Милашка для психа
Шрифт:
— А почему нет?
— Потому что это неправда!
— Но ей ведь хотелось так думать.
— Очень скоро ты съедешь, и тогда мне придется объяснять ей, почему именно мы расстались. Ты не знаешь мою маму, она будет пытать меня вопросами до скончания веков.
Псих помотал головой.
— Что в этом плохого? — он повернулся к Тане всем корпусом. — Просто порадовать свою маму? Это же здорово, что она у тебя есть.
Голос его как-то потух, и Таня поняла, что они зашли на опасную территорию. Любопытство билось в груди у Тани птичкой,
Она просто кивнула.
— Да, возможно, ты прав. Но… Только не смей меня лапать при ней, ясно?!
Таня толкнула его легонько, и псих рассмеялся, толкая в ответ.
— А не при ней можно?
— Иди ты!
Когда они вернулись, мама уже накрыла на стол и теперь сидела с бокалом шампанского, покачиваясь из стороны в сторону и что-то напевая под нос.
Таня вдруг посмотрела на нее другими глазами.
Она просто хотела счастья для Тани. Хотела видеть рядом с ней хорошего, достойного человека, так почему бы не дать ей немного пожить в этой иллюзии? Хоть пару дней?
Она подошла к маме и крепко ее обняла, прижимаясь прохладной щекой.
Она в ответ чмокнула ее влажными губами и улыбнулась.
Псих раздел Джека и тоже присоединился к ним, занимая свое место за столом.
Это как будто было похоже на счастливую жизнь.
— Как вы смотрите на то, чтобы провести следующие выходные со мной и отцом на даче? — спросила мама, и Таня прекрасно знала, что это вопрос, на которой не предполагается отрицательного ответа. — Приготовим еду на гриле. Вы знаете, Егор, что у нас есть прекрасная дача прямо у озера?
Глаза психа загорелись от восторга.
— Я согласен. Если Таня не против, конечно.
Таня была против. Но она только что дала себе обещание не рушить маминых иллюзий, поэтому молча кивнула, делая вид, что счастлива от одной мысли об этом.
Глава 9
Что ж, официально: выходить на улицу вечером, когда за окном ниже нуля, а ты только из душа — не лучшая идея Тани Мальцевой.
Она закуталась в одеяло, чихнула, проматерилась, потом чихнула снова. И грустно уставилась в ноутбук перед собой. Фильм был скучный, а температура снова начинала подниматься. Она чувствовала это своими костями — это давно забытое ощущение.
Таня не болела уже, наверное, пару лет, не считая легкого насморка. В последний раз она простудилась, когда Полинка уговорила ее в рождественский мороз прыгнуть в снег после бани. Она была уверена, что ничего не будет. По логике вещей — не должно было быть, но Таня слегла на две недели, а Полли, как порядочная подруга, привезла ей целый пакет таблеток и смылась со своим тогдашним любовником на зимовку в Таиланд.
Полинка тогда до усеру доказывала, что Таня заболела, потому что так и не купила достаточно теплую шапку. Таня же была уверена, прыжки голой жопой в снег —
Теперь это ощущение, как будто тебе дерут горло наждачной бумагой, снова вернулось, и Таня хотела расплакаться.
Она потянулась за градусником.
Джек, который все это время сидел на полу рядом с ней, поднял голову и лизнул ее руку.
— Знаю, дружище. Ты не виноват, — сказала ему Таня.
Ее посадили на больничный, и в этом был только один плюс: не нужно ходить на работу.
Зато минусов — тьма. Даже если не думать о ее ужасном, просто отвратительном самочувствии, Таня могла насчитать в данной ситуации около пятнадцати недостатков. Начиная с того, что, оказывается, ей скучно тупо смотреть сериалы, и заканчивая тем, что она видела психа каждый день
Каждый день по сто девяносто раз.
— Хочешь чего-нибудь? — он появился в дверях и оперся о косяк своим большим плечом.
Таня закуталась в одеяло поглубже.
— Нет.
— Я приготовил суп.
— Я слышала. Грохот стоял такой, что, боюсь, моей кухни больше не существует.
— Случайно уронил стул.
— Сначала роняешь мои шкафчики, теперь — стул. Прекрасная была идея — впустить тебя ко мне домой.
Псих вздохнул. Прошел в комнату и сел на край кровати, поглаживая Джека по загривку.
— Я вообще-то хочу помочь. Сама знаешь — шкафчик уже давно на месте.
Таня не знала, что ответить. Если честно, она чувствовала себя настолько фигово, что ей было вообще не до психа. А тот, как назло, вдруг включил заботливого соседа и теперь примерно раз в полчаса спрашивал у Тани, не нужно ли ей чего.
— Я могу сходить в аптеку.
— У меня все есть.
Псих порылся у нее на тумбочке.
— «Парацетамол» и три таблетки от кашля. Это все?
— Вашими молитвами чай не подохну.
— Очень смешно. Где рецепт от врача?
Таня кивнула на компьютерный стол, где лежала бумажка с предписаниями доктора. Она не относилась к своему здоровью халатно, вы не подумайте, просто, выйдя от врача, первое, о чем она могла думать — как добраться до своей постели и просто уснуть.
В аптеку она собиралась сходить попозже. Кто ж знал, что температура решит подпрыгнуть?
Псих пробежался взглядом по листочку. Лицо его было таким сосредоточенным и серьезным, что Таня вдруг залюбовалась им. Его ресницами, которые оказались на удивление длинными и пушистыми, его складочкой на лбу.
— Слышишь, псих? — прохрипела она из-под одеяла. — А ты красивый.
Псих так удивился ее словам, что брови его поползли вверх. Он коснулся Таниного лба ладонью.
— У тебя температура.
Таня прикрыла глаза. Рука его была такой прохладной и приятной. Захотелось, чтобы он оставил ее у нее на лбу навсегда.
— Конечно. С чего бы мне еще называть тебя красивым?
Псих хмыкнул, потом встал (Таня постаралась не застонать разочарованно).
— Схожу в аптеку. Постарайся не умереть, пока меня не будет.