Месть Клеопатры

Каунитц Вильям Дж.

— Ну и как он действует?

Хансен подошел к одному из станков и, взяв парашют, продолжил объяснения, подкрепляя их демонстрацией на практике.

— Контейнер крепится несколькими зажимами. Все зажимы соединены и дополнительно скреплены одной гигантской булавкой. В процессе доставки эта булавка автоматически отодвигается, высвобождая контейнеры. Ведущий парашют, прикрепленный к контейнеру спереди, раскрывается и срабатывает как якорь, потому что скорость его падения куда меньше, чем у главного парашюта. Когда всю систему сбрасывают с самолета, ведущий

парашют практически застывает на месте, тогда как остальные вместе с грузом падают. Этим приводится в действие механизм, раскрывающий главный парашют, после чего, строго говоря, и начинается доставка.

— А как действует система наведения на цель?

Хансен подошел к расположенному между двумя рядами станков коробу с инструментами, порылся в нем, извлек черный ящик и передатчик и продемонстрировал их мистеру Э. Брауну.

— Смотрите, — сказал он, вскрывая ящик отверткой. Вслед за этим он вскрыл и передатчик. Достал из нагрудного кармана серебряную авторучку и принялся манипулировать ею как указкой. — Здесь мотор, а здесь электроконтур, воспринимающий сигнал передатчика, контролирующего скольжение парашюта по направлению и по высоте. — И дальше он преподал Алехандро детальный урок относительно устройства системы. Затем пристально посмотрел на него: — Остались какие-нибудь вопросы?

Мистер Э. Браун покачал головой.

Они пошли дальше.

Алехандро поправил на голове кепку.

— А может кто-нибудь просто прийти сюда и купить парашюты?

— Это совершенно исключено. У нас тут весьма строгий внутренний распорядок. Да и система контроля тоже. Не проходит и дня, чтобы какая-нибудь важная шишка из мафии не появилась в одном из наших выставочных залов с просьбой продать парашюты. Но мы имеем дело только с зарегистрированными, а следовательно, имеющими лицензию компаниями, с известными спортсменами и с клубами парашютного спорта, ну и с правительственными организациями, включая, разумеется, и военные.

Алехандро задумчиво потер подбородок.

— А если кому-нибудь придет в голову использовать систему доставки «Парапойнт» в незаконных целях? Или, скажем так, самому изготовить эту систему?

Хансен улыбнулся:

— Вот уж чего не может быть никогда! Аэродинамику парашютного дела невозможно изучить по учебнику или на каких-нибудь краткосрочных курсах. На освоение этого дела уходят долгие годы.

Они продолжали идти по цеху. Где-то в глубине его грохотала кузнечная баба. Лицо Алехандро приняло озабоченный вид.

— А что, если кто-нибудь создаст фиктивную организацию спортсменов-парашютистов, чтобы заключить с вами сделку как бы на законных основаниях?

Закурив сигарету, Хансен ответил:

— Раз не можешь сделать сам, значит, приходится покупать у нас. — Он затянулся, выпустил клуб дыма в сторону бессильно обмякшего парашюта, поглядел на загадочного мистера Э. Брауна с накладными бородкой и усиками и в бейсбольной кепке, низко надвинутой на глаза. — Насколько я понимаю, вам хочется получить эту систему в собственное распоряжение, чтобы ваши клиенты

оказались вынужденными обращаться именно к вам.

— Да, это так.

— Пройдите краткосрочные курсы. Научитесь укладывать парашюты. Тогда они от вас никуда не денутся.

— А где можно пройти эти курсы?

— Есть частные инструкторы, частные школы. Разумеется, получившие лицензию в Ассоциации воздухоплавания. — Он еще раз затянулся. — Я не сомневаюсь в том, что мистер Хикс в состоянии помочь вам в этом. И вы можете даже основать фиктивную школу парашютного спорта.

— А можно будет тогда приобрести у вас ваши изделия так, чтобы на них отсутствовала ваша торговая марка?

— Определенным клиентам мы оказываем такого рода услуги.

— Ну а кроме укладки парашютов, не можете ли вы придумать какого-нибудь другого способа, чтобы я мог контролировать использование системы и гарантировать ее возврат в мои руки?

Хансен подошел к письменному столу в самом углу цеха. На столе была большая раковина, используемая в качестве пепельницы. В последний раз затянувшись, он раздавил окурок в раковине. Обернувшись к Алехандро, он сжал руками лысую голову.

— Вы можете так перелопатить электронику, что она будет нуждаться в вашей настройке через каждую пару дней.

Он пошел к станку и, вернувшись с разобранным черным ящиком, принялся водить авторучкой по электроконтуру, громко разговаривая с самим с собой:

— Разомкнуть контур здесь, чтобы схема вышла из строя через пару дней. Удалить это сопротивление и… и тогда им придется вернуть вам систему, чтобы вы ее починили. — Он радостно ухмыльнулся. — Именно так. Ничего другого им просто не останется.

— А разве их люди сами не смогут починить прибор?

— Я не знаю, что у них за люди. Но это не имеет значения, потому что, если они не являются специалистами по системе «Парапойнт», им с этим никогда не справиться. А я научу вас, как восстанавливать схему.

Алехандро снял кепку и в знак восхищения помахал ею в воздухе.

— А если здесь появится кто-нибудь с расспросами о том, не продали ли вы мне часом систему «Парапойнт», то как вы поступите?

— Я буду твердо стоять на том, о чем нам с вами еще предстоит договориться. Вы, мистер Браун, не первый из друзей мистера Хикса, которых он сюда направляет.

— А сколько будут стоить десять систем «Парапойнт»?

— Триста пятьдесят тысяч. Поскольку вы друг мистера Хикса, налоги — и федеральный, и штата — платить не надо.

— Я сообщу вам, куда их надо доставить.

— Пойдемте ко мне в кабинет. — Хансен показал дорогу.

Солнечный свет лился в окна кабинета Хансена, расположенного в угловой части корпуса. На рабочем столе у него валялось множество деталей, моделей и фрагментов сборных моделей. С потолка свисали миниатюрные парашюты, на стене висела большая фотография улыбающихся в полете парашютистов. Хансен сел за стол, расчистил немного места, раскрыл блокнот и что-то написал. Затем вырвал исписанный листок, вручил его Алехандро, говоря: