Мир-Чаша, Барей Александр

Мир-Чаша

на обложку

Барей Александр

Шрифт:

– Как? Мы не на Нартулле? Непостижимо!

– Посмотри в зеркальце, – посоветовал Олег, – и увидишь что-то, еще более непостижимое.

Когда Майкл взглянул на свое отражение, то в ужасе отшвырнул зеркальце и завопил:

– Я так и думал! Белая горячка! Все-таки правду говорят врачи!

– Ты что, увидел там монстра? – насмешливо бросил Саньфун.

– Хуже. Я увидел себя лет двадцать назад. У меня точно белочка.

– Вот до чего людей доводит алкоголь, – поучительно заметил Олег. – Расскажи-ка нам о пленниках, которые сбежали.

– Что тут рассказывать?

Я их даже не видел. Сидел себе в своей камере, да и все. Знаю, что сбежали они прошлой ночью, но как – неизвестно. Прошлой ночью я о них и узнал. Мне случайно удалось услышать разговор Рикса с начальником тюрьмы. Начальник сказал, что трое пленников сбежали. Рикс, бушуя от ярости, ответил, что теперь придется разыгрывать сцену повешения только со мной. Вот и все, что я знаю.

– И ты не знаешь, кто были те пленники? – спросил Олег.

– Нет.

– Джерри Фишер, Алексей Бельский и Филлоя, завоевательница Нартуллы!

– Джерри тоже в Эльфире? Вот это да! И ты, и доктор! Но почему мы не на Нартулле? Как мы сюда попали?

– Наверное, ты был очень пьян, раз не помнишь.

Олег указал на перстень Галлиена. Майкл разинул рот.

– Как тебе удалось заполучить кольцо Герола?

– А что ты скажешь теперь? – хвастливо сказал Саньфун и показал американцу второе кольцо.

– Не может быть! Одно из них подделка, точно вам говорю.

– У тебя, наверное, свои понятия о точности, – сказал Олег, – потому что, во-первых, ни один перстень не подделка, а во-вторых, это перстни Галлиена, а не Герола. Так что делай выводы.

– Какие уж тут выводы. Вешаете мне лапшу на уши и думаете, что я купился.

– Давайте-ка лучше спать, – предложил хаджуй. – Ты, Майкл, по-моему, еще слишком пьян. Вот проспишься, тогда поговорим. Утро вечера мудренее.

Улегшись, друзья закрыли глаза. Американец посмотрел на них и начал тихонько подниматься, украдкой поглядывая по сторонам. Саньфун, не открывая глаз, усмехнулся и сказал:

– Майкл, если ты думаешь, что ты наш пленник, то должен тебя разочаровать. Можешь спокойно встать и идти на все четыре стороны. Никто тебя не держит.

– Как это? – удивился американец.

– Неужели ты был настолько пьян, что ничего не помнишь? Мы ведь тебя не взяли в плен, а освободили от виселицы, – сонно пробормотал Олег. – Знал бы заранее, что ты такой ворчун, никогда в жизни не пошел бы спасать тебя от петли.

Когда утром друзья проснулись, то увидели, что Майкл никуда не делся, а храпит рядышком. Они собрали пожитки, загасили костер и стали его будить. Американец в ответ вяло пробормотал что-то, покряхтел и захрапел дальше. Олег пнул его ногой в бок. Майкл завопил не своим голосом:

– Да дайте же, наконец, поспать, мать вашу за ногу!

– Как знаешь, – сказал Олег.

Друзья поднялись и пошли прочь. Майкл, увидев, что они не шутят, начал неуклюже подниматься. Изрыгнув с десяток ругательств, он крикнул:

– Эй! Подождите! Я с вами!

Через несколько часов путешественники вышли на берег широкой реки. Испытывая страшную жажду, они жадно напились. У американца после воды снова посоловели глаза. Олег и Саньфун только руками разводили.

Майкл между тем начал ворчать:

– Пожрать бы чего-нибудь. Сутки, как в животе пусто.

– Думаешь, ты один здесь такой? – хмыкнул Олег.

– Погодите-ка, – вмешался Саньфун, – взгляните туда.

Майкл и Олег посмотрели в направлении его руки и увидели в нескольких милях вниз по течению верхушки высотных домов, возвышающиеся над тропическими лесами.

– Город! – воскликнул Олег. – Настоящий земной город! Вот где мы поедим и найдем ночлег!

– На какие, интересно, шиши? – буркнул Майкл.

Олег в ответ вытащил из кармана горсть золотых, которые ему дала Филлоя. Мешочек с бриллиантами пропал, видно, его стащили в толпе.

– Откуда у тебя золото? – удивился американец.

– Думаю, сначала нужно рассказать друг другу свои истории, – предложил Саньфун.

– Да, Майкл, расскажи-ка нам, где тебя носило, когда ты попал на Нартуллу? – оживился Олег.

– Надо бы присесть, – не преминул воспользоваться случаем американец. – Что-то я притомился.

Друзья уселись, а Майкл, посчитав такую позу недостаточно удобной, прилег. Прочистив горло, он повел:

– Моя история вряд ли будет длинной. Не буду рассказывать о своих похождениях на Земле, а начну с событий в лаборатории. Когда этот придурок Олег крутанул что-то на приборе, лаборатория исчезла. Я оказался в каком-то поселке с деревянными избушками. Они были пустыми. Я долго блуждал по улицам, пока не забрел в центр поселка. Там стояло обширное здание. Когда я туда вошел, то увидел множество людей. Половина из них сидела за столами, половина – танцевала под игру музыкантов. Все туземцы были пьяными. Они разговаривали на незнакомом языке. Один из них, не говоря ни слова, налил мне стакан какого-то пойла. Я выпил. Пойло оказалось совсем неплохим, а главное – крепким. Я сел за стол к гостеприимным ребятам и выпил еще. Несмотря на языковый барьер, мы быстро нашли общий язык. Вскоре вся братия, находящаяся в помещении, затянула песню, которую, как я позже узнал, любила исполнять каждый день.

Не успели друзья и глазом моргнуть, как Майкл уже горланил на весь лес:

|Em|

Ну-ка, друзья, сядем за стол,

|G|

Есть у меня к вам разговор.

|H| |Em|

Ну-ка, друзья, станцуем и споем.

|Em|

Ну-ка, браток, водки налей

|G|

Полный стакан, и не жалей,

|H| |Em|–|E7|