Месть Альфы

Юллем Евгений

Я поневоле улыбнулся от стараний молодого человека, точнее, уже вампира. Нет, не я его обратил — увольте. Я такими вещами не занимаюсь, мы в ответе за тех, кого обратили. Это все Лопарь, который распускал клыки направо и налево. Вопрос «Кусь или не кусь» для него не стоял. Да и для Семена это было лучшим выходом.

Как парнишка-студент, точнее, экс-студент, прибился к банде упырей, не помнил даже сам Лопарь. Выгнанный из университета за долги по учебе — точнее, за отсутствие оплаты — сирота, не имел ни кола ни двора и желания

жить тоже. Вот он под клык Лопаря и подвернулся, оставаясь бесполезным членом вампирского гнезда. Почему бесполезным? А что полезного в студенте-недоучке в банде? Он даже морды бить не научился. А все его науки Лопарю были до фонаря.

Вот и прозябал бывший студент и нынешний ночной вампир — кольца ему не полагалось в силу бесполезности — пока я не попросил Лопаря подыскать мне надежного ординарца, который в слове из трех букв не делает четыре ошибки. Мой левый клык с радостью избавился от бесполезного ночника, а я приобрел себе обожающего меня секретаря. Оставалось его только отмыть, постричь и приодеть… Но это так, к слову.

— Иди уже, Семен, я сам.

— Есть, Ваше Сиятельство!

Я вскрыл конверт и достал оттуда лист на гербовой бумаге. Хм… Приглашение на губернаторский прием. Давненько я там не бывал! Ах да, я же пять лет в гробу лежал… Бывает, уже запамятовал.

И приглашение было на две персоны. На меня и графиню Лану Викторовну Константинову. Ну да, отчество ей досталось от моего воображаемого брата Витторио, якобы обитающего в Милане, столице королевства Италия. Проклятые сардинцы, и там напакостили… Значит, выход в свет?

Я потер Кольцо Призыва, и Лами появилась в кабинете, вся растрепанная и в домашнем халате.

— Привет! Ну так что звал?

Вместо ответа я протянул ей развернутый листок.

— О, как замечательно! — обрадовалась она. — Идем в свет?

— В наш местный полусвет, — скривился я. — Точнее, на смотрины.

— На кого смотреть? На меня, что ли?

— Ну не на меня же! — сказал я. — На меня губер и местные сушеные воблы уже насмотрелись. Правда, давно.

— С тех пор у тебя рожа еще более смурная стала… Ой! И щипаться совсем не обязательно!

— Не хами старшим, детка. Лучше подумай о мерах предосторожности.

— Я всегда предохраняюсь, папочка…

— Я не об этом, — сморщился я. — Ты прекрасно поняла, что я имею в виду.

— Да поняла я, поняла, — вздохнула Лами. — Кто о нас знает?

— Губер в курсе, что я Другой. Естественно, подозревает, что и ты тоже. Полицмейстер, если будет на приеме. А вот кто еще будет там и сумеет считать твой оболок…

— Ведьмы могут быть?

— Ну если там не будет Линды, то могут быть проблемы. Хотя из ее ковена скорее всего будут молчать, прикидывая, как тебя половчее завалить.

— Давно я не дралась в дамском туалете! — мечтательно закатила глаза вверх Лами.

— Странные у тебя эротические фантазии, — хмыкнул я.

— Ничего эротического

там нет. Резня и кровищща — да, могут быть.

— Может, тебе не стоит туда идти?

— Ты что? А поразвлечься? — хмыкнула она. — Я такой бесплатный цирк не пропущу.

— Ну-ну, — критически оценил я. — Тогда иди собирайся.

— Да щас. Нужен шоппинг! — заявила Лами. — В кои-то веки выбраться в свет. На чужие посмотреть, свои показать…

— Этого я и боюсь, — вздохнул я.

— Не бойся, я буду вести себя скромно. Вся такая умная-благоразумная… или нет.

— Долго ты будешь испытывать мое терпение? — рыкнул я.

— Ой, боюсь-боюсь-боюсь… — издевательски пропела она и исчезла в воздухе.

Вот теперь я боюсь. Хана одной кредитке точно настанет. Ладно, пора и мне собираться.

— Семен! — крикнул я. — Иди сюда, дело есть!

Устьевск, особняк губернатора

К дому губернатора мы подкатили при полном параде. Вот и лимузин пригодился, да еще какой! Коллекционный «Руссо-Балт» смотрелся по сравнению с машинами гостей как роскошный пассажирский лайнер на фоне жалких прогулочных яхточек.

А что? Запомните одну вещь, господа — надо уметь пускать пыль в глаза. Особенно, если имеешь дело с местным полусветом — гадюшником и рассадником слухов плюс источником черной желчи.

— Гатор, ждешь нас здесь, — сказала Лами нашему теперь еще и шоферу.

Правда, костюм на него пришлось шить по заказу — на столь могучую фигуру ни один пошитый костюм, даже из дорогого магазина готового платья не налезал.

— Хорошо, — промычал Гатор.

Да, педагогические таланты моей демоницы были впечатляющие. Гатор на глазах превращался из дебила в более или менее что-то приличное. Эйнштейном ему не стать, но социализироваться со временем сможет.

Я вылез в услужливо открытую лакеем дверь лимузина, и, подав руку Лами, вывел это невесомое создание наружу.

— Хорошо-то как, — она с наслаждением втянула воздух снаружи. — И звезды светят!

— Не замечал в тебе такой романтики, — хмыкнул я.

— Ты вообще меня как женщину не замечаешь, — укорила она меня.

— Сама постоянно поддразниваешь, — пожал плечами я.- Я к тебе отношусь, как отец к дочери. Или вот теперь, официально, как дядя к племяннице. Так что извини, это не изменится.

— Хам, — надула губки Лами. — Мог бы и поддержать мое женское самомнение.

— Обломаешься, — ухмыльнулся я. — Вон, потренируйся пока на кошках. Или котах. Видишь, как на тебя стойку сделали?

О, да. Если на меня прибывшие едва обращали внимание — подумаешь, граф и граф, что, графьев, что ли, не видели — то на самую прекрасную женщину из присутствующих обращали внимание все. Особенно женатые мужчины среднего возраста, идущие под ручку со своими женами.

Чувствую, сегодня в дамском туалете точно будет резня.