Между Мирами
Шрифт:
И я медленно преклоняю колени и говорю:
– - Одойя! [71]
Против неё бессильны аргусы и синигами. Лишь Цербер и Барон Суббота могли бы поспорить с ней.
– - Почему вы солгали мне?
– - говорю я почти беззвучно.
– - Я не лгала, -- ласково говорит она.
– - Мы не крали Хотея. Никто не может пойти против воли Бога. Он сам этого хотел.
– - Но почему?!
– - удивляюсь я.
Йемайя делает жест, и одна из девушек достаёт из цилиндра... статуэтку негритянки. Пластмассовую,
– - Он хотел быть с ней.
Йемайя ставит статуэтку себе на ладонь, и та... отвешивает мне поклон.
– - Айо, почтенный Алекс, Хранитель Врат, -- музыкально говорит она.
– - Я купила её в магазинчике за несколько сентаво. Но в её пластиковой груди бьёться подлинное сердце Юга.
Я был очарован крохотной чёрной леди. Но работа есть работа. Я немного поколебался, и пересохшими губами сказал:
– - Аой, прекрасная юная леди. Я... хотел бы поговорить с Хотеем. Если это возможно.
Богиня мне улыбнулась. Её зубы сверкнули, как жемчужины.
– - Да, конечно.
И следующим из цилиндра показался.... Божок. Тот пузатый монах из слоновой кости. Йемойя поставила его рядом с первой статуэткой. Никакого почтения к нему я не испытывал. Заметив это, бедняга попятился.
– - Чёрт возьми, как вы могли сбежать?!
– - возмутился я.
– - Никого не предупредив?! Нам чуть головы из-за вас не оторвали!
Беззаботный бог-рыбак казался пристыженным. Он жалобно посмотрел на меня.
– - Мои братья могут быть очень неприятными...
– - пробормотал он.
– - Собственно, поэтому я им и не сказал... Они бы не приняли Нтомби.
Нтомби - "леди". Красивое имя.
– - Да, но зачем было бежать?! У вас было всё. Почёт, уважение, подарки. Всего-то требовалось за себя постоять!
Толстяк вздохнул.
– - Да, но от этого так устаёшь. Тяжела судьба кумира. Век за веком я должен служить символом почитания. А мне лишь хочется стоять на пыльной полке старого магазина - рядом с моей Нтомби.
– - Оставьте его со мной, -- взмолилась статуэтка, прижав руки к груди.
– - Я родом из Мгембе, у нас на одну девушку - двенадцать мужей. Но мне хватит и одного! Лишь бы он был любимый.
– - Какая романтика, -- буркнула Джули у меня за спиной.
Им удалось тронуть моё сердце.
– - Ладно, -- сказал я.
– - Мы откроем Врата. Но о вашей судьбе честно поведаем Семерым.
– - Ох, и достанется мне, -- зажмурился Хотей-осё.
– - Охохох.
– - Ну, не переживай, мой милый Нкембилим [72], -- шепнула ему Нтомби.
И прижала костяную голову к своей пластиковой груди.
– - Рядом с тобой, я всегда сильный, моя Нкозазана, Нетелефон [73], -- прошептал он.
Встань! Подобная жена
Встретится нечасто -
Южной Африке салют,
Нашей Африке салют,
Нашей собственной салют
Африке - и баста!
Много страсти сберегла
Для энтузиаста,
Ибо Африкой была,
Южной Африкой была,
Нашей Африкой была,
Африкой - и баста!
Я почтительно склонил голову перед Матерью Моря.
– - Вы простите мне мою дерзость и недоверие?
Царственная богиня положила свою маленькую ладошку на мой лоб.
– - Ты ни в чём не повинен, человек Запада. Ты лишь выполнял свою работу.
А затем она весело мне подмигнула.
– - К тому же, ты ведь помнишь моё третье имя?
Эбел - "доброта, милосердие", припомнил я. И склонил голову в поклоне ещё раз.
– - Идём, Джули. Здесь мы больше не нужны.
В последний момент я обернулся.
– - Э, -- смущённо спросил я.
– - Это ведь не ваши настоящие имена, не так ли? Не мог бы я узнать, как вас действительно зовут?
Йемойя улыбнулась.
– - Адхок - "рождённая вперёд ногами", Темитоуп - "достаточно поблагодарить", Фамнанья - "любите меня", и Экенедиличукву - "вся похвала божеству".
Мне пришлось низко поклониться, чтобы скрыть улыбку. Мда, а ведь наверно, им наши имена кажутся забавными. Мы направились к механизму управления Ворот. И вслед нам, задорно и страстно донеслось:
Да, мужчин влекла она
Даже от Сент-Джаста,
Ибо Африкой была,
Южной Африкой была,
Нашей Африкой была,
Африкой - и баста!
***
Некоторое время мы ли молча.
– мимо новогвинейских крокодилоподобных богов и азиатских демонов.
А затем я вздохнул.
– - Мы совершенно бездарные сыщики. У нас на руках были все нити! Чернокожие жрицы - единственные, кто не вызывал подозрения... и уже одно это должно было насторожить. Имена Йеманьи говорили сами за себя. "Неизвестная", "милосердная", "она и есть бог"!
Я шумно выдохнул.
– - А помнишь, как она сказала: Мы никогда не смогли бы забрать Хотея без его одобрения? Она дала ответ! Не могу поверить. Если бы не Мартиника... Разгадка была под носом, а мы её прозевали.
Джулия философски пожала плечами.
– - В конце концов, мы просто билетёры, -- напомнила она мне.
– - Наше дело - ставить печати. И всё хорошо, что хорошо кончается.
***
Спустя полчаса мы изложили историю Синтифуку-дзин. Они слушали внимательно и, судя по всему, поверили нам.