Месть Альфы
Шрифт:
— Точнее, стояки. Я бы этих котиков, — она посмотрела на окружающих — к ветеринару бы отвела. Хотя, могу и сама… — Лами натянула на лицо свою самую гнусную улыбку.
— Не надо. Пусть помучаются со своими женами.
— И то правда, — вздохнула она. — Нет наказания страшнее.
Так, с шутками-прибаутками мы поднялись по лестнице губернаторского особняка и вошли в залу.
Нас приветствовал сам генерал-губернатор Столетов.
— Здравствуйте, Ваше Сиятельство!
— Здравствуйте, Ваше Превосходительство!
—
Ага, врет, как дышит. Вижу я твою радость с подленькими оттенками желтого в оболоке. И зеленого — страха.
— А я-то как рад, Ваше Превосходительство!
— А эта юная особа и есть ваша племянница?
Лами, изобразив скромницу, покраснела и сделала реверанс. Насколько ей позволило коротенькое красное платье, стоившее не меньше машин гостей у входа. Я все гадал, лопнет оно при этих экивоках или нет. Не лопнуло. Только соблазнительно натянулось так, что у тех, кто был в поле зрения, слюна закапала на пол.
— Да, Ваше Превосходительство! Графиня Лана Викторовна Константинова.
— Для вас — просто Лана, Ваше Превосходительство! — Лами слегка дотронулась до руки губера, посылая ему часть своих чар.
— Хм, — губера аж встряхнуло. — Очень рад! Ну что же, господа и дамы, развлекайтесь! А после приема жду вас у себя.
Ну а как же еще? Уж не за развлечениями ты позвал нас сюда, старый пень. Хотя цирк обещал быть еще тот.
Я обвел взглядом собравшихся. Сливки общества. Только вот откуда их сливали, так вопросом и осталось. Купцы первой гильдии, высокородные аристо, перезрелые кошелки с дебелыми дочками на выданье… Полный комплект.
О! А вот и Линда! Ну где же еще быть графине Маковецкой, как не в стаде приглашенных? И, судя по ее кислому выражению лица, ей это стадо аристо нравилось не больше моего. Особенно прилипший к ней граф Остроженский, не сводивший с нее глаз и что-то бубнящий ей в лицо. Линда кивнула ему, отхлебнула шампанского из бокала и скривилась так, как будто ей налили уксуса.
— Развлекайся, как и сказал губер, — кивнул я Лами.
— А что, можно, да? — осклабилась она.
— Так, здесь никого не пить. Не хватало нам еще проблем, — предупредил на всякий случай я.
— Ну вот, сразу облом… — уныло протянула Лами. — Даже этого?
К нам бочком-бочком пробирался один из местных мелкопоместных аристо, потерявших все из-за пробоев. Если твое поместье оказалось в желтой зоне — считай, ты его потерял. Если, конечно, у тебя нет хорошей дружины или ты сам не крут и не готов жить в постоянной опасности. Судя по его роже, он был точно не крут и не готов.
— Никого. Поняла?
— Опять облом, — скривилась Лами. — Ну хорошо, придется слушать его лекцию о выращивании репы и музыке модной певицы Трусанны.
— Крепись, — наставительно сказал я ей.
— Разрешите представиться, Ваше Сиятельство,
— Очень приятно, — я кивком обозначил положение очередного графа в своей табели о рангах.
— Мадемуазель, — обратился к Лами графенок. — Очень рад с вами познакомиться! И как я раньше не имел чести быть вам представлен?
— Бог берег тебя, глупое создание, — буркнула она.
— Простите? — не расслышал граф.
— Очень рада с вами познакомиться! — она опять сделала реверанс, да такой, что у графа точно в зобу дыханье сперло и штаны стали невыносимо тесны.
— Разрешите похитить вашу спутницу, Ваше Сиятельство?
— Это зависит от ее желания, молодой человек! — я чуть было не заорал «Валяй!», но у преувеличенно напыщенных аристо это было не принято.
— Я пойду выразить свое почтение другим гостям, дядюшка, — скромно потупила глазки Лами. — Вы не против?
— Нет, пожалуй… — преувеличенно строго сказал я. — Только будьте, пожалуйста, в поле моего зрения.
Ага, маленький облом — чертики в ее глазах ускакали куда-то. А вот нечего — как я и сказал, не живи, где… Ну, в общем, понятно. Дом губернатора не то место, где можно безобразничать.
Она только что не фыркнула, и, взяв предложенную руку кавалера, гордо прошествовала мимо. При этом ее ухажер злобно зыркнул на меня. Дурак, я тебе жизнь тут спас!
Ладно, осталось только дождаться окончания приема, но это было проблематично — вся эта бодяга грозила затянуться часа на четыре, если не больше. Что делать, когда делать нечего?
Только я снял бокал с шампанским у лакея с подноса…
— Ваше Сиятельство! — раздался бас сзади.
Я аж вздрогнул, нельзя так сзади подкрадываться! Обернувшись, я увидел двух дам, если можно таковыми их было назвать. Одна пожилая и одна молодая.
Что это мать и дочь, можно было понять не только по фигуре, но и по усикам над верхней губой.
— Дамы?
— Графиня Патрикеева, Ваше Сиятельство! А это моя дочь Аглая!
— Очень приятно, Ваши Сиятельства! — я поклонился как мог, судорожно вцепившись в бокал.
— Мы хотели выразить вам свое почтение и уважение.
Интересный подкат. Ну, выразили, что, легче стало?
— Благодарю вас, но за что?
— Мы столько слышали о вас! Моя дочь так хотела с вами познакомиться!
Я усмехнулся. Понятно. Очередная попытка подсунуть дочку уездного дворянина под богатого и холостого аристо.
— Прошу прощения, господин граф. Я вас оставлю на пару минут, — резко захлопотала мамаша и быстро свалила, освобождая поле боя дочке.
А дочь взглянула на меня своими карими коровьими глазами, влажными и с поволокой. Нет, увольте, говядину я люблю в другом виде, на тарелке. А не в вульгарно подобранном платье и макияже а-ля женщина с пониженной социальной ответственностью.