Месть Солнцу
Шрифт:
– Федеральным службам надо разобраться, кто виноват и в чём дело, – предложил Шошин, – и определить виновных в сокрытии результатов мониторинга.
Идею подхватили и остальные участники совещания, усмотревшие в происшедшем «конспирологический заговор» неведомых недобрых сил. Тем более что в Сети уже появились снимки Солнца с группами пятен, которые, по мысли уфологов, выглядели «неестественно», что и заставило специалистов заговорить об их «искусственном происхождении». После этого в зале совещаний зазвучали голоса молодых астрофизиков, предлагающих направить к Солнцу специальную экспедицию.
Победила именно эта точка зрения – о посыле экспедиции, и мешали вынести общее
Зонды, защищённые от солнечного излучения, уже существовали. До фотосферы Солнца, то есть чуть ли не до самой кипящей ячеистой поверхности светила, опускались даже американские шаттлы, китайские «синастры» и российские корветы. А на стапелях Калининградской верфи уже готовился к запуску в космос «солнцеход» – модуль, способный погружаться даже до глубин конвективной зоны – больше десяти тысяч километров.
Предложение о формировании экспедиции прокомментировал директор ЦЭОК. Парфентий Миранда был массивен, лыс, обладал бугристым черепом и мощными бровями.
– Не спешите искать зелёных человечков на Солнце, – сказал он с иронией, оглядев аудиторию. – Сначала надо проанализировать феномен и удостовериться в его существовании. Кроме того, не мешало бы вспомнить о бритве Оккама [3] и найти естественную причину эффекта.
– Но ведь наши модули уже были на Солнце? – напомнил кто-то из присутствующих молодых учёных.
3
Не умножай сущностей больше необходимого, то есть ищи сначала простые решения проблемы.
– На границах хромосферы, – сказал Миранда, – сейчас работают два десятка разных баз.
– А «солнцеход» может опускаться в конвективную зону.
– Что из этого следует?
– Его можно будет послать для проверки наших тезисов, – не отставал молодой человек. – В качестве ходовых испытаний.
– Допустим, – кивнул Миранда.
– Тогда я согласен лететь!
Зал ответил овациями и смехом.
Но приступить к немедленному формированию экспедиции помешали как необходимые дополнительные измерения солнечной активности, так и раскачка российских чиновничьих структур, мало заинтересованных в развитии науки из-за отсутствия прямого личного обогащения. Прошло несколько дней, прежде чем двадцать девятого сентября запрос на проведение конкурса программ экспедиции наконец-таки дошёл до правительства страны. Результаты анализа похудения Солнца действительно требовали инструментального подхода к изучению «эффекта коровы», как уфологи стали называть открытие, полагая, что некие пришельцы подцепили к солнышку шланг, как будто это была корова, у которой надо надоить молока. Вопрос, какое «молоко» при этом доили инопланетные «доярки», так и остался открытым. Похоже было, что выкачивали солнечную плазму – смесь почти чистого ионизированного водорода и гелия. Но процесс продолжался и требовал объяснений.
Заторопилась и Федеральная служба безопасности России, узнав, что многие богатые страны планируют свои экспедиции к Солнцу: в первую очередь Китай, а за ним Индия и Европейский Исламский Союз во главе с Францией. После недолгого совещания у президента страны к решению проблемы посыла учёных к Солнцу присоединились редкие оставшиеся бизнес-структуры, лояльные государству, и дело пошло быстрее.
Уже через два дня модуль солнцехода был запущен в космос, провёл испытания и сел на Плесецком космодроме, чтобы взять на борт делегацию
Локация 3
Земля. Россия
Внезапный вызов к начальству ничего хорошего никогда не сулил, но Флора Дрёмова, командир группы особого назначения ЦЭОК (звание – кос-майор), вызову обрадовалась. Причина у неё была, однако делиться ею со своими подчинёнными и приятельницами она не стала. Свой интерес к развивавшейся в последние дни проблеме с «дойкой» Солнца она тщательно скрывала. Поэтому заявилась она пред светлые очи полковника Лаврентия Климука (глаза у него действительно были необычайно светлыми, словно сделанными из прозрачных кристаллов хрусталя) в режиме удалённого доступа, естественно, точно в назначенное время: было ровно десять часов утра первого октября.
Пятидесятилетний Лаврентий Павлович Климук, начальник бригады обеспечения безопасности Центра, до этого служил в Косконе, контрразведке ФСБ, но после трагедии на Марсе, где он едва не погиб, провалившись в сеть подземелий красной планеты, перешёл на службу в ЦЭОК и за несколько лет превратился в гаранта безопасности экспедиций, планируемых Российским Космическим Союзом. Субтильного телосложения, невысокий (метр восемьдесят – не рост для мужчины, как считалось в мире), сухощавый, с гладким морщинистым лицом, он тем не менее обладал жёстким характером, и сослуживцы его побаивались. Он мог и выругаться, и послать не справившегося со своими обязанностями бойца очень далеко.
Обычно он не начинал речь с прелюдий и сразу предложил Флоре возглавить группу спецназа, которая должна была сопровождать экспедицию на Солнце.
Если честно, она давно ожидала, что на неё падёт выбор начальника, предложившего командовать отрядом, потому что предприняла кое-какие шаги для обеспечения этого назначения. Тем более что в данный момент Флора занималась рутинной работой на Луне, обслуживая российскую базу «Селена-2», и надеялась, что на неё обратят внимание. Вызов подтвердил надежды, и она с превеликим удовольствием согласилась.
Флоре исполнилось тридцать лет. Высокий рост (метр девяносто пять) и развитые плечи превращали её если не в баскетболистку, то в волейболистку. Сотрудники ЦЭОК редко видели на овальном лице женщины улыбку, но и отвести глаз от него было трудно, так как Флора являла собой образец красоты, достойной любого подиума. И точно так же на мужчин Центра действовала фигура безупречных линий, данная ей природой: никакими биоизменениями она не пользовалась. Однако характер у «железной леди», как её нередко называли, не давал шанса ни одному сотруднику ЦЭОК приблизиться к ней хотя бы на «расстояние дружеского привета». Она не прощала ни попыток ухаживания, ни попыток знакомства, ни тем более ошибок подчинённых. Хотя при этом никто не жаловался, а многие не только уважали, но и обожали своего командира.
О личной жизни кос-майора знали только то, что она не замужем, и это было всё, что можно было выяснить из присутствия Флоры в соцсетях. Она ничего не выкладывала ни на одной платформе общения. Лишь один человек мог похвастаться тем, что он видел на губах Флоры улыбку. Но это был сам Лаврентий Климук, с которым она познакомилась ещё в космической разведке. Полковник и сам улыбался редко, показывая неожиданные тёплые ямочки на щеках, но это случалось архиредко, в исключительных случаях, если кому-то вдруг удавалась шутка. Впрочем, никто не был свидетелем проявления эмоций и Флорой. Ей достаточно было просто посмотреть на человека, чтобы тот взял под козырёк и побежал исполнять любое распоряжение майора.