Метод отстрела
Шрифт:
Однако, несмотря ни на что, Максим не спешил открывать карты. А собеседник его не торопил. Скопцов в разговоре участия не принимал, выступал в роли стороннего наблюдателя. Его в немалой степени забавляло поведение собеседников – чем-то напоминало ему игру российской сборной по футболу. Много бессмысленных и бессистемных передач по всему полю. Вроде бы и игра идет, и мячик скачет, и игроки потные… А толку – ноль. Ворота противника остаются недосягаемы. Игроки осторожничают, не рискуют в надежде, что противник вдруг – ни с того, ни с сего – возьмет и ошибется. Однако обе
Первым не выдержал Шовкат. То ли оказался человеком более азартным, чем его собеседник, проявил себя восточный темперамент, и ему наскучила такая серая игра, то ли просто предпочел не тянуть время и внести ясность – кто его знает. Так или иначе, он спросил прямо, что называется, в лоб:
– Максим, давай не будем темнить. Что вас привело ко мне?
Оболенский усмехнулся, потер пальцами переносицу и сказал:
– Нам необходимо покинуть страну.
– Так в чем дело? – удивился Шовкат. – Автобусы у нас пока еще ходят… В Душанбе есть и железнодорожный вокзал, и аэропорт…
– А вот как раз в этом славном городе нам появляться нежелательно, – ответил Максим.
– Почему? – Вроде бы такой простой вопрос, а вот так, с ходу, на него и не ответишь. Поэтому Максим, прежде чем начать говорить, немного помялся… Только Шовкат не собирался упрощать ему жизнь – молча ждал ответа.
– У нас возникли некоторые разногласия с местными правоохранительными органами и спецслужбами, – сказал Оболенский, выдержав паузу.
– Понятно… – протянул Шовкат. И уточнил: – То есть вы хотели бы покинуть страну тайно?
– Ну да… – вынужден был признаться Максим.
– Вас двое?
– Нет. Нас больше.
– Сколько именно?
Немного замявшись, Оболенский все же ответил:
– Четверо…
Помолчав немного, Шовкат задал следующий вопрос:
– А вообще, каким ветром вас занесло в Таджикистан? Что вы здесь делаете? И почему вам нужно выезжать непременно тайно?
На этот раз пауза затянулась почти до неприличия. Однако хозяин не торопил гостей – ждал с самым невозмутимым видом.
– Шовкат, а можно это не обсуждать? – наконец задал встречный вопрос Максим.
– Нет, – совершенно спокойно ответил таджик.
Еще помолчали.
– Пожалуй, мы пойдем… – наконец-то сказал Максим и начал выбираться из-за стола.
– Не спешите – Шовкат бросил короткий взгляд на часы и усмехнулся. – Ваши друзья подъедут с минуты на минуту… Я уже давно послал за ними.
– Вот как? – Наверное, никогда в жизни Оболенский не чувствовал такой растерянности.
– А чему вы удивляетесь? – продолжал улыбаться таджик. – Это ведь моя земля, мой дом. И я просто обязан знать все то, что в нем происходит. Иначе я плохой хозяин…
– Понятно… – Обескураженный Максим вернулся на место.
– Ну а пока ваши друзья едут, я хочу вам задать еще один вопрос, – как ни в чем не бывало продолжал Шовкат. – Если я правильно понял, то разгром базы Бобошерова – это ваша работа?
– Какого еще Бобошерова?! – очень неискренне удивился Максим.
– Значит, ваша, – констатировал
– Почему вы так решили? – Оболенский заметно напрягся.
– Четверо русских пришли утром и убили всех – так мне рассказали. – Сейчас ни на лице, ни в глазах таджика не было и тени недавнего смеха. – Не думаю, что в радиусе трехсот километров можно будет отыскать вторую четверку славян. Не любят их здесь… Значит, это были вы. Тем более в вашей машине имеется оружие. И машина эта не совсем ваша – на ней еще недавно катались боевики Бобошерова… Только давайте без прыжков и мордобоя!
Шовкат, от взгляда которого не укрылось, что Оболенский готовится к броску, чуть отодвинулся от стола, демонстрируя зажатый в руке пистолет Стечкина.
– Поверьте на слово, я вам не враг!
За стенами послышалось рычание автомобильного мотора.
– А вот и ваши друзья! – Таджик искренне обрадовался. – Сейчас они зайдут в дом, и мы все вместе кое-что обсудим!
– Что именно? – Глядя на ствол пистолета, Максим брезгливо скривился.
– У меня к вам будет предложение. – Шовкат опять ухмыльнулся. – Почти деловое…
5
Бобошеров не ошибся в своих предположениях – Джошуа Р. Блэр действительно был резидентом ЦРУ на севере Афганистана.
Наверное, и престижнее, и комфортнее для разведчика было бы работать в какой-нибудь европейской стране, под «крышей» посольства, международного пресс-центра или торгового представительства. Там, где все тебе и близко, и понятно. Там, где тебе нет нужды постоянно «шифроваться» и выдумывать прикрытие. Там, где ты на каком-нибудь приеме обмениваешься быстрыми и точными, как уколы шпаги, репликами с местным контрразведчиком, прекрасно понимая, что он точно знает, кто ты такой на самом деле.
А здесь… Скупая земля, тусклое солнце и суровые бородачи, каждый из которых с удовольствием, а скорее всего просто равнодушно воткнет нож тебе в спину, только отвернись.
Но Блэр на судьбу не роптал. Не потому, что был фанатичным сторонником американского образа жизни. К своим пятидесяти двум годам Джошуа уже изрядно подрастерял юношеский задор и иллюзии, превратившись в хитрого, холодного и циничного профессионала. И потому поклонялся одному Богу – Его Величеству Доллару. Так что Афганистан как место работы его вполне устраивал – здесь можно было делать неплохие деньги, совмещая приятное с полезным. Со службой на благо Соединенных Штатов.
Казалось бы, каким путем разведчик – пусть и резидент – может раздобыть при своей работе денег? «Кроить» на вознаграждении агентов и информаторов? Ну, это несерьезно… Это – не деньги. Такой способ заработка неприемлем даже для Европы. А вот если вступить в контакт с наркодельцами… Причем такой контакт будет всячески оправдан в глазах руководства. Несмотря на местонахождение резидента, направление его деятельности было одно – Север. То есть Таджикистан и дальше главный враг Соединенных Штатов – Россия. Неприлично богатая страна, которая, невзирая на усилия внедренных в российский истеблишмент агентов влияния США, никак не желает признать свою зависимость.