Мир Энни Мор

Булгакова Валентина

— И поэтому ты так поступил со мной? — я стояла, как обиженный ребенок, надув свои посиневшие от холода губы. С глаз потекли первые слёзы. Я вспоминала, как чувствовала себя тогда… я хотела убежать, а он пошёл к ним и всё рассказал. Но меня простили, мне поверили. Меня даже отпустили. А потом я встретила Шанти и Райана… Райан — он мне казался таким хорошим… Слезы потекли ещё больше от той боли, от тех чувств, которые я буквально 1,5 часа назад испытывала.

— Ты. Предатель, — прошипела я и оттолкнула его от себя.

— Эни,

прости меня! Ты когда-нибудь всё узнаешь, я расскажу тебе, и тогда ты всё поймешь! Ты поймешь, как нужна сейчас мне! Ты всё узнаешь! — Микки крепко обнял меня, я не стала вырываться… назад пути уже не было. А его я уже простила… для меня он был лучшим, он знал мою бабушку, он приносит мне эти вещи… Он заставляет меня вспоминать её — моего ангела, мою дорогую Сьюзи…

— Просто давай забудем тот случай. Я хочу вернуться…

— Ты меня простила? — он обнял меня ещё крепче, и я ощутила на себе это теплое дыхание, которое так необходимо сейчас мне.

— Я тебе всё простила…

Приложение.

Глава 19

Разговор Микки и Элоиза

Голубоглазый блондин ровно шёл по одной из улиц города. В его глазах, да и в самой душе опять ничего не было. Теплый дождь моросил уже несколько часов, что давно уже надоело молодому человеку. Легкая куртка и немного потрепанный шарф развевались на осеннем ветру. Везде была тишина. Да и кто будет ходить по такой погоде в 6 часов утра.

Он не знал, что ждать ему от этого разговора. Он боялся, но в тоже время ему давно уже надоело жить. Столько лет, и всё было впустую. Он подчинялся каждому слову, каждой мысли этого человека, а взамен ничего не получал. И так продолжалось уже несколько лет.

Начало осени. Деревья стоят ещё с зелеными листьями, но уже холодно, точнее прохладно. Он идет, слыша каждый свой шаг. Он запоминает их. А ведь когда-то жизнь казалась ему прекрасной. Он не думал о будущем, перед ним было только настоящее. Он радовался жизни.

Ему было 17, а ей уже 25. Он как всегда отпросился у матери из дома и пошёл гулять. На нем была светлого тона рубашка и непонятные штаны, доставшиеся ему от отца. Его светлые волосы спускались ему на глаза. Он шёл босиком по мостовой. На улице был июнь. Солнце злощастно палило ему в самую макушку, но ему было всё равно. Он знал, что сейчас он подойдет к этому маленькому приземистому домику, обросшему мхом и виноградом. И она выйдет оттуда, она улыбнется ему своей прекрасной улыбкой. А он, как последний дурак, останется стоять у дома и наблюдать за её отдаляющейся походкой. Её тело, лицо, руки, кожа… Он был влюблен в неё. Она казалась ему недоступным ангелом, но таким завораживающим, таким милым и нежным.

Вот он уже подошёл к этому серому домику. Он был настолько маленьким, что молодой человек не мог понять, как там можно жить. Маленькие деревянные окна были распахнуты на всю. Оттуда

веяло приятным запахом свежеиспеченного пирога. Это был дом семьи Лэнг. Для него эта фамилия звучала прекрасней всего на свете! Эмили — так звали эту двадцатипятилетнюю девушку. Именно в неё он был влюблен.

Тут маленькое личико проскользнуло мимо окошка. Сердце юноши дрогнуло. Сейчас наступит тот момент, ради которого он ходит к этому дому уже несколько месяцев. Но прошло уже больше минуты, а из дома никто не выходил.

Вдалеке он услышал топот людей, стремительно приближающийся к нему. Он не испугался — такое было часто в этой убогой деревушке. Да и 1966 год давал о себе знать. Чемпионат мира по футболу, бешеные фанаты игры и куча невинных людей, погибших в какой-нибудь драке из-за спора, кто выиграет. На всё это он не стал обращать внимания, потому что он ждал её.

Прошла ещё минута ожидания. Дверь домика распахнулась, и оттуда, как птичка из клетки, выпорхнула Эмили.

— Привет, — еле успел сказать он, но красавица успела это услышать.

Эмили была невысокого роста. Прямые темные волосы до пояса, маленькое тельце, больше напоминающее эльфа и маленькие ручки, как у ребенка. Она казалось такой хрупкой, но у неё было довольно взрослое лицо. Эта девушка повзрослела ещё тогда, в 1943 году, когда её папу забрали на войну. Она была ещё маленькая, но душой она понимала, что отец её уходит навсегда, что эти большие теплые руки больше никогда не станут качать её, что эти маленькие синие глаза больше никогда не посмотрят на неё. Мама её тогда очень плакала, и она тоже плакала. Потом через 7 лет умерла и её мать. Она осталась одна. И только нянечка, которая до сих пор живет в этом старом домишке, не оставила её.

Всё это очень сильно отпечаталось на душе девочки. Поэтому в 25 лет, она выглядела на все 30. Большие синие глаза уже не горели, как прежде. Милая улыбка уже не была так мила, но этот парень всё равно был в неё влюблен, и она знала это. Она знала, что каждый день этот молодой человек подходит к её дому, чтобы посмотреть, как она идет к колодцу за водой. Она ему всегда улыбалась. Да, он был симпатичным, но для неё он был слишком юн. И кроме улыбки она пока ничего не могла ему подарить.

— Ты прекрасен, как всегда, — пропела Эмили и засмеялась. Ей нравился его голос, поэтому сегодня она позволила ему поговорить с ней.

— А можно… — он не смог договорить, так как очень смущался.

— Конечно можно! А почему нельзя? Ты мог бы давно говорить со мной, — Эмили опять засмеялась. Его красные щёки ещё больше умиляли её.

— Эмили…

— Микки, давай сегодня прогуляемся по мостовой? — беззаботно спросила Эмили.

Он ничего не ответил. Он просто пошёл вслед за ней. Она смеялась, она рассказывала ему о своей жизни. А он любовался ею.

Маленькая — она как драгоценный камень, который так хотелось иметь молодому человеку.