Миллиардеры
Шрифт:
Советская власть никогда особенно не парилась насчет интересов собственных граждан. Если возникала необходимость, людей просто забрасывали туда, где намечалась следующая стройка народного хозяйства: в тундру, пустыню, тайгу, горы, на целину или полярную льдину. А уж как они там обустроятся – вопрос десятый.
Постепенно на месте первого десанта вырастал еще один городок. Отныне жизнь его будет вертеться вокруг градообразующего предприятия: завода, шахты, порта, газовой скважины или крупного железнодорожного узла. Единственное жилье в таких городках – тюремного вида бараки. Никакой социальной инфраструктуры. Одинокий Дом культуры и несколько поликлиник. Утром все до
Пока сильная государственная власть поддерживала производство, градообразующие предприятия работали. Шестеренки гигантского государственного механизма хоть и со скрипом, но вращались. Но как только центр ослаб, механизм начал давать сбои. Еще в 1989-м все было ОК, а всего через пару лет советская экономика уже полностью развалилась. Экономические связи распались. Никто теперь не понимал, откуда получать запчасти и куда отсылать готовую продукцию. Для жителей зауральских промышленных городков это стало катастрофой. Никаких других возможностей заработать там просто не было, а уехать куда-нибудь еще у людей банально не хватало денег.
В советские времена государство продавало природные богатства за границу и на вырученные средства заботилось о населении. Теперь заводы и скважины переходили в частные руки. Никаких обязательств перед жителями Сибири у новых владельцев не было. Их цель состояла в том, чтобы вложить средства и получить быстрый плюс. А закупать новое оборудование, заботиться об экологии или хотя бы просто вовремя платить зарплату – ничего этого делать они не собирались. Не потому, что были циничны и бездушны, – просто это был не их бизнес.
В СССР Братский алюминиевый завод считался одним из самых прибыльных в стране. А к середине 1990-х по документам вдруг оказался настолько нерентабельным, что его долги составили $600 миллионов. Почему так? – удивлялись аудиторы. Сами не понимаем! – грустно разводили руками бухгалтеры братьев Черных.
Одним из флагманов русской экономики прежде был Волжский автозавод, выпускавший главный отечественный автомобиль «Жигули». Спрос был настолько громадным, что в 1992-м очередь желающих приобрести автомобиль растягивалась на десять лет. Казалось, уж этот-то завод будет процветать. Однако уже в 1990-м торговля автомобилями перешла в руки бизнесмена Березовского, методы которого не сильно отличались от методов братьев Рубенов. И к 1997 году завод стал крупнейшим в России налоговым должником, а Березовский – одним из самых богатых людей России.
В советские времена рабочие считались элитой общества. Их зарплаты были выше, чем у госчиновников, преподавателей вузов и модных журналистов. Но к 1992-му все это осталось в прошлом. До самого конца десятилетия никаких зарплат рабочие больше не увидят. Газеты объясняли: дело в том, что коммунистическое государство развалилось. А в новом, капиталистическом, рабочим никто и ничего не должен.
6
Русские всегда с подозрением относились к собственному государству. Слишком уж удушливы были его объятия. Но когда жесткая советская империя развалилась, мало кто этому обрадовался. Как жить вовсе без государства, понятно тоже не было.
Кто-то стал ходить на митинги и требовать, чтобы Советский Союз вернули назад. Люди постарше просто спились. А молодежь попробовала создать вместо одного большого государства несколько собственных, поменьше. В начале 1990-х по стране начали возникать «организованные преступные группировки».
Способы цивилизованного урегулирования
Государство развалилось. Москва занималась своими делами и на то, что творится в регионах, внимания не обращала. Чиновники за смешные взятки передавали гигантские заводы черт знает кому. Международные жулики выкачивали из заводов всю прибыль и исчезали. Что могли противопоставить всему этому местные жители? Только опыт, вынесенный из подростковых драк район на район. Только умение собраться всем вместе и навалять врагу по первое число.
Путь, который прошли русские бригады, многократно воспет сериалами и гангста-рэп-клипами. Несколько молодых спортсменов решают, что пора брать биографию в собственные руки. Для начала они ставят под контроль ближайший к их микрорайону кооперативный ресторанчик. Через пару лет ребята становятся по-настоящему крутыми. Теперь у них есть джип и мобильный телефон. Швейцары ближайшего казино называют их по имени-отчеству. В Москве или Петербурге карьера ребят на этом и заканчивалась. Там подняться еще выше пацанам никогда в жизни не дали бы чиновники. Там быстро появились СОБР и ОМОН, а против спецназа шансов у братвы не было. Но в регионах в начале 1990-х чиновники прежней силы уже не имели. И ребята стали брать под контроль не только магазины и кафе, но и стратегические предприятия. А кто бы им помешал?
Рубены спокойно вели свой бизнес два года подряд. Делали они это так нечистоплотно, что деятельность «TWG» стала причиной расследований аж в семи государствах мира. В Сибири расследовать ничего не стали. Просто в офисы стали приходить крепкие ребята в спортивных костюмах, которые говорили, что пора поделиться деньгами. То, что упустили чиновники, теперь взялись возвращать бандиты.
«Алюминиевые войны» середины десятилетия обернулись жуткой кровью. Во время перераспределения отрасли погибло столько людей, что в Красноярске под них отведен целый участок на главном местном кладбище. Одних только предводителей бригад там похоронено больше тридцати человек.
Уже в 1994-м братьям Черным пришлось бежать из страны и осесть в Израиле. Их наследие начали прибирать к рукам совсем другие люди. Сперва место «TWG» попробовала занять тоже иностранная структура «AIOS». Летом 1995 года главный представитель «AIOS» в России Феликс Львов собирался слетать в Швейцарию. Он приехал в аэропорт Шереметьево-2, прошел таможенный и паспортный контроль и ждал вызова на рейс. К нему подошли двое, показали удостоверения и предложили на минутку отойти. Несколько дней спустя мужчина, ждавший автобус на остановке неподалеку от аэропорта, отошел пописать в кусты и обнаружил там разлагающийся труп Львова. Лезть после этого в алюминиевые дела «AIOS» не рискнула, через год объявила о своем банкротстве и исчезла.
То же самое происходило по всей стране. Войны велись вокруг каждого из гигантов советской промышленности. Директоров заводов отстреливали дюжинами. А хозяевами промышленности становились люди, еще вчера крутившие наперстки на рынке.
7
В конце 1980-х все понимали, что жить так, как раньше, больше нельзя, невыносимо, нет сил, и пусть будет что угодно, лишь бы не советская власть. Но всего через несколько лет вдруг выяснилось, что и новые правила – это тоже совсем не здорово.