Месма

Смиян Вадим

– Ну, как тебе? – раздался над ним бесстрастный Галин голос. – А хочешь, я сниму с твоей головы скальп? И мне совсем не понадобится нож…

– Не думаю, - сдавленно произнес Влад.

– Ты сомневаешься?..

Она спросила это таким тоном, что его охватил настоящий ужас. Господи, что это она творит?..

– Нет, нет! – воскликнул он умоляюще. – Ты не так поняла!..

Но Галя уже не слушала ни его криков, ни его мольбы. Она просто схватила его за лицо левой рукой, и

теперь ее острейшие ногти вонзились ему в щеки, скулы и под нижнюю челюсть, оставляя на коже глубокие борозды.

Он не представлял себе, что это может быть так больно!

Она мгновенно закогтила его голову одной рукой, как орлица, вонзающая когти в бегущего зайца! Он не мог ни отстраниться, ни даже шевельнуться. От болевого шока Влад всем телом обмяк, колени его подогнулись, и он беспомощно сполз к ее ногам.

Склонившись над ним, Галя сдавила его голову в своих ладонях с невероятной силой – так, что он едва не потерял сознание. Она сжимала, сдавливала его голову в руках, словно это был спелый плод, из которого выжимают сок… Ему казалось, что в любую секунду она раздавит его череп в мощных прессах своих гладких и на удивление сильных ладоней. Кровь же из порезов на его лице лилась все обильнее.

Мягко, но решительно повергнув его на траву, она уселась на него верхом и крепко зажала его слабо подрагивающее тело между своими твердыми, как гранит, коленями. Затем склонилась над ним, уперевшись руками в его прижатые к земле плечи. Приблизив свое лицо к его лицу, Галя жадно вдыхала терпкий аромат его свежей крови трепещущими ноздрями, то припадая грудью к его груди, то пружинисто приподнимая свое гибкое тело над его распростертым телом… при этом глаза ее вспыхивали каким-то странным мрачным огнем.

– Ты… убьешь меня… - прошептал Влад одними губами.

– Потом… - коротко ответила она и улыбнулась ему обещающей улыбкой.

Угасающим сознанием он еще ловил последние мгновения ускользающей реальности; он слышал, как уходит из тела энергия, как замирает во всех членах жизнь, и он уже перестает ими владеть…

И ему внезапно сделалось совершенно ясно, что не будет уже никакого «потом»; он чувствовал, как его уносит в страшное и сладостное небытие стремительный и сумасшедший вихрь, противостоять которому у него не было ни сил, ни воли!

И этим вихрем была – Она! Галя…

Он еще чувствовал, как она держит его голову в своих ладонях, как пристально и нежно смотрит в его гаснущие глаза, словно желая запечатлеть в своей памяти его последние мысли, умирающие эмоции. Она целовала его залитое кровью лицо, подолгу и трепетно припадая губами к тем кровавым ранам, что сама же ему и нанесла - так жестоко и беспощадно.

– Мне было так больно… - прошептал

он ей. – Было так больно… Галя…

– Но ведь сейчас тебе хорошо? – ласково спросила она. – Тебе хорошо?..

– Да… мне хорошо, Галя… никогда еще мне не было так… хорошо…

Невидимые ласковые волны – мягкие, как шелк, баюкая и покачивая, уносили его в туманные и неведомые дали, навевая волшебный сон.

А в глубинах призрачного тумана сияли чарующие серо-голубые глаза, зовущие к себе и втягивающие его в себя, как в бездонный синий омут…

***

– Ну что… никак? – спросил Евгений.

– Никак! – Валерий безнадежно махнул рукой. – только бормочет что-то нечленораздельное. Вроде пробурчал «хорошо… мне так хорошо», а может и нет. Не поймешь! Совсем парень спятил...

Женя с явным сожалением посмотрел на спящего Влада, которого они никак не могли добудиться.

– Слушай… его реально врачу показать надо, - сказал он неуверенно.

– Ну, и кто его будет показывать? – едко спросил Валерий. – Ты, что ли?

– А хоть бы и я! Мы же с ним вместе живем! Подумай, Валер: с Владькой что-то не так. А ну как что с ним случится, нам же потом скажут: а вы-то, бараны, куда смотрели? Вы же с ним в одной комнате жили! Где ваша комсомольская совесть? ну, и так далее и тому подобное! Да и просто по-людски если рассуждать – помочь надо Владику! Ты со мною не согласен, что ли?

– Согласен, - бесстрастно кивнул Валерий, щуря на него свои глаза сквозь стекла очков. – Надо помочь. У нас остается один только пустяковый вопрос: как? Может, скажешь?

– Не знаю! – выкрикнул Женя. – Откуда я знаю…

– Ну, раз не знаешь… тогда поехали, а он пусть дрыхнет. Пока он спит, ничего с ним не случится.

А вечером потолкуем с ним… О! – вдруг воскликнул он совсем другим тоном. – Ты смотри-ка! глаза открыл!..

– И впрямь…- изумленно протянул Евгений. – Смотрит…

Влад действительно – совершенно внезапно открыл глаза и уставился на товарищей непонимающим взглядом.

– Ребят… а вы чего? – пролепетал он непонимающе.

– Нет… ты только посмотри! – Валерий взглянул на Женю. – Как вам это понравится, а? Влад, мы тебе тут не слишком мешаем?

– А что? Вставать пора?..- Влад резко поднялся и сел на кровати.

– Скажите пожалуйста! прямо младенец! вставать пора было час назад!

– Влад, мы уже битый час пытаемся тебя разбудить! – строго заметил Евгений. – Повторяется та же история, что была в марте. Но слава Богу, сегодня ты очухался. Собирайся, и вперед быстро! Мы уже опаздываем…