Милые письма

Стародубова Инна

От меня веяло холодом….вашим холодом.

Все попытки раскопать во мне человечность приобретали садистский характер. Что б понять, что мое сердце бьётся, вы не прощупывали пульс, а разодрали грудную клетку.

И что же?! Вам удалось понять, что я из плоти и крови?! Что мне бывает больно, и страшно и одиноко. Что чувствую, будто каждый сосуд покрыт колючим инеем, и не замёрз лишь орган с аортой. Не замёрз, потому что он был, проткнут тонкой раскаленной спицей, которую вам так нравилось поворачивать.

Мне

пришлось притвориться мёртвой, чтобы эта пытка закончилась. И как положено “порядочному” садисту вы просто перешагнули через мой труп. Но я вас пережила. Моя оболочка встала, отряхнулась и снова научилась ходить.

Мне не больно. Мне, правда, не больно. Мне холодно. И холод этот теперь мой, а не ваш.»

Вот, красиво, не правда ли?! Примечательно, что сейчас ситуация повторилась и все эти перипетии моей психики находятся в полном ренессансе . И мне страшно, милый.

Я никогда не боялась обжечься и с достоинством горела, но этот холод после. Мне страшно от того, в кого он меня превращает…

Прощайте .

4

Прощаться и прощать.

Здравствуй, милый!

Как часто тебе приходилось кого-либо прощать?

Рискну предположить, что не часто. Но и не посмею отрицать, что подобные ситуации случались и с тобой, не смотря на твой суровый внешний образ. ( Мне хочется надеяться, что я не ошибаюсь) Ведь, ты любил повторять, что мы с тобой похожи – «внутри нас одинаковое зло». И потому, я имею право, хотя бы рассуждать о твоих переживаниях, как о своих.

Не так давно я задумалась о «прощении». Какой смысл вкладывать в это слово? Почему все говорят о нем, как о панацее? Ну, простила я, и что дальше?!

Я ведь, и в правду простила: отца, которого никогда не видела; друзей, которые предали; любовников с недостойным поведением…Вас!

Я всех простила, искренне никогда не желала плохого, и в какой-то момент приходила к тому, что желаю им всем счастья и покоя в душе. Но почему тогда воспоминания о тех людях или событиях неприятно щекотят сердце до сих пор?! Почему с прощением не пришло это обещанное чувство освобождения?

На днях я прочитала интересную теорию о том, что «прощение» – это принятие прошлого таким, как оно есть и оставление (бессмысленных) попыток его как-то изменить.

А действительно. Мы прорабатываем и перерабатываем свои чувства, придаем им новые краски и смыслы. Но при этом, по инерции наш мозг, проигрывая тот или иной эпизод, пытается выявить ошибку в сценарии. И получается, что мы уже всем сердцем готовы отпустить человека, но сознание предательски подбрасывает нам любимый вопрос «почему?»

Хотя, мы все прекрасно знаем ответ на этот вопрос « просто так и должно было произойти».

Нет, я не склонна к фатализму, или еще какому-нибудь – изму (ну, кроме пессимизма, конечно же). Со временем, я все больше склоняюсь к тому, что

вещи происходят, просто по тому они происходят, и нет в том глобальной несправедливости или цели наказать за что-то, скорее наоборот.

Если представить жизнь, как некий отрезок, на котором точкой отметить пик раскрытия потенциала человека (предначертанная миссия, встреча с судьбой, как угодно) и все события в жизни выстроить в цепочку, которая двигает вас по вектору от начала вашей жизни к этой точке, то соответственно, каждая потеря или расставание это лишь преодоление преграды, толчок в сторону своей судьбы. Значит: не стоит за эту преграду держаться, её нужно просто переступить. В этот момент и наступит долгожданная свобода.

Ты был моей самой красивой преградой. Спасибо, что «был»

Прощайте.

5

Безразличие

Здравствуй милый!

«Американский врач Элизабет Кюблер-Росс создала концепцию психологической помощи умирающим людям. Она занималась исследованием переживаний смертельно больных людей и написала книгу: «О смерти и умирании». Она наблюдала за реакцией пациентов американской клиники, после того, как врачи им сказали о страшном диагнозе и неминуемой смерти. В этой книге Кюблер-Росс описывает стадийность принятия смерти:

–отрицание;

–гнев;

–торг;

–депрессия;

–принятие.

Все 5 стадий психологических переживаний испытывают не только сами больные люди, но и также родственники, которые узнали о страшном заболевании или о скором уходе своего близкого человека. Часто эту схему применяют для описания состояния людей после любой крупной (с их точки зрения) потери. Не обязательно, связанной со смертью».

Я читаю этот текст на одной из множества брошюр, что мне дала мой психотерапевт уже пятый раз. И понимаю, что это – ещё одна милая концепция, в которую я элегантно не вписалась.

Дело в том, что доктор дала мне задание: проанализировать все крупные потрясения в моей жизни и описать ей мое поведение с точки зрения этих 5 стадий. Все конечно хорошо, но, во-первых, я думала, что психоанализом должна заниматься она (я же ей за это плачу), а во-вторых, эти 5 пунктов ставят меня в тупик, ибо как минимум, первые три из них (отрицание, гнев и торг) никогда не были со мной в трудные моменты.

Мне иногда кажется, что я человек, которому просто вставили карту памяти от кого-то другого. То есть если я что-то вспоминаю, то это прогружается в голове черно-белым фильмом, где главная героиня мне вообще не знакома, не в плохом смысле, не в грустном, но это так. Думаешь, порой, «ну кто это все делал? Я? Да, не может быть.»

Вот она я, и я «сейчас», вообще не о том, хотя есть те же вкусы, привычки, но никакой эмоциональной связи с воспоминаниями меня в пространстве прошлого нет.

Безразличие – вот исходная точка в моей системе координат, попадая в эту «зону» мне тяжело из нее выбраться, может быть, потому что это моя естественная среда. Мама говорила, что я даже не плакала когда была младенцем, чем собственно приносила неудобство, так как крик ребенка – это сигнал к потребности, а со мной надо было повозиться.