Миллиардер под прикрытием
Шрифт:
Сейчас он не находил это освежающим.
– Нет, - отрезал он.
– Это не потому, что я был поблизости. И ты должна быть обеспокоена этим больше, чем сейчас.
Уголок ее розовых губ приподнялся в улыбке.
– Ладно, я тебя поняла. Я дрожу в моих ботинках.
Иисус Христос. Неужели эта женщина действительно смеется над ним? Что, черт возьми, она думала здесь происходит?
– Между прочим, - продолжила она, явно не имея ни малейшего представления о том, как глубоко она увязла в этом дерьме.
– Я ценю все усилия, которые ты приложил, чтобы
Прошло много времени, прежде чем Вольф задумался, что, черт возьми, он должен сказать на это, потому что все, что он скажет в этот момент, изменит их отношения. И он был уверен, что как только начнет задавать ей вопросы об отце, она не найдет это и вполовину таким забавным, как сейчас.
Он смотрел на нее без улыбки, давая понять, что это далеко не шутка.
– Как ты думаешь, что здесь происходит, Лив?
Ее взгляд вспыхнул из-за его тона, и она нервно подтянула его куртку.
– Ты хотел поговорить со мной? Я не знаю, почему ты пошел на всю эту возню для того, чтобы сделать это, но я предполагаю, что у тебя есть свои причины.
– И они тебя совсем не интересуют?
Она нахмурилась.
– Конечно, интересует. Но ты сказал мне, что собираешься объяснить. Так вот чем мы сейчас занимаемся, да? Мы уже в этом отеле, а потом ты объяснишь, почему я здесь, и отвезешь меня домой.
Если бы все было так просто. Но если бы все было так просто, ее бы здесь не было. Она бы все еще лежала в постели и блаженно спала.
– Да, - сказал он, потому что это все, что он мог сказать.
– Конечно. Именно это я и собираюсь сделать.
Лифт резко остановился, двери открылись.
Вульф протянул руку, чтобы удержать ее, затем высунул голову, чтобы проверить коридор. Все было чисто.
Он мотнул головой в сторону двери.
– Пошли.
Между бровями у нее залегла складка, но она, не колеблясь, вышла из лифта в коридор.
Это был типичный пятизвездочный отель с толстыми темными коврами и белыми стенами, весь шум поглощался густой тишиной роскошной мебели и дорогой звукоизоляцией.
– Следуй за мной, - приказал он, идя по коридору и глядя на номера на дверях. Оливия молча шла рядом с ним, пока он не дошел до конца и не нашел нужный номер комнаты.
Дверь номера была приоткрыта и подперта небольшой стопкой полотенец, как и обещал Джейс, так что ему оставалось только войти.
Он жестом пригласил Оливию войти первой, и только когда дверь с глухим стуком захлопнулась за ними, он выдохнул, не осознавая, что задержал дыхание.
Слава Богу, первая фаза его плана была завершена. Она была здесь. И так как он сбросил хвост, он был уверен, что никто не обнаружил, куда они направлялись, что означало, что она была в безопасности. Теперь настало время второй фазы.
Он последовал за Оливией по короткому коридору в комнату, которая оказалась огромным
Потом он заметил, что рядом с диваном стоит ведерко со льдом, в котором охлаждается шампанское, а на кофейном столике стоят два бокала с шампанским и корзинка с чем-то вроде особенной еды. Свечи были зажжены - от них пахло ванилью.
Вульф никогда не был романтичным парнем, из-за чего Джейс сам решил попытаться создать настроение. К сожалению, Вульф был здесь не ради романтики.
– Ух ты, - пробормотала Оливия, подходя к кофейному столику и глядя на подарочную корзину и шампанское в ведерке со льдом.
– Я..., - она замолчала и повернулась к нему. Что-то сверкнуло в ее темно-синих глазах…
Вот дерьмо. Неужели она думает, что все это для нее?
– Все не так, как кажется, - коротко ответил он, прежде чем она успела что-то понять.
– Это не свидание или что-то в этом роде.
На ее лице мелькнула какая-то эмоция, хотя исчезла прежде, чем он смог понять, что это было, и она отвернулась.
– Нет, конечно, нет. Я так и не думала.
Черт возьми. Именно так она и подумала, не так ли? Что означало... Да, он не хотел думать о том, что это значит, особенно когда романтические отношения с Оливией де Сантис не входили ни в какие его планы.
Мысленно проклиная Джейса, Вульф подошел к мини-бару. На стойке стояла одна из этих причудливых капсульных кофеварок, и если ему что-то и было нужно в четыре, или в пять утра, так это кофе. Крепкий, черный и сладкий, как ад.
– Тебе сделать кофе?
– он достал кружку с полки над машиной и поставил ее на стойку.
– Нет, спасибо.
Она казалась более подавленной, чем раньше, поэтому он повернулся, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Она села на диван, примостившись на самом краешке сиденья, обхватив руками колени и переплетя пальцы. Снаружи все еще было темно, и свет в глубине гостиничного номера был мягким, но даже так, он мог видеть тени под ее глазами. Теперь она выглядела усталой.
Возможно, ему не следует ее допрашивать, пока она не поспит еще пару часов.
– Ты хочешь пойти в постель? Еще немного поспать?
– он кивнул в сторону спальни.
– Мы можем поговорить позже, если хочешь.
Она покачала головой.
– Мне нужно вернуться домой..., - она машинально посмотрела на свое запястье, как будто там были часы, затем скривилась и оглядела комнату.
– Который час?
– Уже пять часов, - он повернулся, чтобы закончить варить кофе, но все равно поставил кофе для нее, так как она нуждалась в нем. Особенно когда он сказал ей, что она не поедет домой. Потому она останется здесь, пока он не прикончит ее отца.