Мэвр
Шрифт:
Ничего.
Пахнет одежда: смесью химических и естественных запахов. Но больше ничего.
«Этого не может быть», — думает Юдей, пока Хэш возвращается на место.
— Так лучше?
— Да, спасибо.
Ей не нравится слабость, но чего можно требовать от тела, которое не двигалось почти месяц? Удивительно, что оно вообще делает хоть что-то.
— Хорошо. Может быть, вы зададите мне какие-нибудь вопросы? Так будет легче.
— Д… давайте. Вы назвали то чудовище…
— Кизерима.
— Да-да,
— Гэвэрэт Морав, прошу. Не чудовище, не монстр, не тварь. Кизерим. Мы, здесь, называем этих существ кизеримами.
— Простите, вы не могли бы снять очки? — просит Юдей. — Тяжело разговаривать с человеком, когда вместо глаз смотришь в блестящие стекляшки.
На деле стёкла очков матовые. Они целиком поглощают свет и напоминают скорее два иллюминатора, смотрящие в бархатную южную ночь.
Хэш замирает. Проходит минута. Кивнув самому себе, он стягивает очки с лысой головы. Юдей охает.
Ей часто говорили, что у неё «золотая пыль» в зрачках. Сегодня она встретила существо, которому достались целые слитки. Глаза Хэша больше человеческих, и они ярче. Кажется, что изнутри их залили золотом.
— Так лучше?
Юдей кивает. Она поражена тем, кого видит перед собой. Мысль о том, что Хэш Оумер не человек пугает и будоражит одновременно.
— Вы спрашивали про кизеримов.
— Да. Кизеримы… — Юдей кое-как сосредотачивается на разговоре. — В… вы сказали, что в Хаоламе их крайне мало. Откуда они берутся?
— Правильный вопрос, гэвэрэт Морав, — говорит Хэш. — Кизеримы обитают в мэвре.
— Мэвре?
— Да.
— Что это?
— Другой мир.
Юдей хмурится. Голос пришельца всё так же нейтрален. Будь это кто-нибудь другой, она подумала бы, что её пытаются обмануть, но Хэш сам живое свидетельство существования «другого мира».
— Как это?
— Что, простите?
— Как это может быть? Другой мир… Вы имеет ввиду, что кизеримы — пришельцы с другой планеты? Не с Хаолама?
— Нет, гэвэрэт Морав. Родина кизеримов — мэвр, находится в другой Вселенной. Он лежит за пределами того мира, в котором обитаем мы.
Юдей несколько секунд переваривает услышанное.
— Это невозможно.
— Почему?
— Потому что это невозможно, мар Оумер.
— Откуда тогда прибыл я?
Юдей вскидывает голову. Вот он, прямо перед ней, живой представитель существ, которых в Хаоламе, во всём огромном мире, который, потенциально, ей доступен, просто-напросто нет.
— Не знаю. Может быть, какой-нибудь отдалённый регион, затерянное в горах поселение. Я не знаю, откуда вы прибыли, мар Оумер, но точно не…
— Я из мэвра, гэвэрэт Морав.
Юдей вздрагивает.
— Вы… тоже… кизерим?
Хэш щурится. Юдей представляет, как две янтарные
— Нет, гэвэрэт Морав. Как можно заметить, я похож на людей, умею общаться и не пытаюсь сожрать вас живьём.
— Простите, — шепчет пристыженная Юдей. Хэш молчит и смотрит на неё. Через пару минут янтарные щёлки вновь превращаются в фонари.
— Извинения приняты. И извиниться должен я. Вы только что пришли в себя, а я требуют от вас самоконтроля здорового взрослого человека. Простите.
— Да… да ничего…
— Нет, гэвэрэт Морав, я настаиваю на том, чтобы вы приняли мои извинения.
— Принимаю.
— Хорошо. Тогда я продолжу. Мэвр — это другой мир, гэвэрэт Морав, с которым Хаолам связан с помощью окна. Мы называем его кхалоном. Предвосхищая ваш вопрос — мы не знаем, когда или как он появился. Некоторые учёные придерживаются гипотезы, что кхалон существует давным-давно и что предыдущие города, расположенные в этом месте занимались примерно тем же, чем и мы, но ни доказать, ни опровергнуть её невозможно.
— Простите, мар Оумер.
— Да?
— Вы постоянно говорите «мы». Кто эти «мы»?
— Об этом я и хочу рассказать. Гэвэрэт Морав, вы находитесь в госпитале специальной лаборатории по исследованию мэвра. Коротко — СЛИМ.
— Я… ясно. Вы исследуете мэвр.
— Я — нет. Другие отделы занимаются исследованиями.
— Вы охотник, я помню.
— Да.
— А где… где находится СЛИМ?
— В Хагвуле. Под Университетом.
— Под…
— СЛИМ — обратная сторона Университета. Благодаря ей Хагвул и Хаолам спокойно существуют, не испытывая на себе последствий близкого соседства с мэвром.
— Но…
— Да?
— За столько лет… я ни разу не слышала о СЛИМе. Даже слухов!
— Для Резы Ипора это будет звучать как комплимент.
— Для кого?
— Познакомитесь с ним позже, гэвэрэт Морав. Но важно не это.
«Зачем он мне это рассказывает? — думает Юдей. — Зачем раскрывает тайну, да и сам показался. Разве что…»
Что-то меняется в её глазах. На долю секунды женщина исчезает и место занимает кто-то другой. Хэш никак на это не реагирует, хотя и замечает перемену.
— Зачем вы мне это рассказываете? — спрашивает вернувшаяся Юдей и предательский шепоток нарастающей паники вновь меняет её голос.
— Гэвэрэт Морав, вынужден сообщить, что вы больше не человек. Как существо, представляющее опасность…
— Что?!
— … вы будете помещены в карантин СЛИМа, обучены и приняты на работу в отдел фюрестеров — охотников за кизеримами.
— Что вы несёте?! Какую опасность?! Как я могу перестать быть человеком?!
— Гэвэрэт Морав, пожалуйста…