Между кадрами

Джинджелл Вэнди

Я с подносом вышла в гостиную и положила пакет с кровью рядом с Джин Ёном, вместо того, чтобы, как обычно, всучить его ему. Разумеется, заметила, что Атилас на мгновение зажмурился, когда ощутил нежный аромат лаванды, тянувшийся за мной, а затем с любопытством посмотрел на меня.

— Позволь выразить восхищение твоим подходом к допросу, Пэт, — сказал он.

Джин Ён поднял прищуренные от удовольствия глаза от пакета и на корейском сказал:

— Кровь хороша. Благодарен ли я?

Я показала им обоим язык. Не догадывалась,

что мои намерения так очевидны. Но вот оба они дали понять, что меня раскусили, и что ничегошеньки из них мне не выбить.

— Подвинься, — кинула я развалившемуся на весь диван Джин Ёну, и для пущей убедительности пихнула его в плечо, — Дайте угадаю — Зеро наказал мне ничего не рассказывать?

— Maja, — сказал Джин Ён и вернул плечо на место, касаясь меня.

Я мысленно испепелила его взглядом и хотела было сказать: «Так, кровохлюб,» но вовремя вспомнила, что я вообще-то у них пытаюсь хоть что-то выпытать, поэтому сказала, — Это моё место.

— Всё равно, — ясно, будто по-английски, при помощи Между сказал он, — Эта сторона тёплая. Я здесь сижу.

— Это потому, что здесь сидит живой человек, — запротестовала я, — Нечего занимать чужое место только потому, что там тепло — твоя сторона дивана всегда будет холодной, ведь ты, блин, холодный.

— Пэт, — Джин Ён слегка наклонил голову набок и одарил меня томным взглядом, — Неужели я не был тёплым, когда держал тебя в объятиях и шептал на ухо?

— Батюшки светы, — удивился Атилас.

— Не говори так! — возмутилась я и на этот раз отпихнула уже его голову, — Звучит мерзко! Ты что, напился?

— Maja, — повторил он и влажно хохотнул в моё плечо.

— В последнее время ты довольно активно вкладываешься в работу, Джин Ён, — сдул пар с чашки Атилас, — Как приятно видеть, что ты готов, ээм, порадовать моего господина!

Джин Ён хохотнул и что-то затараторил Атиласу. Кажется, первыми словами были: «Вклад? Какой вклад?» — а в конце он сказал — «Еда вкусна. И всего лишь».

Ага, не хочет, чтобы я поняла, ведь его слова не были пронизаны Между. И не ясно, говорил ли он о моей готовке, или крови, поэтому, чтобы его удивить я сказала:

— Не дай бог обо мне говоришь, — и добавила, — Знаете, что думаю?

Как я и хотела, Джин Ён поражённо вскинул на меня глаза, но вот Атилас лишь хлебнул чаю:

— Сгораю от любопытства, Пэт.

— Ага, так и знала. Думаю, это ваше убийство…

— Не припомню, — спокойно заметил Атилас, — чтобы хоть один из нас упоминал убийство.

— Да, но Зеро вернулся в крови, а ты сам сказал, что это не кровь полу убитого им существа, поэтому догадка неплохая. Зеро не подключает меня из-за убийства, или из-за тех, кто попросил его провести расследование?

— Yokshi, Petteu! — тихонько рассмеялся Джин Ён.

Если при помощи этого, без сомнения великолепного чая, ты предполагаешь разговорить меня, то тебя ожидает неминуемое разочарование.

— Значит дело в тех, кто попросил, —

настаивала я.

— В любое другое время я бы с превеликим удовольствием спросил, каким же чудесным образом ты пришла к такому умозаключению, но так как сейчас такой вопрос ты воспримешь, скорее всего, неверно, пожалуй, воздержусь.

— Да неужели? — не поверила я. С одной стороны, Атиласа понять труднее двух других. С другой — ему присуща вывернутая наизнанку логика, благодаря которой его раскусить проще Зеро, а местами, даже Джин Ёна. Поэтому я знала, что думаю в нужном направлении, — Так вот, последние пару месяцев я вам помогаю в расследованиях и уверена, что на этот раз всё иначе. Те фейри попросили вас заняться этим делом, и точно пообещали что-то взамен. И я сто пудов знать об этом не должна.

— Пресвятые небеса, Пэт! — безмятежно ответил Атилас, — Только не перенапрягись.

Джин Ён сильнее упёрся плечом о моё, склонил голову и по-корейски сказал:

— Назойливым Пэт лучше не тяв-тяв-тяв.

Я ткнула его локтем и тут же вскрикнула от укуса в плечо.

— Эй, ты что! Нельзя же! Ему же нельзя, да?

— Это определённо не рекомендуется, — сказал Атилас, а Джин Ён бросил на стол пустой пакет.

Кажется, он обращался к Джин Ёну, а не отвечал мне, но всё равно сказала:

— Супер. И что, опять вырублюсь?

— Не так сильно укусил, — пробормотал Джин Ён. О, а теперь, значит, хочет, чтобы его поняли?

— Полагаю нет, — отозвался Атилас. Но мог бы и не говорить, сама догадалась.

Я всё ещё была чуточку быстрее и сильнее, ведь в моей крови ещё оставалась вампирская слюна, и вместо сонливости, как в прошлые пару раз, слегка онемели только плечо и рука. А вот остальная я — тело чувствовало себя бодро, жизнерадостно и слегка хотело кусаться в ответ.

— Hajima, — предупредил Джин Ён, когда увидел, как я на него смотрю.

— Ничего не делала! — огрызнулась я, — Прекрати кусаться, кровосос чёртов!

Он ухмыльнулся и разлёгся, чтобы занять весь диван.

— Я уверена, — не унималась я, ведь знала, что меня укусили только чтобы отвлечь от неудобного разговора, — Думаю, они что-то предложили взамен. Например, сведения. И подозреваю…

— Полагаю нет, Пэт, — мягко, но уверенно перебил Атилас, — В случае с этим конкретным делом я полностью разделяю мнение Зеро.

— То есть и дальше будете уклоняться от ответа и ничего не рассказывать? — не унималась я.

— Maja, — слишком жизнерадостно вставил Джин Ён.

— Значит дело в Зеро, — буркнула я. Порой даже Джин Ён рассказывал мне что-нибудь: правда по-корейски, и я понимала лишь в тридцати процентах случаев, но всё же. Атилас обожал говорить намёками — скорее всего ради того, чтобы посмотреть: догадаюсь я или нет. Но опять же, он говорил.

И тут… тут я поняла, что останавливало Зеро. Или, по крайней мере, часть причины, ведь всё всегда гораздо сложнее, чем кажется.