Метро
Шрифт:
Это было еще одно ее умение. Еще одна замечательная особенность.
Она могла смеяться, дурачиться, болтать о всякой ерунде и вдруг – без видимого перехода – спросить о чем-то, по-настоящему серьезном.
Денис прекрасно знал эту черту, и все же каждый раз попадался. Алиса усыпляла его бдительность, и потом – бац! Следовал вопрос – всегда острый и неожиданный, как удар поддых.
Вопрос об институте был очень острым. Улыбка исчезла с лица Дениса.
– Нет, скорее всего не пойду.
Он-то знал наверняка, что не пойдет,
Но Алису это не остановило.
– И долго так будет продолжаться?
– Может, оставим эту тему?
– Что тебе не нравится?
– Мне не нравится, что ты меня постоянно контролируешь.
Ее брови взметнулись вверх, в уголках глаз проступили легкие морщинки.
– Я? Тебя? Боже упаси! Я волнуюсь за тебя! Волнуюсь потому, что ты мне не безразличен. Улавливаешь разницу?
Он кивнул.
– Ну, и долго так будет продолжаться?
Денис отвел глаза. Казалось, в эту минуту его ничто не интересовало, кроме унылого осеннего пейзажа, пробегающего за окном.
– Не знаю, – после паузы сказал он. – Я не хочу там больше учиться.
– Да? И родители в курсе?
Пейзаж отошел на второй план.
– При чем здесь родители?
– При том, что ты живешь за их счет. И они имеют полное право знать, как ты живешь.
Алиса излагала все ясно и логично – не придерешься. В ее аргументах не было ни малейшей бреши, щели или трещины, куда бы он мог улизнуть…
– Догадываются. Фазер обещал купить новую машину, если я возьмусь за ум. Как ты знаешь, старую придавило обломками Башни. Теперь она размером с консервную банку и очень плохо ездит.
– Но ты, конечно, отказался, – подхватила Алиса. – Как это благородно с вашей стороны, поручик!
– Алиса… – Денис посмотрел ей в глаза. – Ну почему мы не можем просто прожить еще один день? Просто? Без упреков, без проблем? А? Пойдешь в свое училище живописи, что-нибудь живописуешь и наваяешь, потом я тебя встречу, возьмем бутылочку винца, отправимся ко мне, побарахтаемся в постели…
Обладательница розового пальто, сидевшая перед ними, при слове «постель» вздрогнула. Наверное, он увлекся и говорил слишком громко.
Алиса прыснула.
– Дурачок! Так и будет! Возьмем бутылочку винца и устроим образцово-показательный трах! Я буду стонать так, что сбегутся все соседи. А соседки будут пялиться на твою ширинку, когда ты выйдешь из квартиры. Это здорово! Но… Что ты будешь делать завтра?
Денис пожал плечами. На этот вопрос у него не было внятного ответа.
– Ты знаешь, чего ты не хочешь, – продолжала Алиса. – Это хорошо. Это характеризует тебя как крайне вдумчивого и ответственного молодого человека. Дело за малым – узнать, что ты хочешь. Только и всего.
«Узнать, что ты
Увы! Все было очень непросто. После того как он чудом спасся из рушащейся Башни, в Денисе произошел какой-то надлом. Он сильно изменился.
И родители это понимали. Наверное, поэтому они и не настаивали, чтобы он вернулся в институт.
Отец предлагал сделку – стоило признать, довольно выгодную. Машину взамен учебы. Денис начинает учиться, а отец покупает ему машину. Маман – за спиной отца – обещала договориться насчет академического отпуска. Денис подозревал, что проректор по учебной работе – один из тайных грешков ее бурной и веселой молодости.
Родители даже разрешили ему жить отдельно, в бабушкиной квартире в Митине. Словом, они старались его понять. И проблема была вовсе не в них. Проблема была в нем самом.
Несколько секунд назад ее четко сформулировала Алиса: он сам не знает, чего он хочет.
Денис вздохнул и через силу улыбнулся.
– Я тебе скажу, чего я хочу. Вечером.
– О-о-о, ну этот ответ мы уже слышали. И, кстати, всячески приветствуем. Но ты всетаки подумай: может, хочешь чего-то ЕЩЕ?
Так незаметно, за разговором, они доехали до Тушина.
«Маршрутка» остановилась перед входом в метро, и пассажиры, сдержанно толкаясь, стали вылезать.
На улице Денис взял Алису за руку. Ее узкая ладошка с чернильными росчерками вен была сухой и горячей.
– Я подумаю. Обещаю.
Они вошли в метро. Перед турникетами бурлила обычная утренняя толчея. Пользуясь короткой заминкой, Алиса обернулась к Денису.
– У нас сегодня свободная тема. Я буду рисовать тебя. По памяти.
Она поддернула большую дерматиновую папку с листами ватмана, достала из кармана проездной и приложила к считывающему устройству. Красный кружок сменился зеленым, и Алиса ловко проскользнула вперед.
Денис дождался, когда красный кружок появится вновь, и сунул в щель билет.
– Надеюсь, в моем облике не появится ничего лишнего?
– Чего?
– Рога, например?
Алиса рассмеялась.
– Пока еще рано об этом говорить. Подожди до вечера – сам все увидишь.
– Ах вот как! Посмотри, я чернею прямо на глазах, и мои волосы становятся курчавыми!
Денис состроил зверскую гримасу. Он полагал, что Отелло выглядел именно так, когда увидел платочек Дездемоны.
– Молилась ли ты на ночь…
Он патетически воздел руки и неосторожно задел пробиравшегося за ним мужчину в красивом дорогом пальто. Мужчина поморщился и небрежно оттолкнул локоть Дениса от груди.
– Аккуратнее!
– Простите…
Этот незначительный эпизод немного испортил Денису настроение. Он схватил Алису за руку и побежал с ней вниз по ступенькам. Они втиснулись в вагон и крепко прижались друг к другу. Механический голос объявил: