Месть
Шрифт:
И вот теперь Марк повернулся к Фесту.
– Мы должны попасть туда и заставить Децима сказать правду. Любым способом.
Луп покачал головой:
– Туда не попадешь иначе, чем через эту дверь, и еще одна должна быть с задней стороны дома.
– Мы должны туда прорваться, – упрямо повторил Марк. – Если вы не хотите мне помочь, я сам это сделаю.
Фест наклонился к Марку:
– Успокойся! Никто не говорил, что не хочет тебе помогать. Но мы должны сделать все осторожно. Наместник один раз позволил нам сорваться с крючка,
Марк крепко зажмурил глаза, стараясь справиться с разочарованием. Но он уже научился ценить предостережения, поэтому вздохнул и кивнул.
– Вот так-то лучше, – сказал Фест. – Теперь давайте подумаем, как наилучшим способом добраться до Децима. Возможно, стоит подождать, пока он снова выйдет из дома, и проследить за ним. Посмотрим, нельзя ли добраться до него в каком-то другом месте.
– И какие у нас шансы? – спросил Луп. – Носилки несут восемь рабов, а впереди идет страж, расчищает дорогу, и еще двое – сзади. Мы не можем сразиться со всеми сразу.
Фест кивнул:
– Ты прав. Но если он выйдет из носилок, то его сопровождение можно будет отрезать. Он ведь может куда-то пойти – в бани, в лавки за покупками или просто по делам. И если такое случится, у нас появится возможность сделать свой ход. Со стражами мы управимся, а Децима отведем в какой-нибудь тихий уголок и немножко потолкуем с ним.
Марк улыбнулся, представив такую перспективу, но Луп покачал головой:
– Мы не знаем, когда такое может произойти и собирается ли он вообще покидать дом. Мы можем проторчать тут часы, даже дни. Он знает, что мы в Афинах, и будет особенно осторожен. Чем дольше мы будем топтаться на улице в ожидании, тем больше подозрений вызовем.
Марк нетерпеливо повернулся к нему:
– Ну а ты что думаешь? Что мы должны делать? Отступить?
– Конечно нет. Просто есть способ, с помощью которого мы войдем в этот дом. Только сначала мне понадобятся мои письменные принадлежности. Слушайте…
Два часа спустя, когда Фест и Луп вернулись, Марк все так же стоял на улице, наблюдая за домом. Фест нес под мышкой небольшой узел, и они с Лупом разошлись в разные стороны, прежде чем Фест подошел к Марку.
– Как там чувствует себя Цербер? – сразу спросил Марк, беспокоясь за пса, которого оставили в одиночестве почти на весь день.
– Не так уж счастлив, как ты можешь догадаться. Едва мы вернулись, он принялся скулить. И в любом случае ему явно не нравится сидеть на привязи. Ну, если у нас все получится, ему недолго страдать. – Фест ткнул большим пальцем в сторону Лупа, который ждал у угла здания.
– Думаешь, удастся?
Фест пожал плечами:
– А что нам еще остается? Ничего лучше я придумать не могу. Давай доверимся Лупу и будем наготове. Кстати, об этом…
Фест аккуратно развязал
– Готов?
Марк кивнул.
– Ну, тогда вперед.
Фест кивнул в сторону Лупа и сделал короткий жест рукой. После этого они с Марком пошли на рыночную площадь, отойдя от дома Децима шагов на пятьдесят. Решив, что они уже достаточно далеко, Фест снова повернулся лицом ко входу в дом, и Марк тоже. Потом они не спеша зашагали по улице, и наконец Марк увидел, как впереди них Луп вышел из-за угла дома и уверенно двинулся им навстречу.
Подходя к человеку, сидевшему на крыльце перед домом Децима, Луп чувствовал, как быстро колотится его сердце. Он переоделся в лучшую свою тунику и начистил ботинки, как следует причесал волосы и теперь вполне мог сойти за служащего из дворца наместника. Луп поднялся по двум ступеням на крыльцо. Страж даже не потрудился встать со своего табурета, а просто слегка наклонился вперед, чтобы не дать Лупу подойти к двери.
– Да?
– Я пришел из дворца наместника, – пояснил Луп. – У меня срочное послание Дециму от Эврая.
– Дай взглянуть.
Страж протянул руку.
Луп изо всех сил старался сохранять самообладание, когда доставал из сумки для письменных принадлежностей запечатанное письмо. На восковой печати красовался римский орел, а на свернутом листе видна была аккуратная надпись. Страж быстро осмотрел все, а Луп тем временем молился, чтобы печать, вырезанная им из куска мыла, и поддельное греческое письмо выглядели достаточно убедительными.
Страж встал:
– Ладно, я прослежу, чтобы это было ему передано.
Луп ожидал такого ответа и потому серьезно произнес:
– Эврай приказал, чтобы я передал письмо лично Дециму, только в его руки.
– Плохо. Хозяина нет дома.
Учитывая то, что Децим теперь прятался от посторонних глаз, Луп вполне ожидал и этого и был готов к такому повороту.
– В таком случае мне приказано убедиться, что письмо отдано лично управляющему этим домом.
Страж нахмурился:
– Лично, вот как?
Луп кивнул:
– Да, мне это строго приказано. И еще велено сказать, что это очень важное письмо и его необходимо доставить как можно скорее.
Пока он разговаривал со стражем, Фест и Марк приблизились к дому. Луп видел их краем глаза и понимал, что теперь очень важен расчет времени. Страж с утомленным вздохом выпрямился и постучал в дверь. Через мгновение зарешеченное окошко открылось, в нем появилось чье-то лицо.
– Открой, – распорядился страж, кивнув в сторону Лупа. – Послание из дворца наместника. Надо передать управляющему.
Окошко с треском захлопнулось, и тут же заскрипел внутренний засов. Дверь, тоже слегка скрипнув, начала открываться внутрь.