МИ (Цикл)

Гудкайнд Терри

Кэлен посмотрела на узников в углу.

— Кто-нибудь желает исповедаться, чтобы доказать свою невиновность?

Они начали шептаться. Потом вперед вышел изможденный человек. Он поглядел на Кэлен, и в глазах его застыл ужас.

— Я хочу. Я ничего плохого не сделал, но мне должны отрубить голову, а моя семья будет брошена на произвол судьбы. Я готов исповедаться. — Он протянул через решетку руку. — Выслушай меня, Мать-Исповедница.

За ним стали выходить вперед и другие узники, прося о том же. Вскоре уже все теснились у дверей,

упрашивая Кэлен исповедать их. Кэлен и Зедд обменялись мрачными взглядами.

— За всю мою жизнь лишь три человека сами просили меня об этом, — шепнула она Волшебнику.

— Кэлен! — окликнул знакомый голос из клетки с другой стороны коридора.

Кэлен ухватилась за решетку.

— Сиддин? Да, Сиддин! — Она повернулась к стражникам. — Все эти люди исповедались передо мной. Я нахожу, что все они невиновны. Откройте клетки!

— Нет, постойте, я не могу их всех выпустить.

Ричард вытащил меч из ножен, и клинок сверкнул в темноте, рассыпая искры. Он повернулся и ударом ноги закрыл дверь за спиной озадаченных тюремщиков. Ричард наставил на них меч, не давая им возможности снять топоры.

— Откройте двери, или я разрублю вас и сам возьму ключи!

Дрожащий тюремщик с ключами побежал выполнять повеление.

Двери открылись, и Кэлен бросилась в темную клетку. Вернулась она, прижимая к себе Сиддина. Кэлен шептала мальчишке слова успокоения, а тот в ответ лопотал что-то на языке Племени Тины. Она улыбалась, утешая его, и он улыбался ей. Тюремщик уже отпирал следующую дверь. Продолжая одной рукой обнимать Сиддина, другой рукой Кэлен схватила за воротник тюремщика.

— Мать-Исповедница установила, что все эти люди невиновны. — Голос ее среди этих железных решеток тоже казался железным. — Их всех я приказываю выпустить на свободу. Вам троим следует вывести их из города и обеспечить безопасность. И если вы не выполните приказ, то будете держать ответ передо мной.

Тюремщик энергично закивал.

— Да, да, Мать-Исповедница! Все будет сделано, как вы велели. Ручаюсь вам.

— Ручаешься жизнью, — уточнила Кэлен.

Она отпустила его. Узники повалили из клеток в коридор, падал перед ней на колени, плача, целуя край ее платья. Кэлен прикрикнула на них:

— Ну хватит! Займитесь своими делами. И помните: Исповедницы не служат никому. Они служат только Истине.

Они поклялись, что не забудут этого, и заторопились вслед за стражниками к выходу. Ричард заметил, что многие были в лохмотьях, запачканных кровью. На спинах заключенных виднелись рубцы.

Перед тем как войти в залу, где ждала королева, Кэлен передала Сиддина Зедду. Потом она пригладила волосы, поправила платье и, глубоко вздохнув, помассировала лицо.

— Помни, Мать-Исповедница, ради чего ты здесь, — сказал Волшебник.

Она кивнула и, подняв голову, вошла в залу, где ее на том же месте ожидала королева Милена со свитой. Королева бросила взгляд на Сиддина.

— Все в порядке, Мать-Исповедница?

Лицо Кэлен

оставалось спокойным, но голос ее был ледяным:

— Как этот ребенок попал в вашу темницу?

Королева развела руками.

— Ох, я точно не знаю. Кажется, его поймали на краже и посадили, пока не найдутся родители. Могу вас заверить, ничего другого за этим не стояло.

Кэлен бросила на нее холодный взгляд.

— Я выяснила, что все узники невиновны, и велела отпустить их. Я уверена, вы рады тому, что я спасла вас от казней невиновных людей, и позаботитесь, чтобы их семьи получили возмещение за эту «ошибку». Если подобная «ошибка» повторится в следующий раз, когда я вернусь, то опустеет не только ваша темница, но и ваш трон.

Ричард знал, что это не просто зрелище, организованное Кэлен, чтобы достать шкатулку. Она выполняла свой долг. Для этого маги и создали Исповедниц. А она была Мать-Исповедница.

На лице королевы выразился испуг.

— Не говорите так!.. Да, конечно, я все сделаю. Знаете, у меня есть военачальники, которые иногда самоуправствуют. Должно быть, тут виноваты они. Я и понятия об этом не имела. Благодарю вас... что спасли нас от такой тяжелой ошибки. Я сама позабочусь обо всем, как вы и сказали. Конечно, я и сама могла бы все это сделать, если бы...

Кэлен резко оборвала королеву.

— А сейчас нам пора уходить.

Услышав это, королева испугалась.

— Уходить? Какой ужас! Мы все так ждали чести пригласить вас на ужин. Мне жаль, что вам пора уходить.

— У меня есть другие неотложные дела. Но прежде, чем я уйду, мне следует поговорить с моим волшебником.

— С вашим волшебником?!

Королева невольно метнула взгляд куда-то вверх.

— Но... боюсь... это невозможно.

Кэлен наклонилась к ней.

— Так сделайте это возможным. Быстрее.

Королева побелела.

— Прошу вас, поверьте, Мать-Исповедница, вы сами не захотите увидеть Джиллера в его нынешнем состоянии.

— Немедленно, — ответила Кэлен.

Ричард потянулся к рукояти меча, просто чтобы привлечь внимание.

— Хорошо, — сказала королева. — Он... наверху.

— Подождите здесь, пока я не встречусь с ним.

Королева опустила глаза.

— Конечно, Мать-Исповедница. — Она повернулась к одному из придворных в полосатых панталонах. — Проводите ее.

Придворный проводил их по парадной лестнице на верхний этаж, потом провел по длинным коридорам, затем — по винтовой лестнице в верхнюю комнату в башне. Наконец он остановился в растерянности у тяжелой деревянной двери. Тут Кэлен отпустила его. Он поклонился, довольный, что может уйти. Ричард отворил дверь, они вошли в комнату, и он закрыл дверь за ними.

Кэлен ахнула и уткнулась лицом в плечо Ричарда. Зедд прижал к себе Сиддина, чтобы он не смотрел.

Комната была совершенно разрушена. Крыши не было, словно ее сорвал ураган. Осталось только несколько балок. На одной из них висела веревка.