Мир героев

Андреев Николай

Наемникам не удалось даже найти следов пребывания здесь беженцев.

Однако событие, которое произошло утром, заставило землян пересмотреть свое мнение. Преследовавших их бандитов атаковала группа неизвестных солдат в униформе, в темных гермошлемах и с лазерными карабинами в руках.

Оливийцы появились из блока «Z-7», туда же и ушли. Удивительно, но их оружие прекрасно действовало в условиях излучения. Без сомнения, выход тасконцев был спровоцирован любопытством воинов. Кто они такие и где прятались, оставалось только догадываться.

Все

документы, найденные на «Звездном», хранились у Сфина в Морсвиле. Ценные сведения являлись страховкой воинов. Сегодня наемникам представится еще один шанс проверить свою версию.

— Я уверен, «Z-7» мы найдем на том же месте. Склады и ангары всегда находятся рядом, — сказал японец.

Аято не ошибся. Спустя четверть часа земляне в сумраке вечера заметили знакомые очертания. Но осматривать было нечего. Фундамент в трещинах, стены повалены на внешнюю сторону, пол провалился вниз, вход засыпан песком, а крышка с замком вовсе отсутствует.

— Я не большой специалист по взрывам, — произнес японец, — но блок уничтожен изнутри. — Значит, кто-то умело заметает следы.

— Вряд ли тасконцы станут скитаться по пустыне, — задумчиво вымолвил Олесь. — Те парни не производили впечатления дикарей. У них под землей есть отличное подготовленное укрытие.

— Интересная мысль, — проговорил самурай. — Сейчас мы проверим наши предположения.

Тино уверенно зашагал к ближайшей группе инженеров и указал им на развалины блока, ссылаясь на то, что они отличаются от других.

Примерно через полчаса офицер подошел к землянам и, почесывая затылок, задумчиво проговорил:

— Действительно, странное местечко. Все разрушения на «Песчаном» двухвековой давности. Но это здание взорвалось изнутри, причем совсем недавно. Месяца три-четыре назад, не больше. Следы совсем свежие.

Русич и Аято с пехотинцами отправились искать оазис Корвил. Воинам предстояло преодолеть сто десять километров.

К полудню четвертого дня разведчики достигли намеченной цели. Воины поднялись на бархан и замерли в восхищении. Оазис поражал своими размерами. Он тянулся на десятки километров и уходил далеко за горизонт. Обширные поля, роскошный сад, многочисленные стада конов и даже небольшой пруд в центре деревни. По площади оазис превосходил Тишит, Твинт, Эквил и Клон вместе взятые.

Справа показалась вооруженная группа людей. Храбров и Аято вступили в переговоры и рассказали о цели отряда: обнаружение оазисов, пригодных для жизни для тысяч колонистов. Но предводитель местных жителей отказался вести переговоры и отдал приказ убить представителей. Тино заметил как лучники натянули тетивы и тут же был убит лейтенант Морган. Земляне атаковали противника и обратили его в бегство.

Переговоры не удались.

— И что же теперь делать? — растерянно вымолвил десятник.

— Будем прорываться, — вставил Олесь. — Поднимайте людей!

Вид у большинства пехотинцев был действительно неважный. Длительный переход давал себя знать. Еле передвигая ноги,

разведчики брели на северо-запад. Райский уголок Корвила быстро исчез из виду.

Спустя четыре часа на близлежащих барханах появились сотни тасконцев. Размахивая оружием, яростно вопя, они устремились на врага.

К такому повороту событий аланцы были готовы. Дружно ударили карабины, распорола тягучую пелену воздуха пулеметная очередь, глухо застучали подствольные гранатометы.

Гулкое эхо разрывов разнеслось над пустыней, вздыбились вверх столбы песка, обливаясь кровью, падали десятки корвилцев.

Осознав допущенную ошибку, оливийцы поспешно отступили. Выстрелы смолкли, и воцарилась пугающая, мертвая тишина. Склоны дюн оказались усеяны телами убитых и раненых тасконцев. Ни один десантник не пострадал. Русич смотрел на поле боя и не испытывал ни малейшей радости. Слишком дорогая плата за высокомерие.

Рота медленно двинулась дальше. И тут добавилась еще одна проблема. Оливийцы придумали неплохой способ борьбы с противником. Из-за соседних барханов неожиданно вылетел рой стрел. Двое аланцев погибли, а трое получили ранения. После того как рота нарвалась на очередную засаду и потеряла еще одного бойца, Храбров понял, что идти дальше не имеет смысла.

В экстремальных случаях радист выходит в эфир с небольшим сообщением.

— Мы в окружении. Квадрат 47–15. Срочно вышлите бронетранспортеры и вездеходы. У нас есть раненые. Проводником отправьте Пола Стюарта. Как поняли? — отчеканил радист.

— Поняли отлично, — послышалось в ответ. — Однако колонна прибудет лишь завтра днем. Вам придется продержаться сутки.

В выдержке и терпении оливийцам не откажешь. Лишь под утро, часа за полтора до рассвета корвилцы двинулись на штурм. Потери были огромные… К вечеру прибыли транспортеры и воины отправились в обратный путь.

Через два дня, на закате, боевые машины ворвались в распахнутые главные ворота на территорию базы.

— Сколько наших потеряли? — серьезно спросил де Креньян.

— Шестерых, — ответил русич.

Чуть помедлив, француз с горечью произнес:

— Здесь тоже не все гладко. Таких инцидентов еще не случалось.

— Кто? — уточнил самурай.

— Оливер Канн. — Воин из последней партии. Высокий, здоровый, рыжий. Позавчера Оливер затеял драку с Ченом. Канн бы добил Чена, но схватку заметил охранник на вышке. Пулеметная очередь прекратила избиение.

— А какова реакция Олджона? — вставил русич.

— В том то и дело, что никакой, — проговорил маркиз. У людей появился страх. С Оливером никто не спорит.

Аято взял с постели ножны и направился к двери. Следом за ним двинулись де Креньян и Храбров.

Увиденное подтвердило самые худшие опасения. В дальнем углу, развалившись на кроватях, сидели четверо крепких землян. Вся группа была из последней партии.

Аято и Храбров вступили в схватку с громилами. И те, в концов концов, сочли за благо подчиниться.