Мила
Шрифт:
День прошёл странно. Вроде бы с Милой всё было хорошо. Она спала, просыпаясь только на обед и ужин. Пила приготовленный эльфом взвар и нюхала книги. Мила сказала, что ей очень нравится запах, поэтому мы натаскали их в спальню, чтобы она не захотела переселиться в библиотеку. С побратимами, мы по очереди были у её постели, чтобы если Мила проснулась, не чувствовала себя покинутой. Торий поставил на замок и его территорию защиту, нечто схожее, что было в столице, но не удержался и призвал несколько тварей бездны, для дополнительной охраны. Меня в академии засмеют, когда узнают, что лучший
— Если кого-то не устраивает подобное соседство, то всегда может нас покинуть! Я даже провожу вас до ворот, чтобы никто не потерялся. — при этом, бежать хотелось не от тёмных тварей, а от их создателя, что улыбался, словно выискивал глазами тех, кто же пойдёт на корм к его «малышам». И почему мне кажется, что провожать он будет не до ворот, а за грань?
Получив от леди Френсис по ушам и рогам, её мужья успокоились. Леди не имела и малейшего желания нас покидать и хотела наблюдать, как проходит беременность её невестки.
Я же проверив всю прислугу на шпионство, взялся за их дополнительное обучение. В доме женщины, а скоро наверняка прибудут ещё. Так что мужчины должны быть хорошо натренированы. Тем более, если прибудут ещё и дети. Новость о том, почему я проверяю всех на профпригодность, разлетелась по замку, будто её разносили гарпии. Все желали показать себя с лучшей стороны, надеясь, что кому-то повезёт и они окажутся в хороших и добрых женских руках. Вспомнив руки отца Милы и, его громкое мысленное желание разместить их на наших с побратимами шеях, только усмехался. Как же! Подпустит мужская половина семьи супруги, к своим жёнам.
Ночь. Сквозь сон, чувствую, как ворочается любимая, проснувшись. Не найдя сил на открытие глаз, просто притянул её ближе и уткнувшись в шею, шепнул, чтобы засыпала. Тишина. А через время Мила опять начала переворачиваться с бока на бок, тяжело вздыхая.
— Любимая, засыпай, ещё рано для бодрствования. — язык еле ворочался, голос после сна хриплый, но я сумел сказать хоть несколько слов, с нежностью поглаживая по животику жены.
— Я понимаю, Нэб. И мне очень стыдно, что я тебя разбудила. Мальчики ведь говорили, что ты сегодня домочадцев тренировал. — подползя ко мне ближе, Мила зашептала куда-то в ключицу, касаясь губами кожи. — Но мне это… рыбку хочется, аж слюнки готовы течь, стоит о ней подумать. Я в первый раз смогла переключиться и уснуть, но больше не могу. Честно!
— Пойдём на кухню, в погребе она точно есть. Тебе её как приготовить? — поняв, чего Мила не может уснуть, разлепил глаза. Динаэль говорил, что её желания нужно исполнять, а я всегда следую наставлениям лекарей. Но я думал, она захочет украшений или нарядов, а не устроить ночной забег на кухню.
— Жареную. — смущённо прошептала истинная, счастливо вздыхая и быстро поцеловав в губы, аккуратно, стараясь больше никого не разбудить, поползла с постели. Накинула халат и покралась на выход.
Улыбаясь, как дурак, последовал за женой. Было приятно, вот так вот красться по коридорам замка, держа свою женщину за руку, будто у нас одна
— А это что? — спросила она, отходя на несколько шагов вдаль, заглядывая в какую-то чашку. — Ой, да это же мороженное! — сама же ответила, мазнув по-содержимому пальчиком. — Берём!
— Ты же рыбу хотела. — напомнил, почему мы решили грабить кладовую.
— Я и сейчас хочу! Пойдём. — за руку, немного растерянного меня, вывели из погреба и подтолкнули к плите.
Бытовой магией я пользовался редко, больше в рейдах, но еда не подгорала и была съедобна, поэтому в навыках своих не сомневался. Быстро разогрев магическим огнём плиту, принялся размораживать рыбу. Найдя на полках со специями, специально для рыбы, натёр ей бока. Благо, повара подписывают все баночки. Оставив рыбы напитываться приправами, повернулся к Миле и увидел, что она не спускает с меня влюблённого взгляда.
— Милая? — приподнял в вопросе брови.
Вместо ответа, она встала и подойдя ближе, привстала на цыпочки, накрывая мои губы. Поцелуй получился сладким, видимо, уже успела съесть пару ложек мороженного, но столь горячим, что я даже забоялся забыться и оставить свою жену голодной. Подхватив, усадил любимую на стол, чтобы быть с ней на одном уровне хотя бы примерно и спустился губами на её шею. Её пальчики зарывались мне в волосы, массируя, а затем несильно потянула за корни назад, прося заглянуть ей в глаза. А они были полны страстного желания и голода. Даже Тьма проснулась, выказывая своё нетерпения. Жаль только, что все эти эмоции были адресованы не мне.
— Нэб, а рыбка, ещё долго будет мариноваться? — громко сглатывая набежавшую слюну, хрипло спросила она.
— Нет. — на большее меня не хватило. Уткнувшись истинной в плечо, расхохотался, поглаживая её по спинке. И непонятно, кого больше успокаивал — её нетерпеливую натуру, или себя?
Через пятнадцать минут, я поставил перед Милой тарелку с кусочками жареной рыбки, на которую она накинулась, словно и не ела несколько часов назад. У меня чуть ноги от шока не отказали, когда истинная, начала уминать рыбу с мороженным! А ей ничего. Жуёт и чуть не мурлычет. Ну, ладно. Главное, что супруга довольная и сытая, а уж чего она кушать хочет — это её, беременной, дело. Но, на всякий случай помолился богам, чтобы Мила в следующий раз не захотела на стол жареного арха или ещё какую тварь.
После позднего сытного ужина, ну или слишком раннего завтрака — тут как посмотреть — Мила, в полусонном состоянии пошлёпала в спальню. Дабы она куда-нибудь не врезалась, подхватил на руки и понёс сам. Укладывал я на постель, уже спящую девушку, на лице которой блуждала полуулыбка.
— Вы, где были? — сонный шёпот Селим, а я почувствовал, что и остальные пусть и в полусонном состоянии, но тоже желают знать.
— Я рыбу жарил, а Мили потом её с мороженным кушала. — содрогаясь даже от воспоминания, лёг с края кровати, давая парням оказаться ближе к истинной.