Минуту назад

Олина Екатерина

Сумман сидел на кровати и спокойно зашивал рану на своем бедре. Брюки на месте раны порваны, на краях запекшаяся кровь. Рана промыта. На мое шебуршение он даже головы не повернул. Глаза слипались, и разглядеть все как следует, не получалось. Спустя пару минут глаза начали слезиться, и моя борьба с сухими линзами прекратилась.

– Красивый шов, - громко сказала я.

– Благодарю, - спокойно отозвался Лилейный.

– Меня ждет наказание?
– что-то наглость у меня зашкаливает.

–

Могу тебя ремнем выпороть, - усмехнулся он и взял металлические ножницы, - хочешь?

– Нет, - ответила я, - лучше развяжи мне руки, а то больно уже становится.

– Чуть позже.
– Сумман провел рукой по свежему шву и остался доволен.

Он встал и, чуть прихрамывая, вышел из комнаты, унеся с собой все медицинские принадлежности. Я пробовала освободиться сама, но не вышло. Закрыла глаза и попробовала помечтать о чем-нибудь. Мысли все время возвращались к моему плачевному состоянию. Как бы я не храбрилась, перспективы пугают. Най... может тебе и не стоит пытаться найти меня. Ведь тогда тебе придется встретиться с Сумманом... нет, не буду думать об этом. Я стала просто напевать про себя песню...

Вернулся темный. Уже переодевшийся. Рубашка и брюки уступили место водолазке и армейским штанам. Ага, и ботинки в масть. Все черное. Я сидела и блуждала взглядом по комнате. Все мое бойкое настроение куда-то делось.

– Сейчас какое число?
– я старалась на блондина не смотреть.

– Неважно, - отозвался темный, - у нас с тобой все дни теперь одинаковы. Привыкай.

– Развяжи, - тихо попросила я, опустив голову, - пожалуйста.

– Пока рано, - он подошел ко мне и присел на корточки.
– А ты меня удивила. Молодец. Думал, у тебя духу не хватит, но ошибся.

– Извиняться я не буду, - я вздохнула.

– Я этого и не жду, - он встал и потянул меня наверх за предплечья.

Вот я уже на ногах. Он повел меня к кровати и швырнул на нее лицом вниз. Я перевернулась на спину и попыталась сесть. Сумман снова толкнул, и я осталась лежать на спине. Было неудобно, руки мешали. Я повернулась на бок. Блондин разглядывал мое лицо.

– Хороший синяк, - усмехнулся он, - сама себя наказала.

Я молчала. Хотелось снова провалиться в сон. Забыться или наоборот проснуться и забыть весь этот кошмар. Или чтобы все стало как раньше.

– Повернись на другой бок, - усмехнулся Сумман - я тебя развяжу.

Я выполнила его приказ. Его горячие руки коснулись моих холодных ладоней. Минута, и я смогла потереть покрасневшие запястья. Цепочка на шее уже практически не ощущалась. Я провела по ней рукой. Ничего. Чуть потянула вниз. Ничего. Потянула сильнее, она впилась в кожу сзади, но не причиняла той боли, что раньше. Я взялась за нее двумя руками и попробовала порвать. Не вышло.

– Ты же знаешь условия освобождения от ошейника, -

блондин смотрел на меня, - только тот сможет снять, кто надел.

– С искренним желанием освободить, - тихо продолжила я.

– Как ты можешь догадаться, - он приблизился ко мне, - я тебя освобождать не желаю.

– А чего ты желаешь?
– я старалась не смотреть в его глаза.

– Об этом позже, - он коснулся рукой моего лица, я вздрогнула.
– Посмотри на меня.

Я отвернулась. Не было сил видеть его. Тогда он заставил. Нет, волю он не захватывал. Он просто взял меня за подбородок и развернул мое лицо к себе. Я положила свою ладонь на его, хотела оторвать от лица. Из-под рукава его водолазки показался браслет. Я уцепилась за него двумя пальцами. Хотела порвать. Раз уж он так дорог этому мерзавцу, что он его никогда не снимает, пусть тоже что-то потеряет. Он схватил мою руку и больно сжал.

– Пусти, - поморщилась я.

– Отпусти цепочку, - зло сказал он, - порвешь, и я вывихну тебе все пальцы на руках.

Физической боли я боюсь и поэтому подчинилась. Расслабила ладонь и повозила Сумману убрать мою руку, но он продолжал сжимать мои пальцы. Глаза его зло блестели. Я боялась шевелиться. Опустила взгляд на кровать. Прошла минута, и он словно опомнился. Разжал пальцы. Я облегченно вздохнула. Поспешила убрать свою ноющую конечность подальше от блондина. Что же связанно у него с этим дешевым браслетиком?

– Думаешь, он дешевый?
– темный снова заставил меня смотреть на него.

Он держал мое лицо за подбородок.

– Это же серебро...
– проблеяла я.
– Но браслет красивый.

– Куколка...
– усмехнулся он.
– Примерно с такими же глазами ты однажды сама пришла ко мне... пришла, потому что поссорилась с родителями. На плече сумка с тетрадками, в руках папка с учебниками. Так и хотелось снова поцеловать... такую чистую... наивную.

– Пришла и что дальше?
– я смотрела в бок.

– Пришла, я читал, ты занималась своими языками, - Сумман поймал мой взгляд, - потом ужин и спать. Утром я отвез тебя на учебу, потом забрал. И снова домашнее задание, спать и на учебу. Так прошла неделя. Твои родители чуть с ума не сошли. Ты им наплела, что у однокурсницы живешь.

– Ты не врешь?
– я была удивлена своему поведению.

– А смысл?
– он убрал руку от моего лица.
– Теперь как раз таки я могу говорить правду. Стирать все это из твоей памяти отнюдь не моя инициатива была.

– А чья? Орфа?
– тихо спросила я.

– Сибилла так захотела.
– Он встал и подошел, чуть хромая, к заколоченному окну.
– Меня спросить не удосужилась.

– Что потом? После недели, что я у тебя гостила.
– Я потерла ноющие запястья.