Мерзавец
Шрифт:
— На кровать, — командую я.
Она откидывается на подушку и выгибает своё тело так, что её сиськи подскакивают вверх.
— Знала, что ты согласишься.
— Я не давал своего согласия, — говорю ей, выключая свет, прежде чем лечь к ней в постель. — Кто-то же должен убедиться, что ты не перестанешь дышать этой ночью.
— Но я не умылась и не почистила зубы, — хнычет она. — И не готова ко сну.
— Так же, как и я, — говорю ей. — Смирись. Я никуда не уберусь с этой кровати и не собираюсь тебя целовать.
— Какой же ты сегодня жадина.
—
— Так что тут у нас? — её голова ложится на мою грудь, а рука ползёт вниз к боксёрам. — Ты носишь нижнее белье?
— Ага. А теперь будь добра, убери свои шаловливые ручки от моего хера.
Она повинуется, и не больше чем через тридцать секунд я слышу, как её дыхание становится ровным и размеренным.
А я лежу без сна, гадая, что, чёрт возьми, делаю, обнимая лучшую обнажённую девушку, которую когда-либо видел, в то время как у меня самый серьёзный случай посиневших шаров в истории.
ГЛАВА 18.
КЭТРИН
Жёлтый солнечный свет пробивается сквозь балконную дверь, а прохладный утренний воздух щекочет мою кожу. Я посмотрела в сторону, где должен был спать Колтер, а затем на открытую балконную дверь. Его здесь нет.
Не то чтобы я ожидала, что он останется после прошедшей ночи. Я подавлена. Но как бы я смогла посмотреть ему в глаза после того, что я говорила и делала, да ещё и парень, трахающий всех подряд, отказал мне прошлой ночью.
Я крадусь по коридору, пытаясь остаться незамеченной. После того, как чищу зубы и принимаю душ, я чувствую себя гораздо лучше. Но не по отношению к Колтеру. Один из самых печальных минусов прошлой ночи, что я помню всё предельно ясно.
Одеваюсь и возвращаюсь в спальню, когда Колтер показывается на моей стороне балкона с чашкой кофе в руке.
— Как ты себя чувствуешь?
— Полностью униженной.
Лицо Колтера не выдаёт никаких эмоций. Он, наверное, ненавидит меня.
— Держи, — говорит он, протягивая кофе. — Чувствуешь похмелье?
Я качаю головой.
— Нет. Думаю, дело в той таблетке.
Колтер смеётся.
— Чёртовы дилетанты.
— Заткнись. Никогда раньше не пробовала ничего подобного.
Он улыбается.
— Ну, должно быть, и после не захочешь.
— Я не планирую больше повторять, — делаю паузу, отпивая кофе. — Спасибо, что приехал за мной.
Он пожимает плечами, прислонившись к стене. На него надета синяя футболка, которая выглядит мягкой и вылинявшей. И от этого мне хочется прикоснуться к ней, но я остаюсь сидеть на месте.
— Ничего такого.
— Это очень мило, — говорю я. — Прости за… эм… За то шоу и за задницу, которой я была.
Колтер отталкивается от стены и подходит ко мне. Его промежность на уровне моих глаз, и мне хочется сорвать с него эти джинсы к чёртовой матери, но я не делаю этого, потому что трусливая курица. Но, похоже, ему всё равно.
— Насколько помню, это ты сняла с себя всю одежду и набросилась на меня.
Моё лицо становится красным.
— Я была пьяна. Да, точно. Прости.
— Ты просишь прощение? — переспрашивает он. — Я разочарован, если так.
Я злюсь на его заявление, в то время как он проводит своим большим пальцем по моей нижней губе. Мне так и хочется пососать его, но я не делаю каких-либо попыток.
— Ты единственный, кто отказал вчера. Я набросилась на тебя и предложила отсосать, но ты сказал нет.
Он рычит.
— Ты была пьяна, Кейт.
— И? — спрашиваю. Я злюсь, но не останавливаю его, когда большой палец скользит по моей нижней губе, оттягивая её вниз. Хочу поцеловать его. До боли желаю его прикосновений, и это только усилилось после этой ночи, которую я провела в его объятиях.
— Это то, чего ты хочешь, Кейт? — спрашивает он, наклоняясь вперёд и кладя руки по обе стороны кресла, на котором я сижу. Его лицо в миллиметре от моего, наши губы почти касаются друг друга, моё дыхание становится сбивчивым, а сердце замирает. — Ты просила меня, чтобы я тебя трахнул, когда ты была обдолбанная и реально не осознавала, что делала? Или ты хочешь, чтобы я бегал за тобой как собачонка, когда ты захочешь трахнуться?
— Нет, — протестую я. — Это не то, что произошло.
Я касаюсь его губ своими, сначала это был нежный поцелуй, но затем он перерос в страстный, даже дикий — Колтер просто пожирал мой рот. Это было и больно, и приятно одновременно.
Он дёргает меня вверх и начинает расстёгивать мои джинсы, а затем пробирается к моим трусикам. Одной рукой стягивает их с моей задницы, а пальцы второй вводит в меня, движение грубое, но оно делает меня влажной.
— Это то, чего ты хочешь? — шепчет он мне в ушко. — Хочешь мои пальцы и член внутри себя при каждом возбуждении?
Волны удовольствия проходят сквозь меня от его прикосновений. Я так скучала по ним, долго не получая этого.
— Нет, — шепчу я, качая головой. — Да. Я не уверена. Это не то.
Он смотрит на меня, и на его лице злость.
— Вот именно, Кейт, — затем он убирает свои пальцы из меня и отталкивает, оставляя с желанием между ног.
— Ты злишься, потому что не смог трахнуть меня прошлой ночью? — спрашиваю я, не понимая его поведение.
— Конечно, Кейт, — отвечает он. — Это так. Или из-за того, что ты надела то платье и крутила своей задницей перед другими парнями, а когда ни один не повёлся, решила воспользоваться своим дорогим сводным братцем.
— Что ты несёшь, придурок? — говорю я, мой голос становится твёрже. Я застегнула свои джинсы, злясь на себя за то, что опустила свою защиту и допустила его к себе. Он сумасшедший. Он горячий и холодный всё время. Мне не нужно этого дерьма. — Какой-то парень подкатил ко мне на вечеринке, и сейчас ты ревнуешь? Я одеваю то, что хочу, и иду, куда хочу.