Метаморфоза
Шрифт:
– На чем поскользнулись?
Геннадий Васильевич увидел протянутую руку.
– Рабочий день кончается, я вас провожу и все объясню.
– То ли рука у бывшего журналиста, несмотря на игрушечные
"Портфель, портфель забыл!" - дернулся назад Канцелярский Червь, но крепкая рука уже тащила его по коридору.
– Ты гниль! Ты падаль! Ты дерьмо!
– на лестнице горячо выдохнул бывший журналист.
От обжигающих, словно удар кнута, слов Геннадий Васильевич сжался еще больше. Ему захотелось стать крохотным и забиться в какую-нибудь укромную щель.
– Ты гнусь! Ты червяк! Ты сопля!..
– бывший журналист растерянно замолчал. Видимо, у него неожиданно иссяк запас обидных ругательств.
На улице было нестерпимо жарко. Бывший журналист платком обтер шею, посмотрел в сторону Канцелярского Червя, и тот увидел на его лице недоумение.
От страха, что его сейчас обнаружат и кто-то еще осмелится бросить в него злые слова, Геннадию Васильевичу
захотелось
он заполз на покрытый
желтой пылью листок подорожника, и из-за него посмотрел
на нахального посетителя.
Тот повертел, повертел головой
и, досадливо сплюнув,
пошел к трамвайной остановке.
"Давно бы так!" - облегченно подумал Геннадий Васильевич, чуть приподнялся и, убедившись, что бывший журналист сел в трамвай, выполз из-под листка.
Чтобы немножко развеяться после утомительной встречи, Канцелярский Червь решил прогуляться. Горячий асфальт
неприятно обжег его тело, он сполз на газон
и, лавируя между стеблями травы,
пополз по зеленому прохладному лесу; громовое кудахтанье остановило его;
он посмотрел вверх - над ним нависало
белое чудовище с желтым клювом.
"Это же старушкина курица",
– вспомнил Канцелярский Червь, увидел огромный, раскрывшийся клюв,
створки которого походили на две половинки разводного моста,
а дальше наступила
кромешная темнота...