? Или, когда провоцировал появление скверны на своём теле, врываясь ко мне в душевую кабину?..

— А ты бы хотела, верно, Покахонтас? — Трой неожиданно резко прижал меня к столу, едва не нависая над моим рефлекторно отстранившимся телом, — Хотела бы, чтобы я сделал с тобой то же, что сейчас сделал с ней, да?..