Мир иллюзий
Шрифт:
– Ну вот!
– сказал Эль Хоска, прикладывая руку к голове и болезненно морщась.
– Опять эта проклятая мигрень...
Лицо Каи просветлело. Злорадно улыбнувшись, она крепко сжала сандалию обеими руками и широко размахнулась. В следующий момент раздался звонкий удар, и мэр с размаху опустился на корточки, становясь похожим на кузнечика, насаженного на булавку.
– Хватит! Довольно!
– воскликнул Фелиз, заметив, как сияющая от счастья Каи заносит сандалию для очередного удара. Услышав окрик Фелиза, она хоть и с явным нежеланием, но все же остановилась.
–
– Стоять!
– приказал высокий, нагоняя его.
– Сюда, шпион!
– Схватив Фелиза за локоть, он увлек Фелиза за собой, сворачивая вместе с ним за угол дома, выходящего фасадом на площадь, проследовав дальше через высокие, обшарпанные двери, поднимаясь на второй этаж по навеки остановившейся ленте эскалатору и входя в просторную квартиру с высокими потолками, довольно бестолково заставленную мебелью.
Здесь посреди комнаты, в мягком кресле, положив ноги на пуфик темно-бордового цвета, восседал сам городской голова, Таки Маноаи. На ногах у него были шлепанцы; прочие части тела правителя скрывались в складках широкого потрепанного халата. В руке он держал стакан, а на голове у него возлежал резиновый пузырь со льдом.
При появлении Фелиза лицо его просветлело.
– Ага, вы его все-таки поймали. А теперь пошли оба вон!
– приказал он двоим стражникам.
– И не хлопайте дверью!
– Так точно, господин правитель. Есть, сэр, - отчеканил высокий, и оба стражника вышли в коридор, беззвучно прикрыв за собой дверь, подобно тому, как мать выходит на цыпочках из комнаты, в которой спит ребенок. Оставшись в одиночестве, Таки Маноаи снял с головы пузырь со льдом, вылил из него воду - являвшуюся, очевидно, его единственным содержимым - в ведро, стоящее на полу слева от кресла, после чего наполнил его свежей водой из емкости по правую руку от него.
– Так-так, шпион, - сказал он, водружая резиновый пузырь с холодной водой обратно себе на голову.
– Что ты имеешь сказать на этот раз? Побег из тюрьмы карается расстрелом. Отвечай, но только не очень громко, если можно.
– Я знаю, - отозвался Фелиз.
– Э-э... кстати, если я вдруг снова попробую сбежать, то вам будет лучше связать меня. Возможно, я не смогу справиться с собой.
Таки Маноаи нахмурился.
– Что еще за выкрутасы?
– поинтересовался он.
– Если ты сам не хочешь убежать, то кто может принудить тебя к этому? Нет уж, еще одна выходка с твоей стороны, и я велю тебя расстрелять.
– Послушайте, я же предупреждаю вас заранее, что, возможно, не смогу отвечать за свои действия, - взмолился Фелиз.
– Я, конечно, понимаю, что вы не признаете факта их существования, но у тех людей в цветастых одеждах есть мэр, который...
– Молчать!
– взвизгнул Таки Маноаи, хватаясь за голову.
– Замолчи, шепотом повторил он.
– Людей в цветных одеждах не суещствует. В этом городе нет никого, кроме - в это время дверь у Фелиза за спиной внезапно приоткрылась и тут же закрылась - нас.
Фелиз оглянулся. Это была Каи; она прихрамывающей походкой подошла к
– А, вот ты где, - сказала она.
– А то я уж испугалась, что не найду тебя. Эль Хоска считает, что у него приступ мигрени, и поэтому он отправился к себе, чтобы прилечь и переждать головную боль. Все остальные из наших, настоящих, разыскивают тебя по всему городу, но Эль Хоска ничем не может им помочь. Говорит, что нужно подождать, когда у него перестанет болеть голова - а, возможно, и после этого у него ничего не получится. Он считает, что мигрень его одолела из-за того разговора с тобой. Так что в данный момент тебе ничто не угрожает.
– Отлично!
– заметил Фелиз.
– А как по-твоему, могут ли эти люди застрелить меня?
Каи Мири с любопытством взглянула на правителя.
– Наверное, могут, а почему бы и нет?
– пожала плечами она.
– Хотя трудно поверить в то, что какие-то дурацкие призраки могут чем-то навредить нормальному человеку.
К этому времени Таки Маноаи уже какое-то время пронзительно орал на Фелиза. Улучив момент, Филиз обернулся, желая спросить, что тому надо.
– ... и прекрати разговаривать сам с собой. Я приказываю тебе! вопил Таки, обеими руками держась за голову.
– У меня и без тебя забот полон рот! Я не слабак, но это начинает действовать мне на нервы. Замолчи немедленно. Это приказ!
– Ладно, - миролюбиво согласился Фелиз. Таки же отнял руки от головы и обиженно посмотрел на него.
– Ты даже представить себе не можешь, какое бремя ответственности лежит на плечах правителя, - сказал он.
– Все шишки валятся на мою голову. Я в ответе за все. Если так пойдет и дальше, то до пятидесяти лет я не доживу, попросту сгорю на работе. Все считают, что справиться с моими обязанностями может каждый дурак. Но это далеко не так. И нет ничего удивительного в том, что время от времени я позволяю себе выпить.
– Да ну?
– изумился Фелиз, в ответ на что Таки одарил его свирепым взглядом.
– Ты что, решил шутки шутить? Высмеивать правителя категорически запрещается.
– Я больше не буду, - заверил Фелиз.
– Особенно такого, который сам знает, что и как ему делать.
Каи Мири встала за креслом правителя, держа сандалию наготове.
– Может врезать ему по башке?
– Не сейчас!
– возразил Фелиз.
– Ты что, помешалась на том, чтобы исподтишка лупить людей башмаком по голове?
– А что такого? Просто я вошла во вкус, - ответила она, примериваясь и совершая пробный взмах сандалией всего в нескольких дюймах над теменем Таки.
– Нельзя считать пороком то, что способно доставить человеку такое огромное наслаждение.
– Да перестанешь ты, в конце концов, разговаривать сам с собой или нет?
– рявкнул Таки.
– Это твое последнее предупреждение.
– Уже перестал, - поспешил заверить его Фелиз.
– Я просто оговорился.
– Тогда тебе лучше больше не оговариваться. Слушай и запоминай. Ты тут как-то сказал мне, что обладаешь некими техническими навыками и умениями, коими мы не владеешь. Это так?