Мир-механизм
Шрифт:
Мне бы хотелось смотреть на смерть так же, как он. Мне бы хотелось этого больше всего на свете. Но я так не могу. Я не хочу умирать.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Транспортная сеть еще работала, что стало для старшего библиария неожиданностью, учитывая, как Астральные Рыцари использовали ее, чтобы попасть
Хиалхи прислонился к стенке вагона, движущегося по молниевым рельсам. Боковые поверхности и потолок усеивали стойки для перевозки сотен некронов-воинов в подвешенном состоянии. Сейчас они пустовали. По-видимому, все силы врага собрались у собора.
Пока вагон стучал по электрической дороге, мимо проносился металлический городской ландшафт ненавистной Борсиды. Впервые с тех пор, как он покинул Храм Еретиков, Хиалхи позволил себе почувствовать боль от ран, нанесенных гаусс-огнем преторианцев. Глубокий ожог выел у него на шее и правом плече большой кусок мяса, и, хотя коагулянты, производимые его дополнительными органами, быстро затянули его коркой, он едва мог повернуть голову.
Хиалхи сосредоточился на внутреннем мире, забыв на время о физической боли. Он уже почти закончил укладывать в подсознании воспоминания магистра ордена Амрада и готовился запереть их в ментальном сейфе, где об их существовании смогут догадаться только знающие и опытные. Хиалхи представлял нити жизни Амрада. Психические отголоски магистра оборачивались вокруг шрамов, оставленных новейшей историей Астральных Рыцарей на плоскости варпа. Библиарий позволил этим нитям улечься в его разуме, а после смотал их в клубок и убрал в ящик памяти, отведенный для Амрада.
Образы оттуда добирались до поверхности сознания Хиалхи: Амрад сражается с вершителем Метзоем, спорит с командующими Космодесанта на борту «Темпестуса», организует управление в хаосе после крушения космолета. Библиарий даже увидел фрагменты сцены конфронтации с бывшим магистром ордена Дерелхааном, при которой присутствовал и он сам. Глазами Амрада Хиалхи видел, как заслоняет его от Дерелхаана, не давая ему прикончить Амрада — на тот момент капитана. За все время, что он занимался подобным, Хиалхи никак не мог привыкнуть к тому, что чужие мысли роятся в его голове. Это заставляло его чувствовать себя уязвимым. Заставляло чувствовать себя человеком.
В недрах сознания Хиалхи содержались воспоминания и других людей, выловленные им из Имматериума и спрятанные на хранение. Воспоминания капитана Шехерза, капеллана Масаяка, капитана Захироса — тех офицеров, чей пережитый опыт, несомненно, имеет ценность. Боевых братьев Коделоса и Газина, чьи роли в успехе миссии могли оказаться легко забытыми. Сержанта Фараджи, лицезревшего нечто такое, всю глубину ужаса от чего можно познать, только увидев это его глазами. Из всех принадлежащих им нитей варпа сплетался единый гобелен сенсорной информации, который теперь был запрятан у старшего библиария в мозгу.
Едва Хиалхи завершил этот процесс, как прогремел первый взрыв, сотрясший электродорожный состав.
Космодесантник пробежал в конец последнего вагона и выглянул наружу. На горизонте, на немалом протяжении городского пейзажа, в небо поднялся столб пыли и
«Сработало», — подумал Хиалхи и позволил себе на один миг испытать облегчение. Сражение пока не было выиграно, но Астральные Рыцари сделали на Борсиде все возможное и исполнили свой долг. Тем не менее у Хиалхи еще оставалось одно незавершенное задание.
В центре черных клубов возник тлеющий уголек, всего лишь огненная точка, поднимающаяся из тьмы. Она вбирала в себя материю и свет, словно черная дыра, открывшаяся в поверхности Борсиды. Хиалхи запечатлел этот момент в памяти и убрал его поглубже, поскольку он тоже мог представлять важность.
Существо, которое сформировалось в эпицентре зоны разрушения, нависло над самым высоким шпилем. Тело создания в буквальном смысле состояло из тьмы и не имело какой-то определенной формы. Единственная четко выраженная черта — расположенные полумесяцем три глаза, пылавшие в его сердце.
Когда щупальца из разорванного и смятого металла потащили его вдоль стальных вершин, у Хиалхи не возникло сомнений, куда оно направляется, пусть он и не знал географию мира-механизма. То, что обещало произойти далее, также требовалось запомнить, поэтому Хиалхи направил свое сознание во внешний мир и поплыл по волнам варпа, поднятым высвобождением существа из своей темницы. Перед ним стремительно разворачивалась картина Борсиды с ее бесконечными стальными каньонами и металлическими шпилями. Астральные Рыцари вели сражения на большей части территорий планеты, но сейчас с высоты его ментальному взору предстали величественные дворцы и монументы, прежде не виденные космодесантниками, — грандиозные результаты несчетных тысячелетий непрерывного труда полчищ скарабеев и рабочих конструкций, посвятивших себя обожествлению своей знати.
Далеко впереди закричал вырвавшийся узник, походя срывая верхушки шпилей и вбирая их в свою взвихряющуюся массу. Пока он упрямо тащил себя к цели, его конечности то формировались, то снова изменялись и при этом пульсировали чистой чужеродной ненавистью, долбящей по стенке разума Хиалхи. То была совершенная несвойственная человеку эмоция, ибо в этом существе не было ничего от людей, но все равно в ней безошибочно угадывалась ненависть.
Существо пересекло Лабиринтную пустошь, прошло над колоннами механических солдат, присоединившихся к битве на ее финальных этапах, и над тем, кто в полной мере сейчас мог испытать смятение при виде громадной черной тучи, ревущей и бушующей в небе.
Из собора Семи Лун вырывались языки пламени и дым. Некоторые из его секций горели, поскольку армия Астральных Рыцарей пробилась внутрь и уничтожила одну из оборонительных батарей, взорвав энергетические катушки и дав гаусс-огню затопить помещения. Однако причиненный ими, пусть и страшный ущерб едва ли заслуживал внимания на фоне громады здания.
Землю за вратами устилали сотни мертвых космодесантников. Они приняли открытый бой с основной массой защитников Хекирота, разбили огромные фаланги воинов и свалили десятки триархических охотников и высокопоставленных членов, восседавших на тронах. Там, где лежал наиболее плотный слой трупов, виднелось знамя Девятой роты, лежавшее рядом с обожженным телом капитана Хабиара и его командным отделением.