Месма
Шрифт:
Перепуганная грохотом Антонина вскочила со стула и бросилась в коридор.
– Что такое? Галка, ты чего?..- вскричала она.
– Ой, упала…- Галина беспомощно ворочалась на полу, комкая и сминая ковровую дорожку.
– Да что ж это такое, а?- причитала мать, хватая Галку одной рукой за запястье, а другой приобнимая ее за спину, чтобы помочь ей подняться. – Ты что же, бабка столетняя, чего ж тебя ноги-то совсем не держат?..
– Мама, плохо мне…- простонала поднявшаяся с полу
– Ну и как я тебе помогу, дочь? – с досадой отвечала Антонина. – эка невидаль: голова у нее болит. Я в твои-то годы знать не знала, что это такое – головная боль! А теперь вот у меня голова-то каждый божий день болит. Таблетку выпей, вон цитрамон в аптечке возьми.
– Да не поможет цитрамон, у меня уж который день голова раскалывается, - упавшим голосом сказала Галка.
– Анальгин прими! – был ответ.
…Ночь Галка спала плохо, чередуя бессонные ночные часы с короткими периодами полуобморочного сна. Боль стала не такой острой, как раньше, однако тупой и ноющей, изнуряющей, и от этой боли у Галки в глазах стояли слезы. А поутру ее поднял с постели испуганный крик матери:
– Галя! Галка! скорей иди сюда…
Девушка вскочила и, прямо как была в ночнушке, бросилась на кухню. Было еще очень рано, и сентябрьский рассвет далеко не наступил. Антонина стояла посреди кухни и показывала куда-то наверх, в потолочный угол. Галина взглянула туда и обомлела: весь угол на потолке был черным, и с него ручьями лилась на пол зеленовато-бурая вода, источавшая омерзительный запах. Совершенно растерявшаяся мать ошеломленно взирала на этот ужас.
– Ну что смотришь, дубина? – закричала она на Галку так, словно та была прямой виновницей происходящего. – беги живо на чердак, оттуда ведь говно это льется нам на головы! Посмотри, что там такое случилось!
Галка опрометью бросилась к двери, по пути набросив на плечи пальто и схватив старый фонарь.
Лестница на чердак вела с лестничной площадки и висела на стене как раз напротив Галкиной квартиры. Высокая и сильная, Галка мгновенно взлетела по лестнице и, упершись обеими руками в тяжелый, обитый железом люк, одним рывком отбросила его. Затем поднялась на чердак и зажгла свет.
Тусклая лампочка осветила широкую поверхность перекрытия, аккуратно усыпанную ровным слоем серого шлака. Косыми тенями девушку со всех сторон окружали мощные стропила. Галя пригнулась, зажгла фонарь и, крадучись, прошла в ту сторону чердака, под которой находилась их квартира. Здесь было чисто и сухо.
Она постояла, недоуменно озираясь по сторонам, полазила еще вдоль периметра чердачного перекрытия, однако нигде не обнаружила даже мокрого пятна!
На кухне мать собирала тряпкой с пола зловонную жидкость и, отжимая тряпку, сливала ее в ведро. А с потолка в углу продолжала литься дурнопахнущая вода.
– Мама,там наверху все чисто и сухо! – доложила Галя. Мать хмуро обернулась.
– Ничего не понимаю… Откуда же тогда льется?
– Не знаю! – отвечала дочь. – И если бы даже лилось, вода не могла бы так вонять и быть такой грязной! Но на чердаке течи вообще никакой нет!
– Что за чудеса, - пробормотала мать, устало вытирая пот со лба выпачканной рукой. – Ладно, давай иди в школу… Я все равно уже опоздала, мастер теперь выволочку мне устроит. Объяснительную писать придется… Иди быстрее, хоть ты не опоздай!
В школе Галка сидела с головой, будто налитой свинцом, ничего не воспринимала, толком не соображала, урока не слушала. На перемене к ней подошла Света.
– Галь, что с тобой? – спросила она встревожено. – Ты не заболела?
– Да нет, просто плохо спала ночь, - отвечала Галка.
Она не стала рассказывать Свете о жутком и непонятном утреннем происшествии у нее дома,объяснение которому лежало где-то за пределами любых ее представлений о действующих физических законах.
– Галочка, - проникновенно заметила Света, - если тебе нужна какая-то помощь, ты только скажи, и я…- она вдруг смутилась и замолчала. Галка взглянула на нее с удивлением.
– Спасибо тебе, Света… Однако не нужно мне никакой помощи. Вот если только…
– Что? – встрепенулась Света, заглянув Галке в глаза.
– Когда я приходила к тебе, ты стихи мне читала. Блока… Дай мне эту книжку домой почитать, можно?
– Конечно, можно, Галя! Спрашиваешь еще! Завтра принесу! Или нет… Хочешь, сегодня после школы зайдем ко мне домой, и я тебе ее дам! Читай, пожалуйста…
– Хорошо, давай к тебе зайдем, - улыбнулась Галка.
Света смотрела на нее во все глаза, и эти глаза так и светились от счастья… Галя весьма этому удивилась.
Вечером мать задержалась на работе, и Галка коротала вечер с книгой Блока в руках. Она медленно перелистывала ее, наслаждалась романтическими образами, созданными гением поэта, а когда нашла «Венецию», с настоящим вдохновением перечитала ее еще раз… А потом еще. И вдруг почувствовала, что головная боль, изнурявшая ее все последние дни, вдруг исчезла. Боль ушла!
Галка была потрясена. Она и не думала, что поэзия способна вылечивать от подобных недугов.