МИ (Цикл)
Шрифт:
Никогда не видел человека, который протянул бы столько времени, сколько он. Не знаю почему, но Магистр Рал хотел, чтобы Искатель страдал как можно дольше. Потому-то он и выбрал Денну: ни одной Морд-Сит не доставляет такого удовольствия причинять людям боль. Она обладает редкими способностями. Остальные Морд-Сит не знают, как сделать так, чтобы их воспитанники прожили долгое время, постоянно испытывая немыслимые страдания. В конце концов он должен был погибнуть хотя бы потому, что Денна назвала его своим
Зедд упал на колени. Сердце его разрывалось от боли. Волшебник зарыдал в голос. Рухнула последняя опора. Он ничего больше не мог и не хотел. К чему продолжать борьбу? Не лучше ли просто умереть? Зедд корил себя. Что он натворил? Как мог допустить, чтобы Ричарда втянули в это безумное мероприятие? Именно Ричарда, а не кого-то другого! Волшебник понял, почему Даркен Рал не убил его вчера: он хотел, чтобы Зедд сперва помучился. Это было вполне в духе Рала.
Чейз присел рядом со стариком и обнял его за плечи.
— Мне очень жаль, Зедд, — прошептал он, — Ричард был и моим другом. Мне очень жаль.
— Смотри на меня, — приказала Кэлен Деммину Нассу и занесла булаву.
Насс поднял глаза. Исповедница с силой обрушила булаву ему на голову.
Насс осел на землю, как тряпичная кукла.
Зедд справился с душившими его рыданиями и, шатаясь, поднялся с колен. Кэлен направилась к Волшебнику.
Она достала из дорожного мешка оловянную миску и протянула Чейзу.
— Набери ядовитых ягод с куста кровавого зева. Полмиски, больше мне не понадобится.
Чейз растерянно взглянул на Исповедницу.
— Сейчас?
— Да.
Он поймал упреждающий взгляд Зедда.
— Хорошо. — Страж границы собрался было идти, но с полдороги вернулся. Он снял с себя тяжелый черный плащ и накинул на плечи Кэлен, прикрывая ее наготу. — Кэлен... — Чейз долго смотрел на нее, пытаясь подобрать слова, потом тяжело вздохнул, понурил голову и отправился выполнять поручение.
Кэлен проводила удалявшегося стража границы пустым, ничего не выражавшим взглядом. Зедд поднял с земли клочья ее рубахи и смочил в ручье. Опустившись на землю рядом с Исповедницей, он осторожно промыл ей раны, заговаривая боль. Потом, порывшись в карманах балахона, достал флакончик с целебной мазью и смазал синяки и ушибы. Кэлен не протестовала.
Она перенесла все без единой жалобы. Завершив лечение, старый Волшебник приподнял пальцем подбородок Кэлен, заглянул ей в глаза и тихо заговорил.
— Ричард умер не напрасно. Он нашел третью шкатулку Одена и спас всех живущих. Помни о нем, милая. Никто, кроме него, не смог бы этого сделать.
Лицо Кэлен было мокрым от дождя.
— Я буду помнить только то, что любила его. Я уже никогда не смогу ему этого сказать.
Зедд прикрыл глаза от боли. До чего
Вернулся страж границы. Он протянул Исповеднице миску с ядовитыми ягодами. Та попросила его найти палку, которую можно было бы использовать как пестик. Чейз подобрал с земли массивную корягу и несколькими взмахами ножа придал ей нужную форму.
Кэлен принялась за работу, потом остановилась, задумавшись, и посмотрела на Волшебника. В зеленых глазах сверкнула угроза.
— Даркен Рал мой, — предупредила она.
Зедд кивнул.
— Я знаю, милая.
Кэлен ничего не ответила. По ее щекам струились слезы.
— Я похороню Брофи, — тихо сказал Чейз. — Остальные могут гнить и так.
Кэлен тщательно растерла красные ягоды, добавила в миску немного пепла и попросила Зедда подержать маленькое зеркальце, пока она нарисует на лице красные молнии — символ Кон Дар. Исповедница смочила палец в краске и быстрым взмахом руки провела три линии: одну — от виска над бровью, вторую — по веку, третья пересекла щеку наискось и закончилась в уголке рта. С той же стремительностью Кэлен нарисовала вторую молнию зеркальное отображение первой.
Знаки Кон Дар преобразили Исповедницу. Теперь она выглядела пугающе.
Предостережение невинным, проклятие — виновным.
Кэлен расчесала слипшиеся, спутанные волосы, скинула плащ и облачилась в белое платье Исповедницы.
Вернулся Чейз. Кэлен отдала стражу границы плащ и вежливо поблагодарила его.
— Оставь себе, — предложил Чейз, — твой холоднее.
— Я — Мать-Исповедница. Я не надену никакого плаща.
Страж границы не стал спорить.
— Лошади исчезли. Все, — мрачно сообщил он.
— Значит, мы пойдем пешком, — равнодушно ответила Кэлен. — На ночлег останавливаться не будем. Если хотите, можете меня сопровождать. Но я спешу. Вам нелегко будет выдержать мою скорость.
Чейз оскорбленно поднял бровь, но смолчал. Кэлен повернулась и двинулась по тропе, оставив на поляне все свои вещи. Страж границы искоса глянул на Зедда и, тяжело вздохнув, стал собирать пожитки.
— Без оружия я не уйду! — заявил он.
— Лучше поторопиться, иначе нам ее не нагнать. А ждать она не станет.
Зедд взял дорожный мешок Кэлен и быстро покидал в него мелкую утварь.
— Лучше захватить хотя бы часть припасов. — Он задумчиво провел рукой по набитому мешку, разглаживая морщинки на ткани. — Чейз, я не думаю, что мы вернемся из Д'Хары. Кон Дар — это самоубийство. В Вестландии тебя ждет Эмма с детишками. Тебе нет никакой необходимости идти с Кэлен в Народный Дворец.
Чейз изучал глазами свои башмаки.
— Что такое Морд-Сит? — спросил он.
Волшебник сглотнул. Длинные худые пальцы с силой сдавили дорожный мешок.