Мезальянс
Шрифт:
В этот момент меня пронзила догадка. Леди Олдридж! Кузина Эммета!
– Леди Айрис, потрудитесь объяснить, что вы здесь делаете? – я говорила спокойно, хотя у меня все переворачивалось внутри от страха. – Зачем вы пробрались сюда?
– Чтобы отомстить… - тихо сказала она и откинула капюшон. – Отомстить за свою мать, проклятая выскочка.
– О чем вы говорите? – я смотрела на ее лицо, приобретшее в полумраке демонические черты. – Я не понимаю.
– Конечно, вы не понимаете… Мало того! Никто даже не догадывается, что я не кузина братьев Мерифорд! – ее голос сорвался
– Дочь? – я тупо смотрела на нее, совершенно не соображая, о чем она говорит. – Как дочь?
– Рожденная от связи с графом Жонсоном.
– Айрис оскалилась в страшной улыбке. – Очень тяжело, скажу я вам, скрываться под чужим именем. У Александра был отец, а я плод греховной любви… Но я никогда не осуждала матушку за это. Она старалась для всех нас… Отец тоже не оставлял меня. Жаль, что они так и не успели соединиться… Из-за тебя. Это все из-за тебя…
– Убирайтесь отсюда или я закричу, - я не собиралась больше слушать речи этой безумицы. Гнилая кровь матери блуждала в ее венах. – У вас есть шанс покинуть «Золотую рощу» прямо сейчас.
– Да… у меня есть шанс… - Айрис криво усмехнулась. – А вот у тебя его нет.
Она бросилась ко мне и, не успев произнести даже звука, я почувствовала, как в мой живот входит холодное лезвие ножа. Последнее, что я услышала, был адский смех дочери леди Абигейл.
Когда сознание вернулось ко мне, я не сдержала громкий стон. Голова раскалывалась на маленькие кусочки, а во рту чувствовался уже знакомый привкус железа. С трудом приоткрыв глаза, я снова застонала от слепящего света. Электричество? Откуда здесь электричество? Несмотря на резкую боль, я снова распахнула глаза. Ванная комната. Белый кафель и плафон с греческим орнаментом, купленный мною с последней зарплаты…
Глава 75
Глава 75
Я сначала села, а потом встала на колени, чувствуя тошноту, подступающую к горлу. Голова кружилась, кожу на ней саднило и, прикоснувшись к затылку, я ощутила, что волосы сбились в липкое гнездо. Кровь… Ох, мама дорогая… как же плохо…
Держась за дверные косяки, я, постанывая, поднялась на ноги и повернулась к зеркалу. Нет… нет… только не это… Мне тяжело было видеть лицо из прошлой жизни или все-таки из настоящей? Я испытывала такое раздвоение личности, что мои мозги просто взрывались от нереальности происходящего.
С трудом добравшись до дивана, я легла на подушку, накрывшись пледом с головой. Неужели мне все привиделось? Но разве бывают такие реалистичные галлюцинации?
Со мной произошли удивительные вещи… Я прожила целый кусок еще одной жизни…
Боль потери затопила меня, смывая на своем пути все, что было уже абсолютно неважно после случившегося. Главными оставались Эммет, девочки, тетушки… Даже если они и были лишь плодом моего воображения.
Я долго плакала, уткнувшись в подушку, а потом выпила всю бутылку вина, которую приготовила для вечернего киносеанса, и забылась тяжелым сном.
– Миранда! Миранда… Прошу тебя! Миранда…
Голос герцога заставил меня проснуться и с надеждой распахнуть глаза.
– Эммет! – выдохнула я и резко села,
Тусклый свет проникал сквозь не до конца задвинутые шторы, оповещая о приходе утра, но мой взгляд был прикован к журнальному столику. На нем стоял нетронутый ужин, пустая бутылка вина и лежал мой рабочий блокнот. Он был открыт, и первое, что я увидела из написанного, было имя моей последней должницы. Бутицкая Мария Игнатьевна.
Меня словно холодной водой окатили. Это же ее проклятие! Она меня отправила в другую жизнь! Она прокляла меня!
Превозмогая боль, я приняла душ, стараясь не смотреть на себя в зеркало все то время, что находилась в ванной. Мне не хотелось видеть уже ставшие чужими лицо и тело. Выпив кофе, я быстро оделась и вышла из квартиры, наплевав на работу. Если мне не удастся вернуться обратно в «Золотую рощу», я просто сойду с ума.
Это был ясный холодный день. Зимнее солнце светило так ярко, что я с трудом смотрела на искрящийся снег, который ровным слоем покрыл землю. Он лежал на скамейках в парке, на крышах домов, на деревьях, и сорванные кем-то гроздья рябины казались пятнами крови на его белоснежном покрывале.
Забравшись в маршрутку, я уселась в самом конце, все еще не в силах адекватно воспринимать этот мир. Эта странная старуха просто обязана вернуть меня обратно! Мне даже думать не хотелось о том, что придется остаться здесь. Нет, лучше смерть…
Уже стоя у двери квартиры Бутицкой, я несколько раз перекрестилась и только лишь после этого нажала на кнопку звонка. Открывать мне никто не спешил.
Я позвонила еще несколько раз, надеясь, что бабка просто глухая и не слышит меня. Но за дверями стояла тишина.
– Вам кого, женщина?
Я резко повернулась и увидела пожилую даму лет шестидесяти, поднимающуюся по лестнице.
– Бутицкую Марию Игнатьевну. Вы не знаете, она дома?
– Нет ее. После того как ее имущество описали, она к дочери в деревню уехала, - ответила женщина. – А вы кто?
– Я… я судебный пристав… - мне почему-то стало неловко, словно я была виновата в долгах этой Бутицкой. – Вы не знаете, в какой деревне проживает ее дочь?
– Да что ж вы ее в покое оставить все не можете?! – возмущенно воскликнула женщина. – Ходите и ходите! А Маша ведь долгов, почему набралась? У нее сын инвалид. Работал в МЧС лет десять, а потом дерево упало и оставило его калекой! Без ног он… Сначала одну отняли, а потом и вторую… Маша бы и квартиру продала, да та уже давно банку отписана. Леша сейчас реабилитацию проходит, ему протезы хорошие нужны…
Мне стало не по себе. Господи… я ведь принесла человеку еще больше горя… Хотя это ведь моя работа…
– Я приехала, чтобы сказать, что банк хочет вернуть Бутицкой Марии Игнатьевне некоторую сумму, - солгала я. – Но если вы не знаете, где живет ее дочь, тогда мне придется поискать адрес в другом месте…
– Знаю! Знаю, дочка! – женщина потащила меня к соседней двери. – У меня записан адрес на всякий случай. Вот Маша обрадуется! Ей сейчас деньги очень нужны!
Она провела меня в квартиру, долго листала записную книжку, а потом сказала: