Между

Бьякко Лана

— Пусти,

— Я тебя предупредил.

После чего ушёл, громко хлопнув дверью. За ним нужен глаз да глаз.

19 Глава. Бомба замедленного действия

Уже сбилась со счёта, сколько дней я провела в больнице. Ко мне часто заходил Ярослав, дядя и Марта, Лиза с Костей и остальные ребята, что меня очень радовало.

Писал Денис, но я не отвечала, потому что не знала, где правда и причастен ли он ко всему этому. Я испытывала какое-то

странное чувство, сжимающее сердце, готовое разорвать мою грудную клетку, но не могла дать ему объяснение.

Однажды пришёл Август. Его визита я никак не ожидала, но понимала, что где-то в глубине души даже рада.

— Привет, — как-то скоромно и без былого озорства говорит он.

— Привет.

Стоит в нерешительности, не знает куда себя деть и словно боится на меня посмотреть.

— Я не кусаюсь, так-то.

— Прости, — говорит он.

— Садись уже, — мягко ему улыбаюсь.

— Как ты? — чуть помедлив, спрашивает Август.

— Не знаю. Физически вроде нормально, но на душе паршиво.

— Не густо.

— Но и не пусто.

Мы посмотрели друг на друга и легко рассмеялись.

— Ты ведь знаешь, что произошло? — решила спросить у него.

— Пока что я знаю не больше того, что тебе уже рассказал Ярослав.

— Ты с ним общался? — удивляюсь я, даже не представляя, что эти двое могли найти общий язык.

— Было дело.

Я внимательно посмотрела на него. Видела, как Август отводит глаза, как он похрустывает костяшками пальцев, как нервно постукивает его нога.

— Ты знаешь кто это сделал.

— С чего ты взяла? — удивился он.

— Кто?

Но он молчит.

— Август, кто?!

Он нахмурился.

— Ты ведь, и сама догадываешься…

Догадывалась, но верить не хотела.

— Он бы сам до этого не додумался.

— Согласен.

— Значит ты знаешь, кто ему помогает.

— Доказательств нет.

— Да к чёрту доказательства, Август!

— Серьёзно?

— Абсолютно!

— В тебе говорят эмоции.

— Да неужели?!

— Как только я узнаю всю правду, обязательно расскажу.

— А мне что всё это время сидеть в догадках?

— Ты же сразу ринешься выяснять всё сама.

— И что?!

— А я прошу довериться мне.

— Серьёзно?! Тебе?! — чёрт, слова вылетели раньше, чем я подумала.

— Я знаю, что виноват, — я ожидала другой реакции, а не спокойствия с его стороны. — Знаю, Алиса! — а нет, вот пошло. — И я прошу прощения у тебя снова! Но я правда прошу тебя довериться мне.

— Я не хотела тебя обидеть.

— Ты святая что ли?

— Это врят ли.

— Тогда просто поправляйся скорее и возвращайся в универ.

— Хах, мир? — протягиваю ему мизинец.

— Мы в детском саду что ли? — скривился Август.

— Тебе сложно что ли? — фырчу я.

—

Ладно-ладно, мир, — и протягивает мизинчик в ответ.

Почти каждый день я созванивалась с мамой Лизы ради консультаций или она приходила ко мне. Мы прорабатывали и то, что со мной произошло несколько дней назад и то, что было много лет назад.

Вытаскивать из себя всю ту боль, что копилась годами, а также обиду и злость очень сложно. Признаюсь, что держать это по привычке в себе, никого, не пуская и не выпуская, гораздо проще. Мне приходится словно вновь возвращаться в те дни, в те ситуации и проживать их заново, учиться видеть себя со стороны и всё, что происходило.

Порой хотелось сдаться, потому что было невыносимо. Не только морально, но и физически. Тело отзывалось паническими атаками, постоянной тревожностью и страхом, что мне грозит неминуемая опасность. И хоть головой я понимала, что всё хорошо, мне ничего не угрожает, на подсознательном уровне я всё ещё боялась. Боялась своей матери, которая уже давно покоится с миром, и тех, кто был причастен к этой ситуации.

Я везучая. Ходячая катастрофа.

Но, как сказала Кристина Анатольевна, я небезнадежна. И это радует.

Спустя ещё несколько дней меня наконец-то выписали и сказали, что организму больше ничего не угрожает.

Пред тем, как уйти, Ярослав вдруг подошёл ко мне со спины и прижал к себе. Я чувствовала его тепло. Тепло, в которое хотелось укутаться с головой.

Он плавно проводит руками по моим плечам и выше к шее, после чего опаляет её своим горячим дыханием и затем шепчет мне на ухо:

— Порой, с помощью прикосновений можно узнать больше, чем увидеть глазами. Я хочу, чтобы ты закрыла глаза и почувствовала.

Не могу ему сопротивляться и не хочу. Послушно закрываю глаза и окунаюсь в целую бурю ощущений.

— Что ты чувствуешь?

Его ладони скользят по моему телу, и несмотря на то, что преградой служит одежда, мне кажется, что я всё это чувствую кожей. Ярослав скользнул руками к моей груди, плавно и мягко, ласково.

От этих движений по всему телу пробежали мурашки и мне хотелось большего. Хотелось ещё сильнее ощущать его. Ярослав понял мои желания, поэтому его движения руками стали более смелыми, хозяйскими…

И я невольно издала стон наслаждения.

— Что ты чувствуешь? — снова спрашивает он.

— Мне нравится.

— Ещё.

— Приятно.

— Насколько?

— Хочется ещё. Больше…

— Запомни эти прикосновения. Они скажут намного больше, чем твои глаза.

Его руки вновь поднимаются, и я чувствую, как пальцы осторожно, но властно сжимаются на моей шее.

Мне захотелось выгнуться ещё сильнее, прижаться к нему ближе. Запрокидываю голову, чтобы он мог немного крепче взять меня за горло.