Миледи и притворщик

Ванина Антонина

– Что, совсем тяжко под домашним арестом?

– Не то слово. У меня ведь дела. Надо ещё успеть подготовиться к полёту в Ормиль.

– Надеюсь, ты не сказала родителям, что покидаешь королевство?

– Нет, они ещё не знают.

– Вот пускай и дальше пребывают в неведении, а то они точно до лета не выпустят тебя из дома. Ничего им не говори, если не хочешь скандала. Соври что-нибудь. Или лучше передай трубку сестрице. Сейчас я её вразумлю.

Дядя Сирил и вправду объяснил маме, что на чёрном автомобиле за мной отныне

ездит посланная королевским двором охрана. А ещё он наплёл ей небылиц, будто меня сегодня ждут на благотворительном вечере, где будет весь свет аконийского общества и сам принц Адемар. Дядя даже пообещал прислать за мной водителя из Валора, чтобы тот в целости и сохранности довёз меня до Фонтелиса.

Мама была счастлива. Она сама с радостью выставила меня за порог, как только прибыл автомобиль, поэтому через пять часов я вернулась в столицу, чтобы продолжить готовиться к поездке в Ормиль.

Остаток дня я объезжала всевозможные магазины, а вечером настроилась на свидание с Леоном – преследования графа, как оказалось, нам теперь точно не грозят, так почему бы не провести этот вечер вместе, как мы частенько делали это раньше? Свечи, тихая музыка, вино, шёлковая простынь, постеленная специально для меня…

От нахлынувших воспоминаний мне уже не терпелось увидеть Леона, вот только раз за разом я набирала его номер, а на том конце провода мне никто не отвечал.

Где же он? Куда пропал, когда я хочу его снова увидеть, прикоснуться к нему, оказаться в его крепких объятьях? Другая женщина всему виной? Всё-таки он соврал, когда говорил, что в его жизни никого нет. И теперь, когда думает, что я в Эрминоле, по вечерам развлекается с очередной певичкой, а потом к ночи возвращается домой и вешает мне лапшу на уши про то, как ждёт меня и скучает?

Я почти разозлилась, пока дождалась полуночи, чтобы позвонить Леону вновь. Но он мне не ответил. И на следующий день. И даже вечер.

Кажется, он куда-то пропал. Что могло случиться? У него неприятности? Граф узнал, что я наняла для полёта Леона? Он догадался, что я хочу к нему вернуться, вот и мстит? Граф похитил Леона? Он его пытает? Или агенты секретной службы узнали, к кому я ехала, прежде чем пропасть из их поля зрения, и теперь они задержали Леона для обстоятельного допроса? О нет, неужели из-за меня он теперь страдает?

Полночи я терзалась от смутных догадок, а потом всё же вспомнила, где работает Леон и чем чреваты его полёты. Утром я дозвонилась до аэродрома и узнала телефонный номер гостиницы в крохотном городке на северном побережье, где Леон застрял и откуда не может вылететь уже третий день

– Куколка, кажется, против нас ополчилась даже погода, – всё же обрадовался он моему звонку. – Представляешь, позавчера днём сел на полосу, и аэродром затянуло туманом. Мне лететь с почтой ещё в один городок на побережье, но и там стоит такая же нелётная погода. Похоже, я здесь надолго застрял.

– Ничего страшного, – всё же расстроилась

я, – завтра утром отвезёшь почту и вернёшься домой.

– Вряд ли. Сейчас такое время года, что туман может неделю стоять.

– И что же делать? – растерялась я.

– Ждать. Не переживай, куколка, я обязательно вернусь, и мы полетим на тропический остров. Только ты и я.

Как же я ждала, когда, наконец настанет этот день. Мне уже было мало одних лишь телефонных разговоров с Леоном. Мне хотелось большего. Намного большего. Как в былые времена, когда мы оба теряли головы от страсти.

Я вся извелась, пока через три дня над северным городом не развеялся туман. Леон вернулся в Фонтелис поздно вечером, чтобы позвонить мне перед сном и сказать:

– Собирайся, куколка, завтра утром вылетаем. Я заеду за тобой. У тебя много с собой вещей?

– Очень, – смущённо призналась я.

– Тонна? – настороженно спросил он.

– Ты что, нет, конечно. Я же не скупала все встречные магазины подчистую. Собрала только самое необходимое. Может быть, килограммов пятьдесят.

– А, ну это не груз, это почти как второй пассажир.

– Кстати, – забеспокоилась я после слов о лишнем пассажире, ибо на ум тут же пришёл граф с его угрозой узнать про день вылета и отправиться на Макенбаи вместе со мной, – а можно вылететь раньше запланированного времени?

– С рассветом? Это вряд ли. Аэродромные службы ещё не будут работать.

– Ну, хотя бы на полчаса пораньше.

– Что, так сильно соскучилась, хочешь поскорее встретиться?

Я чувствовала, как он улыбается в трубку и честно сказала:

– Очень хочу.

– Ну, тогда, скорее ложись в кроватку, засыпай, смотри приятные сны, а там скоро утро, и я приеду за тобой.

– Ты тоже ложись отдыхать. Завтра нас ждёт очень трудный день.

– И ты набирайся сил. Целую тебя, куколка.

– И я тебя.

И снова уже в который раз я с сожалением повесила трубку. А ведь мне так хотелось сказать Леону: пожалуйста, приезжай ко мне, прямо сейчас, мне так одиноко без тебя. Но я не стала вести себя как последняя эгоистка. Я же прекрасно знаю, перед рейсом Леону необходимо хорошенько отдохнуть. Ведь если судить по его рассказам, завтра нам предстоит многочасовой перелёт на восток, а потом через океан на юг. Прибудем мы на место уже затемно. А если учесть смену часовых поясов, то и вовсе после полуночи.

Тяжёлый денёк нас ждёт. Одно лишь хорошо – завтра я надолго распрощаюсь со всеми проблемами, что не дают мне спокойно жить. И даже с графом и принцем навсегда распрощаюсь. Никто из них больше не сможет претендовать на мою руку, ведь моё сердце уже отдано другому. И с ним я собираюсь навсегда решить главную проблему рода Бланмартелей – домой я рассчитываю вернуться не одна, а с будущим герцогом Бланшарским под сердцем.

Глава 4