Мгновенья (сборник)

Кобзев Игорь Иванович

Про зеленый залив,

Про мозаику скал,

Про ущелья коралловых рифов

Век за веком народ

Сотни песен слагал,

Сотни дивных пленительных мифов.

Чуть от сонной зари заалеет

Ха Лонг,

Чуть роса пораскинет алмазы,

Мой душевный попутчик

Поэт Нгок Кыонг

Мне дарил эти песни и сказы.

Помню сказ:

Как нагрянул дракон, весь в огне,

Землю

жег,

Сыпал сотнями углей,

И на бой с ним малыш

На железном коне

Прискакал из пылающих джунглей.

Помню миф:

Как запрятанный в озере меч

Отыскала для битв черепаха,

И в минуты беды

Вражьи головы с плеч

Безотказно косил он с размаха.

Помню дивную сагу

Седой старины:

Как надвинулось войско чужое,

Как осилить врага

Помогали слоны.

До сих пор «Храм слонов» есть в Ханое.

Видно, с давних времен

Люди этой земли

Много горя хлебнули на свете.

Потому об одном лишь

Там думать могли,

Об одном лишь мечтать: о победе!

И хоть часто порой

Для военных побед

Их земле своих сил не хватало,

Но отчизна героев

С незапамятных лет

В них бойцовский характер ковала.

Из пролившихся слез,

Из несбывшихся грез

Вырос миф торжества над бедою!

Среди горьких обид,

Среди штормов и гроз

Стал он самой надежной бронею!

О живые сердца

Разбивалась война –

Будто миф их чеканил из меди:

Мол, придут времена!

Еще будет верна

Вековая мечта о победе!

Все, что добрая сказка

Ждала и звала,

Не прошло, не развеялось пылью.

Очень важно,

Чтоб сказка в народе жила –

Ан глядишь: оборотится былью!

3

Той весною Вьетнам

Отдыхал от тревог.

Не стрелу, не осколок металла,

Я на память привез

Из залива Ха Лонг

Белоснежную ветку коралла...

По-вьетнамски «советский»

Звучит как «лен со».

(Впрямь в честь Ленина создано слово!)

Одного рыбака

Пожилое лицо

Мне порой вспоминается снова.

Сколько раз говорил мне

Тот старый рыбак,

Щуря лаской глаза чуть косые:

– Друг лен со,

Покури мой душистый табак.

Друг лен со, расскажи о России!

Тот рыбак со скалистых

Морских берегов

Был – как жилистый стебель

бамбука:

Это он на войне

Два десятка врагов

Пристрелил из обычного лука.

Не драконы – французы

Сжигали траву,

Жали «техникой»!

С наглостью! С помпой!

Из стальной своей крепости

Дьен Бьен Фу

Зубы скалили атомной бомбой!

Из скалистой пещеры

Мудрец Хо Ши Мин

Направлял боевые отряды.

А из дальней страны

Плыли ящики мин,

Пулеметы, ракеты, снаряды.

Потому-то табанящий в джонке

Рыбак –

Под оранжевыми парусами –

Светлоглазого гостя

Расспрашивал так

О далекой земле за морями.

И, забыв

О тринадцати тысячах верст,

От России меня отделявших,

Говорил я о зорях

Рубиновых звезд,

О просторах, о спутниках наших...

Я не просто вещал

О Советской стране,

Мое сердце от гордости пело:

Мне казалось, отчизна

Доверила мне

Мировой Революции дело!

А рыбак

Любознательный был человек,

И вопросов не таяла груда.

– Друг лен со, расскажи мне

Про ваш русский снег.

Как представить подобное чудо?

От Москвы до Ханоя

Не близки пути.

Все туда в самолетах летают.

Сколько раз я просил

Русский снег привезти.

Говорят: даже в термосе тает.

И рассказывал я

О веселой зиме,

О пушистом, порхающем снеге,

Как из сумрачных туч

Он парит в полутьме,

Одевая стволы и побеги.

Как полгода он спит

На престолах полей,

Вея сластью морозного духа,

Чище белой бумаги,

Белей простыней,

Серебристей лебяжьего пуха...

Мой знакомый рыбак

Головою кивал:

Все, мол, понял и взял на заметку.

И на память вручил мне

Тонкинский коралл –

Белопенную пышную ветку.

Как друзья-побратимы

Расстались мы с ним,

И увез я с собою надолго

Эту южную копию

Северных зим

И слезу рыбака из Ха Лонга.

На распутьях вьетнамских

Прибрежных дорог,

В дальних джунглях,

Где полдень так жарок,

Я носил на ладонях

И зорко берег

Мой прекрасный и хрупкий подарок.

До сих пор я дивлюсь,

Что совсем не мороз