Министерский Город
Шрифт:
1.
Район Доброты
По прохладной утренней улице шли двое: статная чёрная аликорн, вся завешанная тяжёлыми сумками, за которыми её почти не было видно, и тёмно-синяя единорожка с флягами и биноклем, что висели у неё на шее. Рядом с пони летела карта в магическом облаке. Иногда единорожка поглядывала в неё, сверяясь. Солнце ещё не взошло – огненный красный диск едва виднелся на горизонте.
– Не понимаю, зачем в городе столько зелени? – недовольно буркнула Найтмер, продираясь сквозь высокую – почти ей по грудь – траву. Найтфлат беззаботно пожала плечиками, вертя перед собой карту.
– Потому что природа якобы делает пони добрее и умнее. Да и вообще, те миленькие красненькие цветочки – очень даже ничего!
«Миленькими красненькими цветочками» оказалась клумба с нереально большими цветами, которые, казалось, подпирали небо. К величайшей "радости" путешественниц (а особенно Найтмер), цветы вылезли из выложенного камешками круга и расползлись по всей улице, не давая пройти. Оптимизма прибавляло и то, что мясистые стебли растений так и обещали задушить тех, кто посмеет приблизиться к ним.
Найтфлат просто телепортировалась, заранее вручив свои вещички подруге. Найтмер пришлось перелезать сквозь миниатюрные джунгли, так как при телепортации могли пострадать продукты и некоторые хрупкие вещи. Злобно пыхтя, чёрная аликорн начала одолевать ползучую стену, стараясь при этом не оступиться и не упасть (с кобылицей бы ничего не случилось, а вот с грузом и планами на утро – кое-что неприятное), не растерять всякую мелочёвку, не поцарапаться, не разразиться неприличными древнеэквестрийскими ругательствами… Хотя нетерпеливые выкрики Найтфлат: «Ну где ты там?» и «Ты что, застряла, что ли? У-у-у-у, наела себе жирный круп!» в разных вариациях здорово подбадривали. Так хотелось бодренько вылезти из зарослей и бодренько дать подзатыльник этой вредной единорожке! Правда, через две минуты раздражённого пыхтенья старшей волшебницы, Найтфлат всё же смилостивилась и леветировала себе две сумочки и флягу. Дело пошло чуточку быстрее.
– Если вы меня не отпустите, то я вас сожгу, - доверительно сказала Найтмер гадким лианам. Так как растения своего мнения не поменяли, аликорн зажгла рог, роняя на толстые стебли несколько светло-бирюзовых звёздочек. Голубой огонь весело побежал по цветам, поднимая в небо редкие синие искорки и наполняя чистый воздух густыми клубами дыма. Ловко выбравшись из остатков лиан и чудом не повредив ни одну из сумок, аликорн спрыгнула на землю. Найтфлат картинно зааплодировала.
– Ты сожгла любимую полянку министра Добра, Найтмер Мун. Поздравляю тебя!
– Зная характер Флаттершай, можно предположить, что у неё каждый клочок земли – любимый, - усмехнулась чёрная кобылица, поправляя навьюченный на неё багаж. – И всё-таки, тебе действительно нравится весь этот растительный бардак? А мне казалось, мы против Министерства.
– Это не значит, что мы должны ненавидеть абсолютно всё, что связано с ним. Тем более, цветы-щупальца –
Найтмер не нашла, что возразить – логика была железной. Но на всякий пожарный аликорн спросила:
– Ты слушаешь радио для маленьких жеребят?
– На пути к Гармонии и Магии нет понятий возраста и чего-то там ещё, - процитировала единорожка. В том, что это слова Твайлайт Спаркл, Найтмер ни секунды не сомневалась. Говорить так убедительно и так нелепо одновременно могла только она.
– Теперь мы можем идти? – спросила чёрная пони у своей попутчицы и та утвердительно кивнула головой.
Из-за горизонта выглядывала уже половина солнца, озаряя всё вокруг себя. Вдохнув свежий воздух, наполненный тончайшими ароматами цветов, лишь чуть-чуть подпорченный дымом, Найтмер почувствовала, как на загруженной спине словно бы появляются и расправляются невидимые могучие крылья. Аликорн воспряла духом – редко когда восходящее солнце дарило ей такую надежду и такую решительность! В это утро Найтмер была готова сделать всё.
Горящая клумба всё ещё отправляла воздух противными серыми облаками. Две подруги поспешили покинуть это место: не нужно, чтобы кто-то нашёл их на месте «преступления», да и откладывать важные дела в долгий ящик кобылам было совсем ни к чему.
***
– Итак, куда теперь? – спросила Найтмер, потягиваясь за уютным столиком в уличном кафе. На красивой, расписанной бабочками и муравьями столешнице, стояли две вазочки ванильного мороженого и бутылка вишнёвой газировки: «NewDislestia». Посетителей в кафе в этот ранний час не было, так что путницы могли не перешёптываться, а просто слегка понизить голос, изредка оглядываясь. Найтфлат хмыкнула и сунула себе в рот ложку с мороженым, аликорн же даже не притронулась к лакомству. Кусок не лез ей в горло. Правильно ли то, что они задумали? Может быть, они просто что-то не так поняли, и проблемы нет? А что, если их поймают? Осудят? Благими намерениями выложена дорога в ад, как говорится. Да и никто вроде бы не жалуется…
«А если меня отправят обратно на луну?»
Возвращение на холодный бездушный спутник – это никоим образом не входило в планы чёрной кобылицы. Вряд ли она найдёт лазейку так легко и просто, как в прошлый раз, и что же будет делать Найтфлат без неё? «Нет уж, мы осилим этот путь! Следящие плакаты, культ личности, контроль снов – разве это нормально?! Величайший позор – закончить дело, даже не начав его!.. Уж я-то знаю…»
Вздохнув, чёрная пони магией подняла ложку и начала впихивать в себя уже растаявшее и ставшее невкусным, мороженое. Несколько лет назад она уже отпустила ситуацию раньше времени, слишком рано залившись победным хохотом. «На сей раз такого ни за что не будет, клянусь».
– Найтмер, всё хорошо? Ты какая-то грустная…
– Ась? – голос Найтфлат отвлёк чёрную аликорн от тягостных размышлений. Синяя единорожка вопросительно смотрела на подругу, и кобылица поспешила уточнить. – Всё в порядке, просто я задумалась. О чём мы там говорили?
Найтфлат закатила глаза:
– Ты спросила меня, куда мы отправляемся дальше. Можем покружиться здесь и уйти, можем направиться прямиком в Башню Селестии, а можем обойти каждый район. Выбирать тебе.
– Тогда… тогда давай обойдём каждый район? – робко предположила богиня тьмы, налив себе ещё стаканчик лимонада. Её собеседница вздохнула и приложила копыто к лицу.