Метида
Шрифт:
— Карим мне помог с твоим спасением — произношу нехотя.
— Спасибо — пропела моя девочка.
— Предлагаю спрятать твою семью у меня — не отрывает своих глазенок от Вики.
— Нет! — говорим в голос с женой.
— Думаешь, уведу?! — в голосе издевка.
— Я доверяю своей жене — говорю уверенно.
Глаза Вики сверкнули и опалили нежностью.
— Тогда тебе не о чем волноваться! У меня будет охраняться лучше, чем алмазный гос. фонд — роняет зерно сомнения.
Азаматов кладет букет роз на столик и уходит, не прощаясь. Разбежался!
Ночь внесла свои коррективы…
62. Золотая клетка
Шла ко дну. Дикий страх выкинул из сна. Сердцебиение, переходящее в тахикардию.
Дверь палаты бесшумно открывается. Странно. Ночью нет обхода. Мужчина в белом халате и медицинской маске, в перчатках. Из кармана достает шприц и пальцем скидывает колпачок с иглы. Четко понимаю, что передо мной убийца. Облизнула пересохшие губы. Киллер делает шаг ко мне. Потянулась и дернула за проводок… Подставка, держащая капельницу, с грохотом падает, преграждая путь моей смерти. Датчики начинают пищать. Дверь вышибает охрана и заваливает мужика, занесшего руку со шприцом надо мной.
— Вы как? — кидается ко мне один из охраны.
Зажав рот рукой, смотрю, как вытаскивают за подмышки наемника.
— Подождите! — кричу вслед.
Мужчины обернулись. Вырываю вторую капельницу из вены. По рукам стекает кровь из вены. Осторожно спускаю ноги. Шаги даются с трудом, словно привязали гири. Подхожу к убийце. Стаскиваю маску. Всматриваюсь в незнакомые черты.
— За что? — говорю тихо.
— Ничего личного — глаза его пусты, как бездна.
Киваю охране, что это все. Пошатнулась. Третий из охраны подхватил меня за талию. Чувствую запах незнакомого мужчины и не могу пошевелиться, уткнувшись ему в грудь. Нападает полное безразличие.
— Виктория, сейчас подойдет врач… у вас кровь — последнее, что слышу.
ТРИ ДНЯ СПУСТЯ.
— Это моя гостья с сыном! — Азаматов обводит взглядом персонал своего особняка.
Отдельно стоят три молодые женщины. Красивые, статные, словно сошедшие с конкурса красоты. Рассматривают меня с интересом и не скрываемой неприязнью. По сравнению с ними, чувствую себя Золушкой.
— Узнаю, что им было здесь не комфортно… будут наказаны все! Я понятно объяснил? — командный голос разносится по объемному холлу.
— Да, господин! — стройный ряд голосов.
— Ника, Латифа и Дария! — обращается к красоткам — я привез вам подарки! Можете идти в свои комнаты, их сейчас принесут.
Девушки, склонив головы расходятся.
Черт возьми! Вот это дрессировка! — кошусь на Карима. Санька жмется ко мне, обхватив ручками мою шею.
— Устала, наверное держать его? Можно я возьму? — тянет руку к сыну Азаматов.
— Неть! — Саня прижался еще сильнее.
— Ничего, потом привыкнет — выдает Карим, отступая.
В смысле привыкнет? Мы здесь максимум на неделю — хотелось спросить, но сдержалась.
— Пойдемте, госпожа Виктория, я вас провожу — подходит одна
Иду за ней, чувствуя прожигающий взгляд между лопаток. Не оборачиваюсь. Чем меньше контакта с этим человеком — тем лучше. Нам, с мужем, пришлось согласиться на предложение Карима, после покушения в больнице. Вся надежда была на то, что киллер заговорит и выдаст заказчика. А пока мы здесь.
Оглядываюсь. Большая и светлая комната с двух спальной кроватью. Ковры, мягкая мебель. Смежная комната — детская, так же обставлена со вкусом и богато. Много игрушек. Странно. Готовились что ли? Все было новое. Не было ощущения, что этим пользовались раньше.
Санька быстро освоился, обследовав все углы. Увлекся конструктором из большого лего.
— Хозяин зовет вас на ужин через час — глаза женщины неотрывно следят за моим сыном.
— В доме есть еще дети? — спрашиваю.
— Нет, госпожа — продолжает наблюдать за Санькой.
Неприятно кольнуло под сердцем.
— Зовите меня просто — Вика — пытаюсь наладить контакт.
— Не положено, госпожа Виктория — женщина кланяется и выходит.
Пошла в душ, глянув, что Санек все еще занят игрушками. Для ужина выбрала платье из легкого сиреневого шифона. Волосы заколола в высокий хвост. Сына умыла и переодела.
— Саша, не беги! — сын завидев большой стол, припустил. Ему хотелось бегать по большому пространству.
— Пусть бегает — слышу голос хозяина.
Азаматов сидел в кресле, у камина, с бокалом вина. У ног Карима примостилась одна из девушек, положив ему голову на колени. Заберите меня кто-нибудь отсюда! Позвонить мужу я пока не могла. Было оговорено об этом, чтобы нас не отследили по входящему на телефон Захара.
За столом молчание. Только звук приборов нарушал тишину.
— Качу ето! — моя малява показывает на блюдо с курицей.
Я пытаюсь встать и набрать мясо в тарелку сына. Меня останавливает женщина из тех, кто приносит-уносит за руку и отбирает тарелку. Накладывает сама.
— Динара! Ты посмела дотронуться до Виктории? — женщина вздрагивает и едва не роняет блюдо.
— Простите, хозяин, это больше не повториться! — ставит курицу перед Саней и почти выбегает из столовой.
Так хотелось запустить в этого придурка чем-нибудь. Видимо он прочитал это в моем взгляде. Поднял бровь, вытер салфеткой губы.
— Что мне в тебе нравится, так это твой стихийный характер — хохотнул.
— Да, мне пофигу, что тебе нравится — огрызаюсь.
За столом тишина такая, словно почти никто не дышит.
— Саш, ты покушал? — сын кивает — скажи "спасибо" и пойдем.
— Пасибо — тянет мой малой и берет меня за руку.
Снова ловлю взгляды этих женщин, полных неприязни.
63. Теперь ты дома…
Ходишь по дому, словно в декорациях к какому-то фильму. Безошибочно нахожу, встроенные камеры без всяких приборов. Чуйка. Прислуга шарахается от меня. После случая с Динарой, даже дышать в мою сторону боятся.