Мифы и легенды Китая
Шрифт:
— Сейчас мой народ страдает от холода и голода. Нам трудно сражаться. У нас слишком мало еды, чтобы кормить вас. Но это не значит, что я собираюсь убить вас всех, это было бы слишком жестоко. Я решил вас освободить. Мы сдадимся, как только прибудет китайская армия, поэтому не причиняйте нам вреда.
Освобожденные пленники бросились к лагерю китайской армии под командованием Ма Жэньцзе. Они передали генералу слова Ли Цзиньчжуна. Тот очень обрадовался и сказал:
— Варвары выбились из сил и страдают от голода. Думаю, мы легко их одолеем! Победа не за горами.
Поверив словам Ли Цзиньчжуна, Ма Жэньцзе преисполнился уверенности и ускорил продвижение. Такое поведение
Когда китайская армия под командованием Ма Жэньцзе достигла ущелья Хуанчжангу, у Ли Цзиньчжуна созрел другой хитрый план. Он собрал самых старых воинов и заставил их якобы сдаться китайской армии. Затем он выбрал старых, худых и слабых лошадей и такую же скотину и устроил так, чтобы они попались на глаза китайским солдатам. Все это было уловкой, чтобы снизить бдительность противника и заставить его думать: «Варвары все старые и дряхлые, как люди, так и скот, поэтому нам не о чем беспокоиться!»
Хитрость Ли Цзиньчжуна удалась. Полагая, что кидани слабы, Ма Жэньцзе приказал своей кавалерии зайти в ущелье, где затаился противник, и начать атаку.
Но этот приказ привел к катастрофе: солдаты попали в ловушку. Китайская кавалерия оказалась в засаде и была уничтожена. Та часть армии, что вскоре последовала за ними в ущелье, тоже была окружена киданьскими воинами.
Кидани, XIII–XIV вв.
The Metropolitan Museum of Art
В «Полном собрании [известий] о дворе и окраинах» («Чао е цянь цзай») в описании битвы при ущелье Хуанчжангу рассказывается, что Ма Жэньцзе и Чжан Сюаньюй попали в петлю, наброшенную на них сторонником Ли Цзиньчжуна по имени Ли Кайгу. Остальные воины были убиты, все до единого, и их тела заполнили горные долины. Узнав о поражении войска, правительница китайской империи У Цзэтянь осознала серьезность ситуации и была готова даже собрать армию из всех рабов китайской империи.
Конечно, кидани побеждали не всегда. После битвы при ущелье Хуанчжангу Ли Цзиньчжун умер от болезни, а его войско, которое возглавил брат его сестры Сунь Ваньжун, было разгромлено тюрками и татабами. Однако нельзя недооценивать храбрость киданей, которые заставили дрожать от страха китайскую империю, самую могущественную державу того времени.
В классической китайской повести эпохи Тан «Жизнеописание Цю Жанькэ» («Цю Жанькэ чжуань») есть удивительный персонаж. В повести он представлен как человек, близкий к основателю империи Тан и известному полководцу Ли Цзину (571–649 гг. н. э.). Сюжет повести разворачивается следующим образом.
Ли Цзин.
11
Фуюй — китайское произношение названия древнекорейского государства Пуё (II в. до н. э. — 494 г. н. э.).
The Philadelphia Museum of Art
Еще
Увидев его, Ли Цзин подумал: «Этот человек выглядит необычно, возможно, стоит с ним подружиться». Они познакомились, выпили, поужинали и подружились.
За ужином они беседовали о том, что происходит в мире.
— Правление нынешнего императора — суйского Ян-ди (прав. 605–617 гг. н. э.) — не продлится долго из-за его любви к роскоши и тирании, и мир скоро погрузится в хаос. Я собираюсь переждать тяжелые времена в Тайюане, — сказал Ли Цзин.
Тогда бородач спросил:
— Говорят, в Тайюане живет великий человек, который в будущем спасет мир. Ты что-нибудь слышал о нем?
На что Ли Цзин ответил:
— Мой друг Лю Вэньцзин знает его. Хочешь, я тебя с ним познакомлю?
Бородач ответил:
— Одна гадалка сказала мне, что над Тайюанем витает таинственная аура; и я хотел бы встретить того, кто ею обладает. Я буду ждать тебя на рассвете на мосту Фэньянцяо. Приходи.
Проговорив это, он сел на своего осла и поскакал прочь так быстро, словно был ветром. Ли Цзину оставалось лишь удивленно смотреть ему вслед. В назначенный день он встретился с бородачом, и они отправились в дом Лю Вэньцзина. Они сидели за столом, который хозяин накрыл для них, и ждали человека, о котором упоминал бородач. Наконец он пришел. Этим человеком оказался Ли Шиминь, будущий танский император Тай-цзун.
Увидев Ли Шиминя, бородач не произнес ни слова, а просто продолжил спокойно выпивать. Затем он тихо спросил у Ли Цзина:
— Это тот самый великий человек, о котором ты говорил? Сразу видно, что ему суждено стать императором.
Потом он встал и покинул дом Лю Вэньцзина.
Спустя некоторое время Ли Цзин вновь встретился с бородачом. Тот пригласил Ли Цзина в свой дом и, показывая сокровища и деньги, сказал:
— На протяжении тридцати лет я стремился совершить что-нибудь грандиозное. И когда ты познакомил меня с тем великим человеком, я понял, что больше мне нечего делать на центральных равнинах. Тот человек должен стать хозяином Китая. Поэтому я отдаю тебе все сокровища и деньги, которые мне удалось накопить за эти годы. Используй мои богатства, чтобы помочь великому человеку успокоить страну. Я покидаю центральные равнины и отправляюсь на юго-восток, за тысячи ли отсюда. Через десять лет я сделаю кое-что невероятное. Когда услышишь об этом, соверши ритуальное возлияние вина и поздравь меня.
Ли Шиминь.
The shaft of the statue of Emperor Taizong of Tang / National Palace Museum, Taipei (по лицензии CC BY 4.0)
После этих слов он быстро покинул дом и исчез. Ли Цзин использовал сокровища и деньги, подаренные бородачом, чтобы помочь Ли Шиминю основать империю Тан и справиться с хаосом в стране. Много лет спустя, когда Тай-цзун все еще правил страной, один из коренных жителей Юго-Восточного Китая сообщил Ли Цзину: