Месть женщины
Шрифт:
Потом он что-то пролепетал по-французски, но она, разумеется, не разобрала от стыда. Молодой человек шагнул вперед, осторожно прикрыл за собой дверь и снова что-то сказал.
— Убирайся, — наконец выдавила из себя Лючия. — Разве ты не видишь, что я не одета?
Он улыбнулся и пожал плечами. И сделал еще полшага в ее сторону.
Лючия чувствовала, что близка к обмороку. Внутри живота стало горячо. Там пульсировало что-то в бешеном ритме. Дышать было нечем. А тут еще этот треклятый demi-corset.
Она знала, молния
— Madame, madame, — прошептал молодой человек и опустился на колени перед кроватью.
Далее он произнес длинную фразу по-французски, из которой Лючия поняла только то, что она очень красива.
— Не может быть, — ответила она по-английски, обращаясь к себе. — Это какой-то сон…
Молодой человек поднял правую руку и показал четыре пальца. Это наверняка что-то означало, но ей не хотелось сейчас думать — что именно. Она кивнула из приличия и закрыла глаза.
Она чувствовала, как он сел рядом на кровать — пружины слегка прогнулись под его весом, а ей показалось, будто она падает в бездну. Потом она почувствовала на своей груди его сухую холодную ладонь и тут же поняла, что узкая перепонка demi-corset между ног стала мокрой. «Неужели я уписалась? — мелькнуло в голове. — Какой стыд…» Она провалилась в кромешный мрак. Очнувшись, увидела, что молодой человек снимает джинсы и аккуратно кладет на кресло возле зеркала.
— Я девушка, — сказала Лючия по-английски. — Я боюсь, что будет больно.
— Virginal[31]? — переспросил молодой человек и закивал головой. Потом поднял правую руку с оттопыренными всеми пятью пальцами и улыбнулся. — Куннилингус[32]. О’кей?
Лючия обратила внимание на его большой, поднятый почти перпендикулярно телу фаллос. Он оказался совсем близко от ее рта. Ей захотелось вцепиться в него зубами, рвать, сосать, пить кровь. Она с трудом сдержалась.
Молодой человек влез с ногами на кровать и сел ей на колени. Она охнула и снова почувствовала, как из нее вылилось что-то горячее. «Нет, я не уписалась, — дошло до Лючии. — Это… это потому, что я… что мне хочется с ним переспать». А он уже ловко расстегивал крючки на перепонке ее demi-corset. Наконец она почувствовала, что ее вульва свободна от этого тесного резинового нейлона с колючими кружевами. Он наклонился и поцеловал ее во влажный лобок. Потом его язык скользнул ниже, еще ниже…
Лючия взбрыкнула ногами, и молодой человек очутился на полу. Он лежал на паласе и смотрел с испугом и благоговением на возвышающуюся над ним тушу в расстегнутом до самого низа demi-corset и со съехавшим набок желтым париком.
— Кретин, неужели ты не умеешь делать ничего другого? — сказала Лючия, проворно вылезая из своего demi-corset. — Ну-ка ложись на спину.
Молодой человек повиновался. Его фаллос шевелился как живой.
Лючия переступила правой ногой через бедро лежащего, примерилась и с размаху опустилась
В следующий раз Франческо привез длинное ожерелье из крупного розового жемчуга и золотые серьги в виде полураскрытой раковины, из которой выглядывали три жемчужины. Маша пришла в восторг, и в тот вечер они даже немного потанцевали.
— Франческо, это было чудесно, — сказала она, когда такси остановилось возле отеля и он крепко сжал ее руку, помогая выйти. — Ты избалуешь меня своими королевскими дарами.
Он обнял ее и поцеловал в душистый висок.
— Я люблю тебя, Мария. Больше жизни.
Он почувствовал, как поникли ее плечи.
— Не надо, Франческо, прошу тебя. А то я расплачусь, — прошептала она и добавила, повернув к нему голову, но по своему обыкновению глядя куда-то мимо него: — Я видела нехороший сон. Прошу тебя, будь осторожен.
— Может, ты меня поцелуешь? — спросил он, слегка сжимая ее хрупкие плечи. — Мне кажется, мы бы могли начать все сначала. Наш остров ждет нас. Я бы очень хотел снова там побывать.
— Ты сентиментален, Франческо.
Маша едва заметно улыбнулась.
— Это плохо?
— Хорошо, но… — Она осторожно высвободилась из его объятий. — Понимаешь, наше прошлое нам с тобой уже не принадлежит. Оно… Да, его растащили на части другие люди, с которыми мы… имели близкие отношения. Никто не виноват в этом, Франческо.
Она покачала головой и снова попыталась улыбнуться. Получилась жалкая гримаса.
— Нет, это я во всем виноват. Но я думал, что еще можно что-то поправить. Только не говори «нет», прошу тебя.
Он проводил ее до двери комнаты и поцеловал на прощание руку.
Она захлопнула дверь и, не раздеваясь, забралась с головой под одеяло.
Впереди был сплошной мрак.
Франческо успел выпить всего рюмку водки, когда перед ним возник Стефано. Он был по обыкновению приветлив и немного навеселе.
— Гуляешь в одиночестве, капитан? А где твоя принцесса?
Франческо неопределенно хмыкнул и заказал бармену две двойные порции водки.
— Ага, ей нравятся бриллианты и жемчуга, но того, кто их подносит, она не желает пускать в свою теплую уютную постельку. Я угадал, капитан?
Франческо молча кивнул.
— Или она набивает себе цену, или же эта женщина попросту фригидна. Не горюй, приятель, — Париж полон красивых женщин, которые за гораздо меньшую плату согласны не только раздвинуть ноги, а еще завести нашего брата так, как не умеет заводить самая любимая жена. Махнем к ним? — Стефано подмигнул Франческо и залпом выпил водку. — Даже кинжал ржавеет и приходит в полную негодность, если его долго держать в ножнах. Воздержание полезно только монахам — они от этого становятся еще глупее. У меня есть грандиозная идея.