Метка Афины
Шрифт:
— И то и другое! — надулся Терминус. — Сдавайтесь, а потом убирайтесь. Даю тебе пощечину за такой глупый вопрос, ты, бесстыжий мальчишка! Чувствуешь?
— Ух ты! — Лео воззрился на Терминуса с профессиональным интересом. — Похоже, вы на взводе. У вас там какие-то шестеренки заклинило? Я мог бы взглянуть.
Он преобразовал свой Вии-контроллер в одну из отверток из своего волшебного пояса с инструментами и постучал по пьедесталу статуи.
— Прекратить! — потребовал Терминус. Раздался новый взрыв, и Лео выронил отвертку. — На римской земле, в пределах померия, оружие под запретом.
— В пределах… чего? — переспросила Пайпер.
— В
— А этот корабль — одно сплошное оружие! — гнул свое Терминус. — Вы не можете приземлиться!
Внизу, в долине, вооруженное подкрепление уже преодолело половину пути до города. Толпа на форуме все увеличивалась. Аннабет всматривалась в лица воинов и… о, боги, увидела его. Он шагал к кораблю вместе с двумя ребятами: крепко сбитым юношей с черным ежиком волос и девушкой в кавалерийском шлеме, обнимая их за плечи, как будто они приятели не разлей вода. Казалось, Перси чувствует себя абсолютно свободным, и выглядел он очень счастливым. На нем был пурпурный плащ, в точности такой же, как у Джейсона — отличительный знак претора.
Сердце Аннабет забилось сильнее.
— Лео, останови корабль, — приказала она.
— Что?
— Ты меня слышал. Дальше этого места не двинемся.
Лео поднял свой контроллер и резко дернул его вверх. Все девяносто весел замерли, и корабль остановился.
— Терминус, — сказала Аннабет, — не существует правила, запрещающего парить над Новым Римом, верно?
Статуя нахмурилась.
— Полагаю, нет…
— Мы можем оставить корабль в воздухе, а сами спустимся на форум по веревочной лестнице, — предложила девушка. — В таком случае, корабль не коснется римской земли, во всяком случае, формально.
Статуя какое-то время обдумывала такую возможность. Аннабет задавалась вопросом: не потирает ли бог подбородок воображаемыми руками.
— Я люблю формальности, — наконец признало изваяние. — И все же…
— Все наше оружие останется на борту, — заверила его Аннабет. — Полагаю, римляне — даже вон то небольшое войско, что движется сюда, — также проявят уважение к вашим же собственным правилам в пределах померия, если вы им прикажете?
— Конечно! — важно кивнул Терминус. — Я что, похож на человека, который стерпит нарушение законов?
— М-м-м… Аннабет… — вмешался Лео. — Ты уверена, что это хорошая идея?
Девушка сжала кулаки, чтобы скрыть дрожь в руках. Противный холодок не проходил, все так же вея у нее за спиной. И теперь, когда Терминус больше не вопил и не взрывался, Аннабет показалось, что ей снова слышится смех: на этот раз в нем звучала радость, как будто она приняла неверное решение.
Но там, внизу, находился Перси… так близко. Она должна попасть к нему.
— Все будет хорошо, — заверила Аннабет. — Никакого оружия, мы вполне можем мирно поговорить. А Терминус проследит, чтобы обе стороны соблюдали правила. — Она взглянула на мраморную статую. — Мы договорились?
Бог фыркнул.
— Полагаю, да. До поры. Можешь спускаться в Новый Рим по своей лестнице, дочь Афины. И, пожалуйста, постарайся не разрушить мой город.
II
АННАБЕТ
Аннабет шла к форуму сквозь огромную толпу, и поднятые по тревоге полубоги расступалась перед ней. Одни казались напряженными, другие нервничали, некоторые были перевязаны после последнего сражения с гигантами, но никто не носил
На чужаков выходили посмотреть целыми семьями. Аннабет заметила пары с детьми, карапузов, цепляющихся за ноги родителей, даже несколько пожилых людей, облаченных в древнеримские одежды вперемешку с современными. Неужели все они — полубоги? Пожалуй, да, решила Аннабет, хотя никогда раньше она не видела такого места. В Лагере полукровок жили в основном подростки. Если им удавалось пережить выпускной класс школы, в дальнейшем они оставались в лагере и становились старостами или отправлялись в мир смертных и выживали, как могли. Здесь же бок о бок жили люди всех возрастов.
Вдалеке в толпе Аннабет разглядела циклопа Тайсона и адскую гончую Перси, миссис О'Лири — первую «разведгруппу» из Лагеря полукровок, появившуюся в Лагере Юпитера.
Кажется, они пребывали в прекрасном расположении духа. Тайсон, с римским знаменем на груди, повязанным на манер огромного слюнявчика, махал рукой и широко улыбался.
Краешком сознания Аннабет отметила, как красив этот город, — запах выпечки, журчание фонтанов, пышно цветущие сады. А уж архитектура… о, боги, какая архитектура… позолоченные мраморные колонны, блистательные мозаики, монументальные арки и виллы с террасами.
И тут прямо перед ней людское море расступилось, пропуская девушку в полном боевом облачении римского образца и пурпурном плаще. Темные волосы рассыпались по ее плечам, а черные глаза мерцали, как кусочки обсидиана.
Рейна.
Джейсон очень точно ее описал, но даже если бы Аннабет ничего о ней не слышала, то и тогда признала бы в ней лидера. На доспехах новоприбывшей красовались медали, а держалась она так уверенно, что остальные полубоги отступали и отводили взгляд.
Но Аннабет заметила в ее лице и кое-что еще: твердо сжатый рот и гордо вздернутый подбородок словно говорили: я готова принять любой вызов. Рейна явно хотела выглядеть отважной, скрывая надежду, волнение и страх, которые не могла показывать на публике.
Аннабет уже случалось видеть такое выражение лица: она постоянно наблюдала его, глядя в зеркало.
Обе девушки оценивающе рассматривали друг друга. Справа и слева из-за спины Аннабет выглядывали ее друзья. Римляне в страхе посматривали на Джейсона, шепотом произнося его имя.
Затем из толпы показалось новое действующее лицо, и Аннабет перестала замечать, что происходит вокруг.
Перси улыбался ей — саркастической, хулиганистой улыбкой, раздражавшей ее несколько лет подряд и ставшей со временем такой любимой. Его глаза цвета морской волны остались такими же прекрасными, как и раньше, темные волосы были залихватски откинуты со лба, как будто он только что вернулся с прогулки по пляжу. Перси выглядел даже лучше, чем полгода назад: загорелый, выше ростом, более подтянутый и мускулистый.
От потрясения Аннабет не могла сдвинуться с места. Ей казалось, что если она подойдет к нему поближе, все молекулы в ее теле могут воспламениться. Она влюбилась в него, когда им было по двенадцать лет, и хранила это чувство в тайне. А прошлым летом она просто с ума сходила от любви. На целых четыре месяца они стали счастливой парой, а потом он исчез.
За время разлуки что-то случилось с чувствами Аннабет: они усилились. Она постоянно ощущала в груди ноющую боль, как будто ее лишили жизненно необходимого лекарства. И теперь не понимала, что же мучительнее: жить с этой ужасной пустотой в душе или снова быть вместе с ним.