Месть рода

Муха Руслан

Норман все ворчал, а я быстро облачился в форму, которая была словно на меня сшита, и теперь рассматривал собственное отражение в зеркале. Теперь мы ничем не отличались от солдат, теперь все были наравне. Смешно, теперь бы фото для спецслужб можно бы было наделать сколько угодно и даже с императором. Но теперь я не видел в этом никакого смысла. Вообще не видел смысла даже отправлять отчеты. Нас раскрыли, местные охотятся на землян и вот-вот найдут проход. Сейчас у всех агентов есть проблемы куда важнее, чем отчеты.

В полночь вся наша команда села в сурират, и мы улетели в ОРМ. Сурират явно был

не из тех, на которых путешествовал император. Никаких предметов роскоши, никакой комфортной мебели. Все рассчитано исключительно на перевозку большого количества пассажиров. И почти все пространство занимали стоявшие полукругом металлические кресла. Сомнений не было — это военный сурират.

Но зато здесь были места для всей нашей команды — двадцать шесть человек, большая часть которых были урджа-мастера и сварга-ракта. И только три зеркальных ракта — две женщины и я. В нашей команде вообще было всего две женщины та, что с надменным лицом — бал Ковентина из клана Варанаси, и бал Велена, которую отчитывал за глупость император. Но, как сказал император, будут еще и другие зеркальные ракта.

Я уже успел разобраться с тем, кто есть кто. А именно меня интересовали ракта из вражеских кланов. Толстяк из Капи оказался урджа-мастером. Я бы и не подумал, что эта неповоротливая куча жира искусно владеет потоками. Но у Сэдэо я выведал, что он один из лучших урджа-мастеров и уже несколько лет работает в Империи, обучая имперских солдат. Надо же.

А от Нормана я узнал, что ракта из Нага — защитник. Кстати, весьма полезная информация. Может, конечно, Сорахашер в курсе, что у Нага есть защитник, но я вот не знал. Его я старался не выпускать из поля зрения, он то и дело бросал в мою сторону злобные взгляды.

Весь путь в ОРМ я сидел между медитирующим Сэдэо и посапывающим Норманом. Я же, как бы ни пытался, уснуть не смог. Предстоящее не давало мне покоя. Все мысли, как бы я не старался отвлечься, сводились к одному. Раван, ракшасы, проход в нараку. И то видение Лукаса раз за разом всплывало в голове: четкое и ясное, оно навязчиво вспыхивало красочной и такой реалистичной картинкой. Черная дыра в пространстве, череп, обтянутый кожей, яркий холодный свет глаз.

Если это вариация будущего, то, что именно к этому приведёт? Почему источник взорвется? Что там делает Лукас? И если он там будет, да и к тому же все такой же ни капли не постаревший — значит, эти события могут произойти очень скоро. Тут с одним Раваном столько проблем, а что будет, если сюда хлынут тысячи асуров из нараки? Ответ я видел в видении, нам всем придет конец.

Я поежился от неприятных мыслей, снова наткнулся на злой взгляд защитника из Нага, еле сдержался, чтоб не отвесить ему чем-нибудь подзатыльник, да вон хотя бы книжкой, которую читала сидящая неподалеку бал Велена.

Я перевел взгляд туда, где за прозрачной матовой стеной сиял синим светом двигатель эктава-шакти. Там же за стеклом стоял и император, я видел лишь его силуэт: руки за спиной, величественная осанка. Что он там делал, оставалось только догадываться. Позади него стоял Страж и, кажется, что-то шептал.

Я был полностью поглощён мыслями о предстоящем сражении, прокручивал то и дело план действий. А он был таков: сначала мы пытаемся убить Равана — тот же принцип, что и с пожирателем,

разрушительные потоки, разрываем его на всех слоях, и если Раван не восстанет, значит, он — копия.

Казалось, все просто. С пожирателем мы справились вдвоем, а сейчас нас намного больше. Но слова императора о том, что мы можем не вернуться, прочно засели в голове. И каждый раз, когда я об этом думал, корил себя за такие мысли. Потому что мне нельзя не вернуться. Я просто обязан там выжить, а иначе никак.

* * *

Луч света выпустил нас в поле. Здесь колосилась пшеница до самого горизонта и уже брезжили первые лучи солнца. Глоток свежего прохладного воздуха после душной кабины сурирата взбодрил и помог скинуть навалившуюся сонливость. Тишина и покой, никаких следов сражений.

Странно, а ведь я думал, нас высадят в самом эпицентре, там, где сотни трупов и где Раван. Но нет. Здесь было поле, и тихий ласковый ветер колыхал море колосков.

Нас здесь уже ждали. Их было трое. Двое мужчин и женщина. Слово «хладные» как никакое другое подходило им, и ближе, наверное, только: снежные или ледяные. Они были в легких тонких одеждах, не смотря на холодный ветер. Молочно-бледные, с узкими тонкими, заостренными лицами, у всех троих длинные белые волосы, даже нет, не белые, а серебристо-белые. И глаза, словно арктический лед, прозрачные, голубые, мудрые.

— Приветствуем вас, хладный народ, на материке, — император едва заметно поклонился.

— Приветствуем, Хранитель, — ответила женщина с непривычным акцентом, ее голос звучал необычайно звонко и пронзительно, она обвела холодным взглядом остальных и сказала: — Приветствуем вас — люди ракта.

— Спасибо, что пришли к нам на помощь в это непростое время, — сдержанно поблагодарил император.

— Это наш долг, Хранитель. Хема — общий дом.

Закончив с любезностями и знакомством, — хотя, какое это знакомство, хладные даже не представились, — император взмахнул рукой, привлекая внимание:

— Нам на восток, — громко объявил он.

Вся команда двинулась в путь. Мы следовали за Стражем, который, кажется, точно знал куда идти, будто в голове у него работал GPS навигатор. Да и сам Страж двигался, будто машина, замирал, делал резки повороты.

После полей мы вышли к лесу. Самые дебри леса с зарослями терновника и кустарниками через которые пробираться без использования силы было невозможно.

Император просто разметал их с пути: вырывая с корнями, срезая, словно громадной невидимой секирой. В стороны летели ветки, кусты, сухая трава и молодые деревья. Все старались держаться подальше от Амара Самрата, чтоб ненароком не попасть под раздачу. Норман даже додумался активировать щит на малый радиус, прикрыв нас.

— Не тратьте силу! — тут же рявкнул император, заметив манипуляции защитника. — Она пригодится нам прямо сейчас.

Хладные держались от нас в стороне. От нашего ледяного стихийника они отказались, у них были свои способы спасения от тепла. Они окутали себя снежным облаком, но если присмотреться, можно было разглядеть полусферу, которая формой и сутью напоминала тот же щит, только ледяной.

Ко мне подошёл Сэдэо. Кивнул в сторону хладных, сказал шёпотом:

— Может, попробуешь их о себе расспросить?