Месть в три хода

Волкова Ирина Борисовна

Я задумалась, чем занять свободное время. Инспектор упомянул, что яхта Беара села на мель поблизости от сарацинского замка, недалеко от старого порта Ле Сюке, где находилась постоянная стоянка "Итаки". Скорее всего, полиция уже сняла яхту с мели и вернула ее на стоянку. Может, съездить туда, посмотреть?

Немного поплутав, я выехала на шоссе, ведущее к Антибу. Современные здания сменились утопающими в зелени особняками, и, наконец, впереди замаячили мощные крепостные стены. Не доезжая до них, я свернула

на улицу с односторонним движением, ведущую к порту.

Где именно находилась стоянка "Итаки", я не знала. Яхты, катера и рыбачьи баркасы тихо покачивались на играющей бликами воде. Их корпуса были белыми, иногда синими, но ничего похожего на цвета французского флага я не заметила. Может, "Итака" все еще находится у замка?

Я прошлась по набережной и свернула на пирс. Небольшой парусный швертбот, изменив курс, двинулся в мою сторону. Сидящий на корме загорелый черноволосый парень радостно махал рукой. Я не сразу сообразила, что приветствие адресуется мне.

Сбавив скорость, лодка втиснулась в пространство между дизельным катером и изрядно потрепанным рыбачьим баркасом.

– Андрес! – обрадовалась я. – Вот так встреча! Не ожидала тебя здесь увидеть.

– Ты так и не позвонила, хотя обещала, – обиженно заметил испанец.

– Извини, замоталась с делами. Ты и сам мог бы позвонить.

– Я как раз собирался это сделать. Ты уже в курсе, что Ива Беара убили?

– Да, – кивнула я. – Кошмарная история. Говорят, его яхта села на мель неподалеку от сарацинского замка.

– Не на мель, а на камни. Там в одном месте под водой скалы, на манер рифа, и глубина не более метра. На них "Итака" и напоролась.

– Слушай, а, может, сгоняем туда? – я умоляюще посмотрела на Андреса.

– Все ищешь вдохновение?

– Вроде того.

– Ладно. Залезай.

Испанец протянул мне руку, и я перебралась через борт.

– Что, бензина снова нет? – усмехнулась я, наблюдая, как Андрес ловит парусом слабый неустойчивый ветер.

– Настоящему морскому волку бензин ни к чему. Между прочим, я видел убийцу.

Я изумленно уставилась на Андреса.

– Убийцу? Какого убийцу? Того самого, что застрелил Беара?

– Думаю, что да. То есть в тот момент я не обратил на него особого внимания. Только сейчас, когда мы заговорили об убийстве, я подумал, что это и был преступник. Я находился неподалеку от яхты Беара и видел, как какой-то тип спрыгнул с нее и поплыл к берегу.

– Ты хорошо его разглядел?

– Как я мог его разглядеть? Было темно. Я услышал всплеск и заметил, как кто-то плывет от "Итаки" к берегу.

– Во сколько это было?

– Понятия не имею. Я не смотрел на часы. Может, час, может, два ночи.

– Ты в полицию сообщил?

– Еще чего! Я полицейских по жизни не перевариваю, а уж тем более лягушатников.

Признаешься, что был поблизости – они тебя тут же в подозреваемые запишут. Дураков нет.

– А выстрел ты слышал?

– Выстрел? – задумчиво повторил Андрес. – Не уверен. Может, и слышал, только не обратил внимание.

– Как это – не обратил внимания? Звук выстрела над водой только глухой не услышит.

– Было бы тихо – тогда конечно. Только на мысе какая-то разгулявшаяся компания принялась пускать ракеты и фейерверки. Меня это страшно нервировало – боялся, что их канонада отобьет у каракатиц охоту заниматься любовью.

Я ошарашено взглянула на испанца.

– Не подозревала, что тебя так волнует половая жизнь каракатиц. Ты наблюдаешь за ними?

– Делать мне больше нечего, – фыркнул Андрес. – Я этих тварей ловлю при помощи любви. Есть такой старый греческий способ. Вчера вечером я приобрел у рыбаков одну потрясающе сексуальную сепию – не каракатица, а секс-бомба. Разила наповал. Самцы при виде ее просто разум теряли.

– Секс-бомба? – повторила я, потрясенная обилием свалившейся на меня информации. – Как, интересно, ты это определил?

– Чисто инстинктивно. У меня нюх на такие вещи. Едва увидев ее, грациозно шевелящую щупальцами на дне баркаса, я сказал себе: "Андрес, эта красотка заманит в свои сети немало парней. Она принесет тебе удачу. Купи ее немедленно." Так я и поступил – и не прогадал. Я отловил восемнадцать самцов, и утром продал их в ресторан.

– А как ловят при помощи любви?

– Очень просто. Нужно привязать к веревке самку сепии и опустить ее в воду. Если она достаточно привлекательна, минут через пять ее начнет обхаживать пылающий страстью самец. Каракатицы настолько темпераментные любовники, что в пылу любви ничего не замечают вокруг. Даже если их вытащить из воды, все равно они будут заниматься своим делом. Мне нужно было только время от времени вытаскивать веревку с приманкой и снимать с неё охваченных желанием партнеров. Главное – не производить шума и не светить в воду, чтобы не спугнуть каракатиц. Кстати, ты имеешь представление, как именно сепии занимаются любовью?

– Весьма смутное. Кораллы, насколько я помню, просто выбрасывают в море сперму в надежде, что куда-нибудь она да попадет, а вот в сексе головоногих я полный профан.

– Могу тебя просветить, – усмехнулся Андрес. – Каракатицы предпочитают французский способ. У самца есть одно особенно длинное щупальце. Он запускает его в рот даме так глубоко, что буквально пронзает ее насквозь до самого конца. Во время страсти кончик щупальца отламывается. Жуткое дело!

– Да уж, – согласилась я. – Значит, ты тихо сидел на яхте, без света и ждал, пока очередного самца каракатицы охватит пагубная страсть.