Миллион за выстрел

Джоансен Айрис

Но Гомез мог послать людей вперед, на переправу. Все знают, что на ближайшие сорок миль это единственное место, где есть брод. Она должна быть готова обойти их или прорваться. Но она слишком устала, она не в состоянии ясно мыслить. Но она должна справиться, она должна атаковать. Отец всегда говорил ей, что, когда за тобой охотятся, единственный выход – нападать и уничтожать.

Она закрыла глаза. Снова смерть. Еще больше крови на ее руках.

«Прекрати ныть!»

Чавез, не задумываясь, убьет ее, после того как получит то, что ему нужно. Интересно, он

уже вернулся и присоединился к преследующей ее стае? О, эта сволочь получит огромное удовольствие от погони! Одна мысль об этом привела ее в такую ярость, что все жалостливые мысли мгновенно вылетели из головы. Если нужно убить – значит, придется убить. И не о чем здесь размышлять, надо думать о том, где они могут устроить ей засаду.

Елена вытащила пистолет, отобранный у охранника, и снова поползла вперед, утопая локтями в грязи и внимательно осматривая растущий по берегам лес. Где вы? Вы меня ждете?

«Стань охотником».

Нападение – лучшая защита!

Томако

Дом, где была назначена встреча, оказался полуразвалившейся гасиендой на три спальни примерно в пяти милях от Томако. После предварительного осмотра Гален разрешил Форбзу войти в дом.

– Ничего хорошего. Не самое лучшее помещение из тех, где мне приходилось останавливаться, – заявил Гален, проводя пальцем по пыльному столу. – Ты меня разочаровал, Форбз. Тебе надо было позаботиться хотя бы о горничной ради человека с моим статусом. И она сказала, что будет тебя ждать именно здесь?

Форбз кивнул:

– Она не хотела, чтобы слух о нашем прибытии просочился в деревню. Сказала, что здесь последние шесть лет никто не жил.

– Откуда ей знать? Отсюда довольно далеко до гор, где обретаются бунтовщики.

– Я не спросил. Какую спальню ты выбираешь?

– Никакую. И ты тоже. – Он повернулся и пошел к двери. – Я велел своим парням сунуть спальники в джип. Мы разобьем лагерь в лесу и будем оттуда следить за домом. Нам полезен свежий воздух.

– Значит, ты считаешь, что Елена Кайлер готовит для меня ловушку?

– Разве я так сказал? – Гален вышел из дома и залез в джип. – Забирайся, нам еще нужно спрятать это славное средство передвижения в кустах, прежде чем приступить к разгрузке и разбивать лагерь. Я приготовлю тебе замечательный ужин, чтобы компенсировать потерю крыши над головой. Я великолепно готовлю.

Форбз сел на место пассажира.

– Полагаю, так считала твоя мамочка, – усмехнувшись, осведомился он.

Гален тронул машину с места.

– Как ты догадался?

Было уже далеко за полночь, когда Форбз внезапно проснулся.

Что-то встревожило его.

Звук?

Спальник Галена пустовал.

«Твою мать!»

Форбз откинул одеяло и вскочил на ноги.

Дом.

Он кинулся бегом через лес. Ветка с силой хлестнула его по лицу.

Он уже видел впереди подъездную дорожку к дому.

Два человека дрались. Гален был сверху. Рядом с ним на земле валялся пистолет.

Гален крякнул, голова дернулась назад, когда кулак незнакомца попал

ему в челюсть.

Незнакомец воспользовался секундным замешательством и, вырываясь из рук Галена, потянулся к пистолету.

Форбз отбросил пистолет в сторону.

Гален ожил и нанес противнику резкий удар ребром ладони по шее.

Человек обмяк.

Гален с облегчением вздохнул и встал на ноги.

– Резвая. – Он поднял с земли пистолет. – А силища! Едва мне челюсть не сломала.

– Она? – удивился Форбз. – Это женщина? Ты уверен?

– Можешь мне поверить, что даже в столь экстремальной ситуации я способен заметить различия.

Форбз тихонько присвистнул:

– Елена Кайлер?

– Судя по всему.

Форбз подошел поближе и присмотрелся. На женщине были черные джинсы, грязная белая рубашка и кожаная куртка. В темноте можно было разобрать только, что она среднего роста и волосы у нее короткие и темные.

– У нее кровотечение. – Гален встал на колени и распахнул кожаную куртку женщины. Белая рубашка была в пятнах крови.

– Бога ради, Гален. Какая была в этом необходимость?

– Это не я. Тут ножевая рана. Зашита, но шов разошелся. Если мы ее не перевяжем, причем немедленно, она истечет кровью. – Он взглянул на Форбза. – Тебе решать.

– Что?

– Она дралась прекрасно. Вполне вероятно, что Чавез послал ее по твою душу. Только не говори мне, что женщины не могут быть так же опасны, как мужчины.

– Ты спятил. Скорее всего, это Чавез ее ранил.

– Но кто-то же зашил рану. Появление здесь в таком состоянии добавит достоверности ее рассказу. Черт, да ты уже готов ей верить. Ей просто не повезло, и она напоролась на меня раньше, чем на тебя. Так решай, мы останавливаем кровь или пусть себе течет?

– Разумеется, останавливаем.

– Так я и думал. Надеюсь, тебе не придется жалеть. – Он расстегнул на женщине рубашку и пережал ток крови. – Возвращайся в лагерь. У меня в сумке аптечка скорой помощи. Захвати еще пару фонарей. Я попытаюсь остановить кровотечение. Похоже, основные органы задеты.

– Я пошел. – Форбз поспешно направился в лес.

– Ты уже в сознании. Открой глаза, – приказал Гален. – Поговори со мной.

Никакого ответа.

– Поговори со мной, иначе я открою эту рану еще на пару дюймов, пока Форбз ходит за лекарствами. Тогда мы не сможем тебя спасти. Какая трагедия!

Она открыла глаза. Огромные карие глаза, которые настороженно смотрели на него.

– Чудно. Уже прогресс, – заметил Гален. – Елена Кайлер?

– Да.

– Где Рико Чавез?

– Не знаю.

Он отпустил пальцы, сдерживавшие напор крови.

– Ой, надо же, соскользнуло. Ты только взгляни, сколько крови.

– Говорю же, не знаю. – Она с яростью смотрела на него. – Я была в тюрьме в Белиме. Возможно, он уже недалеко. Или все еще в Мехико.

– Насчет тюрьмы ты правильно сделала, что упомянула. Заслуживаешь награды. – Он снова зажал рану рукой. – Подумай. Даю тебе пару минут. За это время ты должна вспомнить, где Чавез.