Миллениум. Тетралогия.
Шрифт:
Микаэль Блумквист издалека разглядел в свете фар Рональда Нидермана и сразу же его узнал. Трудно было не узнать белокурого великана ростом в двести пять сантиметров, сложенного, как бронебойный робот. Нидерман замахал ему руками. Микаэль уменьшил свет фар и притормозил. Сунув руку в наружный карман сумки для ноутбука, он достал «гавернмент», найденный на письменном столе Лисбет Саландер. Он остановился в пяти метрах от Нидермана и, выключив мотор, открыл дверцу.
— Спасибо, что остановился, — сказал Нидерман прерывающимся голосом. После бега он
У Нидермана оказался странно высокий голос.
— Разумеется, я могу помочь тебе добраться до города, — сказал Микаэль Блумквист и направил на Нидермана пистолет. — Ляг на землю.
Казалось, в эту ночь неприятностям Нидермана не будет конца. Он с сомнением посмотрел на Микаэля.
Нидерман ничуть не боялся ни пистолета, ни человека, который держал его в руке. Однако к оружию он относился с уважением. Всю свою жизнь он провел в мире, где правили оружие и грубая сила. Он считал, что каждый, кто направляет на него пистолет, полон отчаянной решимости и готов пустить его в ход. Щурясь, он пытался оценить человека, который держал пистолет, но свет фар позволял разглядеть только темный силуэт. Полицейский? Но, судя по тому, как он говорил, это не полицейский. Полицейские объявляют свое звание. Во всяком случае, так происходит в кино.
Он взвесил свои шансы. Он знал, что если пойдет напролом, то сможет завладеть оружием. Однако человек с пистолетом вел себя хладнокровно и выбрал позицию за раскрытой дверцей машины. Он успеет выпустить хотя бы одну, а то и две пули. Если действовать быстро, противник может промахнуться или не попасть в жизненно важный орган, однако, будучи ранен, он, возможно, уже будет не в состоянии продолжать бегство. Лучше дождаться другого, более удобного момента.
— Ложись немедленно, — рявкнул Микаэль.
Он отвел ствол пистолета на несколько сантиметров вбок и выстрелил в сторону обочины.
— Следующая пуля будет тебе в ногу, — произнес Микаэль громким и четким командным голосом.
Рональд Нидерман, ослепленный светом фар, опустился на колени.
— Кто ты? — спросил он.
Микаэль сунул руку в карман на дверце, вынул купленный на заправочной станции фонарик и направил луч Нидерману в лицо.
— Руки за спину, — приказал Микаэль. — Ноги врозь!
Он ждал, пока Нидерман нехотя выполнял приказание.
— Я знаю, кто ты такой. Если ты вздумаешь делать глупости, буду стрелять без предупреждения. Я целюсь в легкое ниже лопатки. Возможно, ты мог бы меня одолеть, но это тебе дорого обойдется.
Он положил фонарик на землю, снял с себя ремень и сделал из него петлю, в точности так, как его учили в стрелковой части в Кируне двадцать лет назад, когда он проходил военную службу. Встав между ног белокурого великана, он надел петлю на его руки и затянул ее выше локтей. Так силач Нидерман стал практически беспомощен.
Что дальше? Микаэль огляделся — они были совершенно одни на темной дороге. Паоло Роберто ничего не преувеличил, описывая Нидермана. Это оказался поистине громадный детина. Вопрос только в том, почему этот гигант бежал сломя голову, словно за ним гнался сам дьявол.
— Я ищу Лисбет Саландер.
Нидерман не ответил.
— Где Лисбет Саландер? — спросил Микаэль.
Нидерман как-то странно на него посмотрел. Он никак не мог понять, что такое случилось в эту странную ночь и почему ничего не ладится.
Микаэль пожал плечами. Он вернулся к машине, открыл багажник и достал из него буксирный трос. Не мог же он оставить связанного Нидермана посреди дороги! Оглядевшись, он заметил на столбе в тридцати метрах от себя блестящий в лучах фар дорожный знак: «Осторожно, лоси».
— Вставай!
Приставив дуло пистолета к затылку Нидермана, он отвел его к дорожному знаку, заставил спуститься в канаву и приказал сесть спиной к столбу. Нидерман заколебался.
— Все очень просто, — сказал Микаэль. — Ты убил Дага Свенссона и Миа Бергман. Это были мои друзья. Я не собираюсь отпускать тебя посреди дороги. Так что ты либо будешь сидеть связанным, либо я прострелю тебе коленную чашечку. Выбор за тобой.
Нидерман сел. Микаэль обмотал буксирный трос вокруг его шеи и зафиксировал голову. Затем использовал все восемнадцать метров троса для того, чтобы обмотать великана вокруг корпуса. Оставив небольшой конец троса, он привязал его руки к столбу и закрепил несколькими добрыми морскими узлами.
Покончив с этим, Микаэль снова спросил, где Лисбет. Не получив ответа, он пожал плечами и оставил Нидермана сидеть у столба. Только вернувшись к своей машине, он почувствовал приток адреналина и осознал, что сделал. Перед глазами у него мелькало лицо Миа Бергман.
Закурив сигарету и отпив минералки из пластиковой бутылки, Микаэль посмотрел на видневшееся в темноте существо у столба с дорожным знаком. Затем он сел за руль, сверился с картой и понял, что до поворота к усадьбе Карла Акселя Бодина остался еще километр. Мотор заурчал, и машина проехала мимо Нидермана.
Медленно миновав поворот с указателем на Госсебергу, Микаэль поставил машину возле сарая на лесной дороге, ответвляющейся в ста метрах от предыдущего поворота. Он вынул пистолет и включил фонарик. На глинистой дороге он увидел свежий след колес и понял, что недавно тут стояла другая машина, но не стал размышлять над этим открытием. Вернувшись пешком к повороту на Госсебергу, он посветил на почтовый ящик, увидел надпись «PL92 — К. А. Бодин» и пошел дальше по этой дороге.
Была уже почти полночь, когда он увидел свет в усадьбе. Остановившись, он несколько минут простоял, прислушиваясь, но не услышал ничего, кроме обычных ночных звуков. Не выходя на подъездную дорогу, он прошел краем луга, приблизился к постройкам со стороны скотного двора и остановился перед открытым пространством в тридцати метрах от дома. Он был предельно сосредоточен и насторожен — марш-бросок Нидермана к дороге означал, что здесь что-то случилось.
На полпути через двор Микаэль уловил какой-то звук. Он быстро обернулся и встал на колено, подняв перед собой пистолет. Через несколько секунд он понял, что звук доносится со стороны сарая. Там кто-то стонал. Он быстро пересек лужайку и остановился. Заглянув за угол, он увидел, что внутри горит свет.