Миллион в копилке

Гусев Валерий Борисович

Это были чайные сервизы. Они у нас накопились. Дело в том, что у мамы на работе есть хороший обычай. Традиция такая. Когда у кого-нибудь день рождения, так все сотрудники собирают деньги и дарят юбиляру чайный сервиз. А так как мама работает в своей конторе уже десять лет, то…

Правда, все десять подарков не сохранились. Два из них сами собой разбились, когда мы с Алешкой доставали с антресолей лыжи, а от других мама с папой понемногу избавлялись. Один сервиз передарили бабушке, другой - Соловьевым, еще один отправили на дачу, правда, потеряли по дороге,

в электричке забыли. А самый большой, на двенадцать персон, отдали Ивановым. Им как раз хватило. Пока…

– А чего тут думать?
– сказал Алешка.
– Дима их все Ивановым отнесет.

– У них же большой сервиз - на двенадцать персон, - напомнила мама.
– Как раз.

– Ну и что?
– удивился Алешка.
– Ивановы очень быстро размножаются.

За что тут же получил подзатыльник.

– Дим, - шепнула мне Лена, - а можно мы один сервиз дедушке Кондрату отнесем? У него ведь всего две чашки осталось.

Видно, ее все еще здорово мучила совесть. Да и мне, честно говоря, этот дед очень понравился. И как я сам про эти две чашки не вспомнил?

– Хорошее решение, - одобрила мама.
– Он очень обрадуется. А остальные куда?

И тут у меня мелькнула интересная мысль.

– Мы их реализуем, - сказал я.
– Через торговую сеть гражданина Козлова.

– Здорово!
– обрадовался Лешка.

– Этого еще не хватало!
– воскликнула мама.
– И как вам в голову-то пришло!… Придумали тоже… Но, в общем-то, хорошее решение. Нестандартное. И сколько вы за это себе возьмете?

– Пятьдесят процентов!
– сразу же выпалил Алешка.

– Сколько? Да я лучше их сама на рынок отнесу, - пригрозила мама. И стала демонстративно обвязывать коробки бечевкой.

Но с Алешкой справиться непросто. Он очень хороший психолог, так папа про него говорит - с уважением и завистью. И этот психолог нашел верный психологический ход. Он стал среди коробок и, изображая маму на рынке, завопил на весь дом:

– А вот кому сервизы! Фарфоровые! Небьющиеся! В цветочках! Цена - разумная! Купите, гражданочка, своему мужу, он будет чай пить и на вас смотреть! Пенсионерам и студентам - скидка!

Мама смутилась и согласилась. На пятьдесят процентов.

Нет, в самом деле хорошее решение. Нам ведь много денег понадобится на розыски миллиона долларов. Одни транспортные расходы чего стоят! Как говорили древние: отправляясь за золотом, бери в дорогу много серебра…

Мы убрали на антресоли «рюшечки и босоножечки» и позвонили Саньку: рабочих рук нам явно не хватало.

Когда Санек примчался и сделал попытку разуться в прихожей, мама, глядя на его обувь, опять улыбнулась и сказала:

– Ну-ну. Кое-что еще прояснилось.

– Как там Козлов?
– спросил я Санька, когда мы нагружались коробками.
– Помирился с… Гургеном?

– Не очень, конечно, - задумчиво ответил Санек. И по-взрослому добавил: - Тень взаимного недовольства между ними осталась.

Любит он красиво сказать.

– Но он торгует или нет?

– Ага. Сидит в своем козлятнике.
– Санек все-таки не изменил

своего отношения к Козлову. И, как позже стало ясно, не зря.

…Сначала мы перетаскали сервизы в палатку Козлова с заданием продать их побыстрее.

– И подороже, - прибавил Алешка.

– Я постараюсь, - пообещал Козлов. И добавил: - В свободное время зайдите ко мне, у меня есть для вас некоторая информация.

– По Королю?
– спросил я.

– И по Королю - тоже. По всей карточной колоде.

Это что-то новенькое.

…Потом мы пошли к Ивановым.

Главная Иванова придирчиво осмотрела в прихожей доставленные ей вещи, что-то отобрала (сервиз взяла, конечно), а от остального решительно отказалась:

– Немодно уже. Диковато.

– Спасибо, что объяснили, - сказал Алешка.
– В следующий раз учтем.

…Потом мы помогли Алешке отнести на помойку коробку от ботинок с папиной шляпой внутри.

…И уже напоследок отправились к деду Кондрату.

Глава XII

Полная колода жуликов

Вот это подарок!
– обрадовался дед.
– И чашки! И чайник! И сахарница! Полный боекомплект. И все в цветочках! В моих любимых! Это какие цветы, Лен? Я так и думал, я их сразу узнал. А главное, друзья мои, ваш подарок - очень кстати.
– Дед Кондрат говорил, говорил и суетился на кухне: распаковывал сервиз, ставил чайник, расставлял поудобнее табуретки.
– А почему кстати? Потому что вчера меня навестили мои однополчане, боевые друзья-старички. И таких вкусностей нанесли! Вот!
– Он нырнул в холодильник и вытащил здоровенную бутылку коньяка.
– Ой! Извините - не то!
– Дед Кондрат распахнул дверцы шкафчика.
– Вот!
– И достал коробку конфет и две плитки шоколада. И банку варенья. И упаковку печенья.

– Вам бы все праздновать, - вдруг с упреком сказал нам Санек, когда мы дружно взялись за угощение.
– А дело, между прочим, стоит.

Я даже поперхнулся от такого незаслуженного упрека. Да еще и от кого! От человека, который, как говорится в романах, стоял у истоков всех наших трудностей! К тому же этот человек, упрекая нас в обжорстве, имел за одной щекой конфету, за другой - печенье, а в руке - ложку варенья!

– А в чем дело, юные друзья мои?
– забеспокоился дед Кондрат.
– Я могу вам помочь? Старый солдат всегда готов постоять за друга.

– Спасибо, - сказала Лена и сердито глянула на Санька, - не надо. Мы сами справимся. А Санек просто погорячился. Да, Санек?

Он в ответ кивнул и пригнулся к чашке. Лены он все-таки побаивался да и вину свою не забывал.

Вообще-то, теперь мы вполне могли открыть деду Кондрату нашу тайну. Ясно, что он человек честный и монету у Козлова не покупал. Но мы, переглянувшись, пока на это не решились. Все-таки дед Кондрат хоть и славный старик, но человек взрослый. А с ними всегда сложно. Ему откроешь свою проблему, а он всполошится и добавит еще с десяток новых. В основном - запретительного характера.