Мессия. Том 1
Шрифт:
Рабби сказал: «Чей? — Я купил его. Это самая последняя модель линкольн-континенталь».
Епископ воскликнул: «Что вы делаете?» — рабби в это время садовыми ножницами резал выхлопную трубу.
Рабби сказал: «Я делаю обрезание, теперь он — еврейский».
Эти идиоты — не только в анекдотах, они действительно распространены повсюду в мире.
Настоящее крещение — это огонь, через который вы проходите, боль, через которую вы проходите. Вы не избегаете этого. Вы по-прежнему верите в сущее: если оно дает вам страдание, то в этом должна быть какая-то причина,
И есть такие, которые дают и не знают при этом боли, они не ищут радости… Это чистейшие, самые религиозные.
…и не дают в надежде, что им зачтется. Они дают не из-за того, что даянию как добродетели обучала каждая религия.
Они дают так же, как мирт, вон там в долине, струит свое благоухание в пространство.
Они отдают, как цветы отдают свой аромат ветру, куда бы ветер ни направлялся. Они никогда не приходят узнать, кому они отдали. Их это не интересует. Они дают просто от своей любви, не для награды, не ради заслуги. Это высшие дающие. Они даже не осознают даяния.
Руками подобных им говорит Бог, и их глазами он улыбается… Они стали одними с сущим. Их руки — Божьи руки, и их глаза — глаза Бога… Руками подобных им говорит Бог, и их глазами Он улыбается земле.
Это высочайшие пики сознания, красоты, любви. У каждого есть возможность стать руками Бога, глазами Бога. И если вы не станете ими, вы упустите саму суть своей жизни.
Хорошо давать, когда просят, но лучше давать без просьбы, предугадывая.
Зачем унижать человека и принуждать его просить? Это безобразно. Когда вы видите, что существует какая-то нужда, и вы способны удовлетворить ее по своему собственному разумению — сделайте это.
Когда я был студентом университета, я постоянно получал двести рупий в месяц — я не знал, от кого. Я всеми способами пытался выяснить, что же это за человек. Первого числа каждого месяца денежный перевод был здесь, но там не было ни имени, ни адреса. Лишь когда человек умер… то оказалось, что это был не кто иной, как основатель университета, в котором я был студентом.
Я пошел к нему домой. Его жена сказала: «Я обеспокоена. Не из-за того, что мой муж умер — каждому приходится умирать. Но я не знаю, где достать двести рупий, чтобы послать вам».
Я сказал: «Боже мой, ваш муж присылал это? Я никогда не просил, и в этом не было нужды, ведь я получал стипендию от университета, бесплатную квартиру, бесплатный стол — все бесплатно».
Жена сказала: «Я тоже спрашивала его много раз: "Зачем ты посылаешь ему эти двести рупий?" А он говорил: "Ему они необходимы. Он любит книги, но у него нет денег на книги. А его потребность в книгах больше, чем его потребность в пище"».
Но это был редкостный человек. Всю свою жизнь он жертвовал все, что зарабатывал, на создание университета в родном городе.
В Индии есть почти тысяча университетов, я видел многие. Его университет маленький, занимает немного места. Однако это самый прекрасный университет.
Он был правовым экспертом с мировой известностью. У него были ведомства в Лондоне, Нью-Дели, Пекине; он постоянно находился в разъездах.
Я спросил его: «Почему вы выбрали это место?»
Он сказал: «Я объездил весь мир, но никогда не видел такого замечательного небольшого храма среди огромных деревьев и с таким прекрасным озером, покрытым множеством лотосов…»
Все озеро покрыто цветами и листьями лотоса. Рано утром на всех лепестках лотоса — капли росы, собирающиеся за ночь… утром вы видите: это богатейшее озеро в мире — каждая капля сверкает как бриллиант.
Он повел меня вокруг этого места и сказал: «Дело не в моем городе, дело в красоте этого места».
Но я никогда не мог представить, что это он посылает мне двести рупий ежемесячно, без подписи. Так мне не пришлось даже поблагодарить его.
Хорошо давать, когда просят, но лучше давать без просьбы, предугадывая.
Для щедрого искать того, кто получит, — радость большая, чем само даяние.
Что можем мы дать? Все это мирское.
Альмустафа прав, когда говорит, что истинно дающий не стремится достичь какой-то радости через даяние. Его радость — в поиске того, кому он сможет отдать, — кто восприимчив, кто открыт, кто не станет обижаться.
Есть ли что-нибудь, чего вы могли бы не отдать?
Все, чем вы владеете, будет однажды отдано;
Потому давайте сейчас…
Смерть отнимет все, никогда не будьте озабочены даянием. Жизнь давала вам, жизнь отберет. Зачем упускать шанс, радость даяния? Зачем упускать шанс стать руками Бога и глазами Бога?
…чтобы время даяния было вашим, а не временем ваших наследников.
Люди собирают для своих наследников. Это неправильно по двум причинам: во-первых, вы упускаете шанс отдать; во-вторых, всякий, кто наследует ваши деньги, упустит шанс заработать их самостоятельно. Вы разрушите две личности — свою и своего ребенка.
— Хорошо, Вимал?
— Да, Мастер.
11. ЖИЗНЬ ДАЕТ САМОЙ ЖИЗНИ
13 января 1987.
Возлюбленный Мастер,
Часто вы говорите: «Я бы дал, но только достойному».
Деревья в вашем саду и стада на ваших пастбищах не говорят так.
Они дают, чтобы жить, ибо удержать — значит погибнуть. Истинно, тот, кто достоин получить свои дни и ночи, заслуживает от вас всего остального.