МИ (Цикл)
Шрифт:
— Ее похоронят, как принято в Д’Харе, магистр Рал, — произнес стоящий рядом генерал Райбих. — Ее и Эдвардса. — Он указал на мертвого офицера.
Ричард прикрыл глаза и вознес молитву добрым духам, прося их позаботиться о душе Холли. Потом он поднялся на ноги.
— После посвящения.
Генерал прищурил глаз.
— Магистр Рал?
— Она сражалась за меня. Она погибла, пытаясь меня защитить. Я хочу, чтобы ее дух увидел то, за что она боролась. Сегодня днем, после посвящения, Холли и ваш офицер будут погребены со всеми почестями.
Кара
— Магистр Рал, полностью обряд посвящения проводится только в Д’Харе. В полевых условиях достаточно того, что сделал генерал Райбих.
Генерал Райбих виновато кивнул. Ричард обежал глазами комнату. Все взгляды были устремлены на него. Белые стены и потолок окрасились кровью мрисвизов. Ричард вновь посмотрел на генерала.
— Мне наплевать, как это делалось в прошлом. Сегодня состоится полное посвящение, здесь, в Эйдиндриле. Завтра можете возвращаться к своим обычаям, если хотите. Но сегодня все д’харианцы в городе и вокруг него совершат полное посвящение.
Генерал потеребил бороду.
— Магистр Рал, в этом районе очень много наших войск. Всех нужно оповестить и...
— Мне не нужны объяснения, генерал Райбих. Нам предстоит тяжелый и долгий путь. Если вы не в состоянии выполнить этой задачи, то не ждите, что я поверю, будто вы справитесь с тем, что от вас может потребоваться в дальнейшем.
Генерал глянул через плечо на своих офицеров, как бы предупреждая, что намерен дать слово и таким образом обязать их тоже. Потом он повернулся к Ричарду и отсалютовал, прижав кулак к сердцу.
— Как солдат на службе Д’Хары, сталь против стали, передаю волю магистра Рала. Сегодня днем всем д’харианцам будет оказана великая честь принять участие в полном посвящении новому магистру Ралу.
Генерал посмотрел на труп мрисвиза возле стола.
— Мне никогда еще не доводилось слышать, чтобы магистр Рал сражался сталью против стали бок о бок со своими солдатами. Казалось, сами духи направляют вашу руку. — Он прокашлялся. — Если позволите, магистр Рал, могу я спросить — что за трудный путь лежит перед нами?
Ричард внимательно посмотрел на рассеченное шрамом лицо генерала.
— Я боевой чародей. Я сражаюсь всем, что есть в моем распоряжении, — и магией, и сталью.
— А мой вопрос, магистр Рал?
— Я только что на него ответил, генерал Райбих. Легкая улыбка тронула губы генерала. Взгляд Ричарда сам собой опустился вниз, на Холли. Плащ не мог прикрыть все ее раны. У Кэлен нет ни малейшего шанса уцелеть при встрече с мрисвизом, подумал Ричард, и к горлу его подступила тошнота.
— Она умерла так, как хотела умереть, магистр Рал, — тихо сказала Кара. — Она умерла, как морд-сит.
Ричард попробовал представить себе улыбку Холли, которую видел на протяжении нескольких часов. И не смог. Перед его мысленным взором стояли лишь ужасные раны, увиденные несколько мгновений назад.
Он сжал кулаки и, справившись с приступом дурноты, поглядел на трех оставшихся морд-сит.
— Клянусь
Глава 10
Тобиас Броган, теребя усы, краем глаза наблюдал за Лунеттой. Она чуть заметно кивнула, и хорошее настроение, столь редко свойственное генералу, сразу пропало. Этот человек говорил правду. В такого рода вещах Лунетта никогда не ошибалась, и все же Броган понимал, что он лжет. Просто знал. Броган перевел взгляд на мужчину, стоящего перед ним по другую сторону длинного стола, за которым могли бы разместиться человек семьдесят, и обходительно улыбнулся.
— Благодарю вас. Вы нам очень помогли.
Мужчина покосился на стоящих у него по бокам солдат в блестящих доспехах.
— Это все, что вы хотели узнать? Меня притащили сюда, только чтобы спросить о том, что известно любому? Я мог сразу все рассказать вашим людям, если бы они меня попросили.
Броган заставил себя сохранять улыбку.
— Примите извинения за доставленное неудобство. Вы хорошо послужили Создателю и мне. — Улыбка исчезла. — Можете идти.
Увидев выражение его глаз, мужчина торопливо поклонился и устремился к дверям.
Броган побарабанил пальцами по коробочке на поясе и нетерпеливо посмотрел на Лунетту.
— Ты уверена?
Ответный взгляд Лунетты был безмятежен.
— Он говорить правду, господин генерал, как и все остальные. — Она хорошо владела своим гнусным мастерством, и, когда прибегала к нему, в результате сомневаться не приходилось.
Брогана это всегда раздражало.
Он грохнул кулаком по столу.
— Это не быть правдой!
В спокойных глазах Лунетты он почти видел Владетеля.
— Я не сказала, что это быть правдой, господин генерал. Я сказала лишь, что он верит в то, что это правда.
Тобиас был вне себя. Он догадывался, как на самом деле все обстоит. Он всю жизнь провел в борьбе со злом и научился распознавать кое-какие его хитрости. Он понимал магию. Дичь уже близко, он чувствовал ее запах.
Послеполуденное солнце, пробиваясь сквозь золотистые занавеси, освещало витые ножки кресла, узорчатый синий ковер — цвет короля — и длинную крышку стола. После обеда прошло немало времени, были допрошены многие, и все же Броган ни на шаг не сдвинулся с места в своем расследовании. Бешенство переполняло его.
Гальтеро, как правило, обладал особым нюхом на свидетелей, способных дать необходимую информацию, но на этот раз его талант, похоже, оказался бессилен. Интересно, подумал Броган, удалось ли Гальтеро что-нибудь выяснить в Эйдиндриле? Город пребывал в волнении, а Тобиас Броган терпеть не мог, когда люди ведут себя беспокойно. Конечно, если не он сам и его подчиненные посеяли эту тревогу. Безусловно, использовать можно все, в том числе и настроение жителей, но для этого надо знать причину. Гальтеро, должно быть, уже давно вернулся.