Мир Иеро
Шрифт:
Показав, где именно лучше всего начинать подкоп, молодой эливенер отступил в сторонку, а лорс и медведь мгновенно врылись в мягкую землю. Сначала во все стороны полетела выдранная с корнем трава, потом — комья черной жирной земли. Иеро, Лэса и Лэльдо оставались на этой стадии боевой операции простыми наблюдателями.
— А эта конструкция не рухнет? — спросила иир'ва, видя, что двое землекопов забираются прямо под проволочный «моток».
— Да не должна бы, — ответил брат Лэльдо. — Та часть, что осталась над землей, держится на особых креплениях… к тому же она легкая. Если и свалится, ничего страшного.
Однако
— Отлично, — пробормотал эливенер, спускаясь в яму. — Отлично… что у нас тут?… Ага… ладно… с этим мы справимся… Иеро, иди-ка сюда!
Священник, только и ожидавший команды, спрыгнул в яму и уставился на небольшой участок гладкой металлической поверхности, торчавший из-под земли. Он, как ни старался, не мог обнаружить каких-нибудь соединений или заклепок. Казалось, кабели просто вливались в металл основной части…
— И как мы это будем потрошить? — недоуменно спросил Иеро.
— А запросто! — весело ответил брат Лэльдо. — Где твой кинжал?
Иеро вынул кинжал из ножен и рукояткой вперед протянул его эливенеру, но тот покачал головой:
— Нет, им действовать будешь ты. Смотри…
И брат Лэльдо, легко коснувшись кончиками пальцев металлической поверхности, что-то прошептал — а затем вдруг крепко хлопнул по шару ладонью. И в то же мгновенье с металла словно бы слезла тонкая пленка — и стали видны узкие пазы. Шар был изготовлен из множества шестиугольных пластинок.
Иеро осторожно всунул кончик кинжала в точку, где сходились четыре шестиугольника и чуть-чуть нажал. Кинжал ушел вглубь на пару миллиметров. Священник вопросительно глянул на брата Лэльдо, и тот кивнул:
— Да, не смущайся… энергичней!
И начал тихо что-то начитывать на незнакомом священнику языке. Иеро, отбросив остатки сомнений, принялся усердно поддевать кинжалом пластинки и отдирать их. Пластинки были сделаны из мягкого сплава, они гнулись, как медь, и снимать их было совсем нетрудно. Под шестиугольниками обнаружился куда более прочный каркас из узких металлических полос, а внутри него виднелось переплетение тончайших проводков и крохотных табличек, расписанных цветными значками и усеянных сверкающими золотыми точками.
Наконец брат Лэльдо сказал:
— Достаточно.
Иеро отступил назад, не зная, понадобится ли еще эливенеру его помощь. Брат Лэльдо всмотрелся в пестроту внутренностей шара, немного подумал и сообщил:
— Иди-ка наверх, дальше я сам.
Иеро послушно спрятал кинжал в ножны и выбрался из ямы. И стал вместе с остальными американцами наблюдать за действиями брата Лэльдо.
Впрочем, действовал эливенер настолько стремительно, что никто из четверых не успел ничего понять. Ловкие пальцы брата Лэльдо погрузились во внутренности шара, и оттуда дождем посыпались цветные таблички и обрывки проводков. А потом… потом та часть прибора инопланетян, что красовалась над поверхностью земли, вдруг смялась, словно по серебристой проволоке кто-то хорошенько врезал невидимой кувалдой, — и зашипела, сплавляясь в бесформенный ком.
Молодой эливенер легко выпрыгнул из ямы
— Готово! Больше эта гадость ни на кого давить не сможет. Отключилась.
— Проверим? — предложила иир'ова, поворачиваясь к Клуцу.
— Конечно, — согласился лорс. — Снимай с меня свои побрякушки!
— Сам ты побрякушка! — обиженным тоном передала колдунья, распутывая шнурки, которыми были прикручены к рогам Клуца ее амулеты. — Что бы ты делал, если бы не мои вещицы?
— Да, пожалуй, плохо мне пришлось бы, — согласился Клуц. — Ага… ничего не чувствую! — радостно сообщил он. — Эта штуковина и вправду молчит!
— И ты замолчал бы, если бы тебя выпотрошили, — усмехнулся брат Лэльдо. — Вот и все. Конец делу.
Но в следующую секунду они поняли, что конец делу еще не настал.
27
Шипение внезапно стало громче, и смятая в ком надземная часть аппарата засветилась горячим красным огнем. От нее пыхнуло таким жаром, что американцы шарахнулись от нее, как от готовой взорваться гранаты.
— Что это? — испуганно спросил медведь.
— А черт его знает! — ответил не менее других ошеломленный брат Лэльдо. — Ничего не понимаю… он же уже отключен!
И в этот момент Иеро вспомнил свое гадание на Сорока Символах. Тогда во время медитации он увидел, как отряд теряет последние предметы, изготовленные пришельцами, а взамен получает маленький хрустальный шарик…
Но не только священник вспомнил об этом.
— Иеро, кажется, твое предсказание сейчас сбудется, — передала Лэса, и ее мысленный голос прозвучал абсолютно спокойно. — Тот хрустальный шарик, который ты видел…
— Я тоже об этом подумал, — сказал Иеро, но его голос утонул в еще более усилившемся шипении, и священник перешел на мысленную речь: — Я помню о шарике, но почему ты решила…
И в этот момент раскалившиеся останки инопланетного аппарата взорвались с оглушительным треском. Американцы повалились на траву, изо всех сил стараясь избежать встречи с разлетевшимися во все стороны осколками и брызгами. Лэса взвизгнула, Горм утробно зарычал, лорс как-то странно, по-поросячьи хрюкнул… Иеро, ощутив на тыльной стороне левой ладони острый укол, вскрикнул и нервно взмахнул рукой… но, к счастью, ожог оказался крохотным, с булавочную головку. И тут же священник, сообразив, что не слышал реакции брата Лэльдо, испуганно поднял голову и осмотрелся. Эливенер присел на корточки справа от него, даже не пытаясь укрыться от осколков, и напряженно вглядывался в то место, где несколько секунд назад находился инопланетный аппарат.
— Эй, — хрипло окликнул его священник, — тебя не задело?
— А? — словно бы опомнился от сна брат Лэльдо. — Нет… не знаю. Погоди, не мешай.
Иеро сел, видя, что опасность уже миновала, и тоже начал таращиться туда, куда смотрел эливенер. Но увидел только маленькую кучку раскаленного, оплавленного металла. Остальные американцы тоже заинтересовались поведением брата Лэльдо, и в свою очередь начали всматриваться в останки надземной части аппарата.
Металл понемногу остывал, покрываясь серым налетом, — но больше вроде бы ничего не происходило. Однако брат Лэльдо по-прежнему сидел в напряженной позе и не отрываясь смотрел в одну точку. А потом вдруг резко встал и бросился к окончательно потемневшим оплавленным обломкам в центре долины.