Между горизонтами
Шрифт:
– Здорово, – сказал я, – я на всякий случай взял и карандаши и краски, в общем, целый рюкзак накидал.
Пока мы шли, справа от нас сменялись однотипные двери, отличавшиеся лишь табличками. В попытке найти зацепку, я читал каждую надпись и не мог не заметить, что мы прошли мимо двери с надписью "Крыша". Но почему?
– Надо было и отца привести с собой, не каждый же день экскурсии по священному месту проводят – сказал он, и меня передернуло от его "священного места".
– Он сегодня отсыпается, – сухо кинул я.
– А, ну да, ночью Джек и двух слов связать не мог, здорово они вчера…
Мое сердце на мгновение
– Так ты вчера был у Джека? – Осторожно спросил я.
– Да, заглянул к нему вечером, а его не было дома, и хотел уже уходить, как он заявился, шатаясь.
– Наверное, наговорил там всякого под мухой? – улыбался я, пока сердце выпрыгивало из груди.
– Да, – я замер, – говорил что все равно вино без добавления сахара самое лучшее, – засмеялся он.
– Что ни будь еще?
Мы прошли несколько метров в тишине.
– Например? – осторожно спросил Ричард.
– Может сообщил о чем-то подозрительном?
Ричард остановился возле двери, взялся за её ручку, и медленно сказал:
– Было кое-что, Коннор, знаешь мне очень…
Не дав ему договорить, я вырвал дубину из кобуры на его поясе и с размаху вдарил ему по лицу. Несколько зубов вылетело у него изо рта, и он упал с глухим стуком. Доказательств мне было достаточно, это был он – предатель. Я стоял над ним с дубинкой и сдерживал себя, чтобы не продолжить избивать его. Я забрал связку ключей, а Ричард схватил меня за руку.
– Я держу его! – крикнул он, шепелявым от недостатка зубов, ртом.
Я замахнулся и ударил его по руке, чтобы он отпустил меня. В ту же секунду дверь стала открываться, но тело Ричарда мешало ей распахнуться. "Схватить его", – донесся голос из комнаты. Я, что было сил, рванул в сторону металлических ворот. Спустя несколько секунд, я слышал как дверь всё-таки открылась. Обернувшись, я увидел двоих гвардейцев, бегущих за мной. Между нами был разрыв в полсотни метров, и я уже почти добежал до ворот, когда увидел, что на них висит большой древний замок. А на связке – всего один ключ, подходящий к такому замку. Я бы назвал это везением, но за мной гналось два гвардейца, намеревающихся меня схватить.
Подбежав к воротам, я поместил ключ в замочную скважину и повернул. Замок открылся, и я незамедлительно снял его и начал открывать одну створку врат. Дверь открывалась с трудом, и когда зазор стал достаточно большим, я прыгнул в него и принялся закрывать ворота за собой, когда внутрь просунулась рука гвардейца. Бросив ключи на землю, я ударил по руке дубинкой, и, приложившись всем телом, захлопнул ворота и повесил замок с моей стороны. Раздался щелчок и я почувствовал облегчение. Гвардейцы продолжали бить по воротам и угрожать мне, но я уже был в безопасности.
Я присел на землю, упершись спиной об ворота, и передо мной открылся вид на огромную круговую лестницу, опоясывающую столп на километры вверх. Ступени были выбиты в самой породе столпа и по ширине были от одного до двух метров. Я понимал, что при сильном желании меня поймать, мои преследователи могли сломать врата. Поэтому, слегка отдышавшись, я начал восхождение.
Теперь я знал правду: ни Артур, ни его отец нас не предавали, просто пьяный человек взболтнул лишнего своему
Понадобился час, чтобы преодолеть четверть круга, поднявшись на километр вверх. Ноги уже раскалывались от боли, подъём по столь крутой лестнице был сложнее, чем казалось, и я принял решение передохнуть. Присев на одну из ступеней, я посмотрел вниз. Предо мной открывался завораживающий вид на Новое Начало, город в котором жила моя семья с момента основания, и я покидал его навсегда…
Отдохнув, я принялся идти дальше. С каждым шагом возвышаясь над одним миром, и приближаясь к другому. Впереди было около двадцати километров вертикального подъема по столпу диаметром в несколько километров, что увеличивало расстояние еще раза в полтора. Путь предстоял долгий, поэтому привалы были частым явлением. Обогнув ту часть столпа, на которую вечно светило солнце, я попал на его теневую часть. Здесь было в разы прохладнее, и я решил не задерживаться, преодолев этот участок как можно быстрее.
Спустя несколько часов, я вновь был на солнечной стороне. Уже вечерело, и я осознал, что за день не съел ни крошки. Уже валясь с ног, я нашел ступень поудобнее, снял рюкзак, достал походный паёк и флягу с водой, и принялся жадно их поглощать. Практически безвкусные крекеры казались мне невероятно аппетитными, а вода воспринималась нектаром, но нужно было вовремя остановиться, – всех запасов мне должно было хватить на несколько дней, лишь при правильном распределении. Сложив флягу и оставшиеся крекеры в рюкзак, я обратил внимание на сверток.
Я понял, что пришло время ознакомится с книгой. Развернув сверток, я взглянул на обложку с лежащим у дерева зайцем, открыл на первой странице, и сразу наткнулся на запись, сделанную моим дедушкой. "Читать в обратном порядке", – гласила надпись. Понимая, что комментарий был оставлен не просто так, я открыл книжку на последней главе, которая, как и сам сборник, назвалась "Место под солнцем".
Рассказ был о том, как заяц по имени Адам (он был главным героем во всей книге) после множества странствий наконец-то нашёл место, которое идеально подходило для того, чтобы построить там домик. "Взобрался Адам на величественное дерево, что одиноко стояло на опушке, и посмотрел вокруг. Перед ним открылся прекрасный вид на залитые солнцем поля, извивающиеся реки и кристально чистые озера, густые леса и крутые горы вдали. И решил Адам, что будет здесь стоять его домик".
Сбоку от этого абзаца была сноска написанная ручкой: "Судя по всему, прообраз зайца это сам основатель города, а величественное древо – Главный столп".
– Он думал, что эта книга была навеяна реальными событиями? – вслух произнес я. Хотя выводы было делать ещё очень рано.
Уже темнело, и читать дальше было проблематично, поэтому, прочитав лишь одну главу, я закрыл книгу, и вернул её в сумку. Я хотел пройти еще хотя бы один виток лестницы прежде, чем устроить ночлег. Солнце потускнело окончательно и перешло в ночную стадию, заливая округу тусклым белым светом. Ночью оба города загорались тысячами жёлтых огоньков электрических лампочек, создавая целое светопредставление. "Полюбуюсь завтра" думал я, продолжая восхождение.